Давай не переступать черту

— Но, леди Доротея, — возразила мадам Лавуа. её голос был ровным, но глаза дрожали, выдавая её волнение. — Я уже обещала его леди Маристелле. Я не могу вернуть свои слова, это неудобно…

— Мари, — Доротея перебила мадам Лавуа.

Я почувствовала, как мой живот скрутился в безобразный узел, и это было естественно.

“Неужели, она действительно собирается украсть платье?”

Я, потрясённая ситуацией, не могла вымолвить и слова. Как ни странно, Доротея казалась совершенно спокойной.

— Да, — произнесла я ровным голосом.

— Ты отдашь мне это платье?

— Мы друзья, — на этот раз я первая сделала свой ход. Лицо Доротеи просветлело, поскольку она ожидала, что я сделаю выбор в её пользу. На моём лице появилась невесёлая улыбка. — Разве ты сможешь забрать то, что принадлежит твоей подруге, Доротея?

Мне стало хуже, я не хотела ходить вокруг да около. Улыбка на лице Доротеи исчезла.

Я продолжила тихо говорить:

— Хоть мы и друзья, давай не переступать черту. Если бы ты была на моём месте, ты бы тоже почувствовала недовольство, не так ли? 

— Как ты можешь не отдать его мне?

— Технически… отдать тебе это платье означает сделать тебе одолжение, — я смотрела на неё без каких-либо эмоций. — Если кто-то постоянно оказывает такого рода услуги, другой человек, конечно, может подумать, что он может этим пользоваться, когда ему заблагорассудится. 

— ...

— Как ты.

Доротея относилась ко мне так, словно она имела полное право подчинять меня… Нет, будто прислуживать ей было моим долгом. я ненавидела это.

— И значение слова “одолжение” постепенно исчезнет для него, Доротея. Я и не думала отдавать это платье кому-нибудь, оно мне и вправду нравится.

— Мари, — сказала она.

— Тебе следует просто сдаться, Роти. Ты не ребёнок. Разве ты не достаточно выросла, если ты намерена соблазнить наследного принца? — я на мгновение замолчала. — Или ты ненавидишь, когда я получаю то, что нравится и тебе тоже?

— Вовсе нет, Мари, — настаивала Доротея.

— Правильно. Потому что, как ты и говорила, мы друзья, — я улыбнулась и кивнула. — Твоей подруге очень нравится это платье, и она совсем не хочет отказываться от него.

— … Ты меня понимаешь, правда, Роти? Я не хочу отдавать это платье ни тебе, ни кому-либо другому. Я не хочу отказываться от него, потому что считаю его изумительным.

Я не хотела больше продолжать этот фарс и повернулась к мадам Лавуа. Она быстро изменила выражение лица на дружелюбное, встретившись со мной взглядом.

— Вы ведь поможете мне надеть платье, мадам Лавуа? — сказала я мягким голосом.

***

Мадам Лавуа и другие сотрудники бутика помогли мне надеть платье, и я была рада тому, что оно сидело на мне даже лучше, чем я ожидала. Сотрудники продолжали осыпать меня словами восхищения, и мадам Лавуа гордилась тем, что её предположения оказались верны. Графиня Беллафлёр тоже не могла перестать улыбаться, то и дело нахваливая мой внешний вид.

Атмосфера была приятной, но, если бы не дурацкая Доротея, она была бы ещё лучше.

Лицо мадам Лавуа засветилось, будто бы она вспомнила что-то грандиозное.

— Ах, графиня Беллафлёр, — сказала она. — У меня есть платье, которое будет прекрасно смотреться на вас. Вчера его доставили на склад. Оно из Королевства Гиеста.

— Неужели? — с интересом спросила графиня Беллафлёр.

Королевство Гиеста было известно своей индустрией моды. Одежда оттуда, особенно платья, считалась пиком моды. Однако объем их экспорта был невелик, поскольку их продукция считалась предметом роскоши в зарубежных странах.

Мадам Лавуа улыбнулась. 

— Хотите взглянуть на него?

— Конечно, мадам Лавуа.

— Я схожу туда, как только закончу с леди Маристеллой. В это время мои сотрудники окажут вам высококлассное обслуживание.

— Конечно, мадам. Не торопитесь.

Графиня Беллафлёр слегка покраснела, смутившись. Потом она перевела взгляд на меня. 

— Я буду вон там, Мари. Хорошо? — нежно спросила она.

— Конечно, матушка, — кивнула я. — Я переоденусь и сразу присоединюсь к тебе.

— Хорошо, Мари. Я буду ждать тебя.

— Сюда, графиня Беллафлёр, — работница бутика указала ей направление.

Я осталась с обеими дамами дома Корнохн. Их присутствие было обременительным.

Я старалась удержаться от очередного разговора, но после нескольких минут неловкого молчания всё же открыла рот.

— Ты получила чайные листья? — спросила я Доротею.

Услышав вопрос, Доротея уставилась на меня, но вскоре ответила.

— Да, твоя горничная передала мне их. Но я думала, что ты отдашь мне чай лично.

— Я хотела как можно скорее отправить его тебе, и в тот день мою самочувствие оставляло желать лучшего, — я слегка улыбнулась ей. — И как на вкус?

— Он удивителен, — она помедлила. — Ты действительно преодолела весь путь до Дворца Турман, чтобы получить его?

— Да, я лично получила его от наследного принца, — ответила я, устало посмеиваясь.

— А что, если твоя подруга Оделетта обидится?

— Она знает, поэтому не стоит беспокоиться, — произнесла я с ухмылкой.

— …

Губы Доротеи сомкнулись. Я, не желая больше оставаться в этой удушающей тишине, быстро сменила тему

— Кстати, как тебе платье, Доротея? — я улыбнулась, хвастливо приподняв перламутровый подол. — Разве это не красиво?

— …Да. Красиво, — ответила Доротея, нахмурившись. — Но я не думаю, что она и вправду тебе нравится.

— С чего же?

— Просто оно тебе не подходит.

— Ясно…

“Просто скажи мне, что ты безумно желаешь это платье.”

Ответ Доротеи заставил меня замолчать. Но она не остановилась.

— Под каким углом не посмотри, это платье будет смотреться лучше на мне, чем на тебе, — она жалостливо оглядела присутствующих в салоне. — Неужели только я так думаю?

— Леди Доротея, — прервала ей мадам Лавуа. — Конечно, это платье такое красивое, что будет хорошо смотреться на всех… Но у вас рыжие волосы. 

— И? Какое это имеет значение? — спросила Доротея.

— Я думаю, что зелёный цвет, который априори является дополнением к вашему рыжему цвету волос, или фиолетовый будут смотреться на вас лучше. Жемчуг не сочетается с рыжими волосами, — пыталась объяснить мадам Лавуа.

— Мадам Лавуа, вы говорите, что это платье мне не пойдёт? 

— Это не то, что я имела в виду.

Мадам Лавуа изо всех сил старалась не обидеть своего покупателя, но Доротея, похоже, была в гневе с тех пор, как поняла, что не сможет получить платье, которое я уже приметила. Она всеми силами хотела дать другим вкусить её обиды.

— Не то? Поэтому ты предложила это платье Мари, а не мне?

— …

Мадам Лавуа недоверчиво посмотрела на Доротею. Любой мог сказать, что эта девушка собиралась устроить истерику.

Когда мадам Лавуа ничего не сказала, Доротея с уверенным лицом продолжила настаивать на своём, думая, что её план сработал.

— Не думала, что вы так думаете обо мне.

— Ах, миледи. Это не то, — возразила мадам.

— Что вы имеете в виду? Значит, вы утверждаете, что я ошибаюсь?

— … 

Это было безнадежно.