Не общайся с этой женщиной, сестрёнка

— Я питаю настоящую ненависть к этой женщине. Она как злая лиса, — едко заявила Мартина.

Мартина действительно должна ненавидеть Доротею, если она использовала выражение “эта женщина”. Из-за того, что я была единственным ребенком, то по-настоящему обрадовалась младшей сестре. Было даже ещё лучше, что она ненавидела Доротею точно так же, как и я.

Я снисходительно улыбнулась ей.

— Почему?

— Она тебя просто использует. Даже не считается с тобой как с подругой, — Мартина попала прямо в яблочко этим высказыванием. Доротея не воспринимала Маристеллу как настоящую подругу. Никогда. — Мне неприятно, когда тобой пользуются. Чем она может быть полезна тебе? Не общайся с ней, сестрёнка. Ты намного лучше, умнее и красивее Доротеи, почему ты продолжаешь находиться рядом с ней? Хочешь я познакомлю тебя со своими друзьями?

Ох, а ты милая штучка. Мысли моей сестры были настолько замечательными, что я невольно улыбнулась.

— Не беспокойся так, Мартина, — успокаивала я её мягким голосом.

— Но я волнуюсь. Ты слишком наивна. Ты даже не видишь злых намерений.

— Тебе действительно не нужно беспокоится. Твоя старшая сестра не такая добродушная, как ты думаешь.

—А? — в замешательстве Мартина наклонила в бок голову. Такая милашка. Я неосознанно сглотнула и начала объяснять ей.

— Я говорю, что меня не настолько легко обидеть, как ты думаешь.

—Ох… правда? — потрясённо произнесла Мартина, а затем, улыбаясь, кивнула.

— Да, Мартина. Так что нет необходимости переживать за меня.

—Ха, действительно, — Мартина взяла мои руки и взволнованно взглянула на меня, — Я так рада. Рада тому, что ты наконец-то пришла в себя!

Я улыбнулась и чмокнула её в лобик, а она задала ещё один вопрос.

— Но почему ты неожиданно поменяла своё мнение? Раньше тебе не нравилось, когда я плохо отзывалась о ней. Ты говорила, что дети не должны произносить такие слова.

—…

Маристелла… неужели ты была и вправду такой наивной и глупой? На мгновение я затихла перед тем, как прочистить горло.

— Ах… н-ну, я просто обдумала то, что ты говорила раньше. И я считаю, ты оказалась права.

— Серьёзно?

— Да. Я не буду больше страдать, Мартина.

— Обещаешь? — Она протянула свой правый мизинчик. Мартина такая прелестная, что я могу сойти с ума. Между нами не было особенно большой разницы, так как она может быть такой чудесной и очаровательной?

Я обхватила её мизинец своим и радостно улыбнулась. Только после того, как мы дотянулись большими пальцами друг до друга, она отпустила свой мизинчик.

— Давай, сестрёнка, — сказала она с улыбкой, — Пошли ужинать. Мама и папа уже ждут нас.

***

Насколько я знала, аристократические семьи этого мира редко сидят все вместе за обеденным столом. Не по какой-то особенной причине. Никто просто не делал этого. Конечно, были и такие семьи, члены которых были не в ладах друг с другом.

— Ох, Мари пришла.

— Мари, тебе понравилась чайный приём?

Графиня Беллафлёр поприветствовала меня как только я вошла в столовую. Я смутилась такому проявлению радушия, но, с высоко поднятой головой нужно было притворяться их дочерью. Их дочь исчезла, а я заняла её место. Невозможно обманывать её родителей без подозрений, но, по крайней мере, стоит постараться.

— Я дома, мама, папа.

Я не знала, должна ли я обнять её или что-либо еще, но первое впечатление о графине Беллафлёр заключалось в том, что я посчитала её доброй женщиной. Её лицо, казалось, светилось любовью и доброжелательностью. Я точно могла сказать, в кого пошла Маристелла. В конце концов, соя вырастает от сои, а не от красной фасоли.

— Проходите и занимайте места, девочки. Мы немного опоздали к приему пищи сегодня.

Следуя словам графини Беллафлёр, я поспешила сесть слева от графа, а Мартина же села рядом со мной. Через мгновение слуги принесли блюда и закуски. Предвкушая разные виды экстравагантной пищи, которая в Корее считается редкой, мои глаза округлялись от этого вида. Маристелла, вероятно, не сгребала еду, в отличие от меня, так что я сдерживала свои желания.

— У Мари сегодня такой хороший аппетит.

Я не могла полностью контролировать себя из-за этого комментария посреди трапезы. Раздраженная словами Графини Беллафлёр, я неловко улыбнулась и нашла отговорку.

— Действительно, я была довольно энергичной ранее… да?

— Нет, дорогая. О чём ты вообще говоришь? — Сказала Графиня Беллафлёр.

Она улыбнулась в ответ.

— Мы просто говорим, что рады твоему аппетиту. Обычно ты практически не ешь.

—…

Я выпала в осадок, когда я услышала это. Тело Маристеллы было худым не просто так. Ей не нравилось есть. Впервые слышу, что такой человек вообще существовал в мире. К счастью, текущее состояние тела Маристеллы не требует диеты.

Герцог Беллафлёр повернулся к своей жене. — Ох, милая, что случилось с тобой за эту поездку вместе с графиней Корнохн?

Я посмотрела на отца в недоумении. Эта история была в романе? Насколько я помню, такого разговора не происходило, но это не удивительно, ведь на прошлое Маристеллы редко проливался свет. Я запаниковала, когда узнала что-то доселе незнакомое мне.

— Ах, да, я встретилась с графиней Корнохн ранее и поговорила с ней. Бизнес её отца в эти дни оживленный… и довольно сильно. В последнее время.

— Неужели?

— Он всегда пользуется спросом. Они нагло смотрят на нас сверху вниз, — Мартина небрежно перебила его, и атмосфера за столом внезапно ухудшилась. Я неловко подвинулась. Я поняла, что Мартина была очень прямолинейной, с первого взгляда на нее, но я точно не ожидала того, как легко она высказывает свое мнение перед родителями.

Я бросила взгляд на графиню. Она не выглядела счастливой.

— Мартина, — граф Беллафлёр решил первым разорвать эту напряжённую тишину. Он уставился на Мартину из-под своих суровых бровей, — Ты не должна говорить так со взрослыми.

— Я знаю, отец, — сказала Мартина, надувшись. — Но ведь это правда. Граф Корнохн владеет огромным бизнесом, и это действительно, что он игнорирует нас, потому что он зарабатывает много денег.

—…

Граф Беллафлёр ничего не говорил — не потому что он был зол, а потому что не мог отрицать истины. Когда-то было даже то, что Беллафлёр и Корнохны считались достаточно знакомыми, чтобы планировать совместную поездку и поэтому он осторожничал с этой темой. Я думала, только Маристелла и Доротея тесно общались, но это может стать хлопотным, если бы такие отношения распространились и на наших родителей. Здесь было бы над чем подумать.

Графиня Беллафлёр решила заполнить паузу между молчанием мужа.

— Даже если твое высказывание - это истина, настоящие леди так не разговаривают с теми, кто старше их.

Однако, Мартина продолжила говорить в этом же тоне.

— Мать, отец, разве вы не злитесь? Как будто со всей нашей семьёй они играются! Мама и папа, вы ведь тоже должны чувствовать, как они свысока смотрят на нас.

— Мартина, неприемлемо для дворянки повышать голос, когда ты за столом. Принимай во внимание свои действия.

— А что вы скажете насчет сестры? Не знай люди о том, что она дворянка, они бы подумали, что Маристелла служанка, а не ваша дочь!

— Мартина! — крикнул граф, и Мартина тотчас подпрыгнула на своем стуле. Она обиженно взглянула на родителей, затем встала из-за стола и вылетела прочь, не проронив и слова.

Я опешила от гнетущей атмосферы, но я не могла пойти за Мартиной прямо сейчас

— Вы в порядке...? — я осторожно поинтересовалась у графини.

— Почему я могу быть не в порядке, Мари? Не беспокойся.

— Я пойду и поговорю с ней. Она не сказала бы такого с плохими намерениями.

— Мы знаем, Мари, — сказала графиня Беллафлёр с хмурым лицом. — Мартина права. Однако, говорить за спинами людей - недостойно для дворян. Тогда мы станем такими же как те люди. Нужно ли осквернять так наши уста?

— …

Графиня Беллафлёр была хорошей женщиной - нет, я должна сказать честной и неподкупной. Я не знаю, как ещё относится к этому, поэтому просто неловко улыбнулась.

Затем Граф сменил тему и завел речь обо мне.

— Я беспокоюсь о тебе. В столице хорошо известно, насколько вы близки с леди Корнохн. Но иногда я волнуюсь, что ты находишься под нашим влиянием и ведешь себя, как горничная леди Доротеи.

— Ах…

— Это правда, что мы не поливаем грязью Корнохнов, но это просто потому, что мы не хотим ни плохих отношений с ними, ни того, чтобы о нас сплетничали.

— Но единственное, что мы говорим так это не общаться с леди Корнохн, если ты этого не хочешь, Мари. У тебя нет причины для того, чтобы беспокоиться о нас.

Я поняла, что до этого момента не дышала, ведь представила себя на месте родителей. Я сглотнула бурлящие в горле эмоции и покачала головой.

— Это не так, мама, папа. Не переживайте. Я не личная горничная Доротеи, и не стремлюсь быть таковою.

— Хорошо, Мари.

— Мы тоже верим в тебя. Ты умное дитя, и также у тебя есть свои мысли на этот счет. Всё-таки мы волновались ни о чём, — произнесла графиня с мягкой улыбкой.

Граф наклонился и заговорил тихим, взволнованным голосом:

— Не могла бы ты сходить утешить Мартину? Я извинюсь перед ней позже, но… Наверно, лучше тебе пойти первой.

Я охотно кивнула.

— Конечно, отец. Я схожу к ней.

Перевод: Госпожа Крыса & mousewithtroubles

Редакт: mousewithtroubles & Госпожа Крыса