Это естественно

Он с лёгкостью вошёл в моё положение, но меня всё равно терзал некий стыд.

“Нужно как-нибудь отплатить ему за доброту.”

— Но откуда вам известно, что я попросила чай для Доротеи? — спросила я.

— Как я уже говорил ранее, только дочь семейства Корнохн могла обратиться к вам с подобной просьбой, ведь вы не ведете дружбу с грубыми людьми, помимо леди Доротеи, конечно.

— Это действительно так, — произнесла я со слабой улыбкой. — Но я сама виновата в этом: как ни странно, рядом с леди Доротеей я порой веду себя как ребёнок. Мне нравится её дразнить. Возможно, всему виной моя мелочность, — призналась я.

— И тем не менее, — через легкий смешок ответил Ксавьер. — Это естественно, наши отношения с герцогом Эсклиффом часто принимают подобный характер.

— Это действительно так?

— Да, даже при прошлой встрече.

Мне трудно было представить, что Ксавьер мог обижаться на подобные шалости со стороны Клода: его величественный образ, кой был описан в романе, прочно закрепился у меня в голове. С моей точки зрения, наследный принц был рассудительным человеком, которого трудно задеть глупыми шутками.

Ах, но если в дело вступал Клод, всё приобретало другой смысл: если бы кто-то, похожий на герцога, был полон решимости взбесить кого-либо, мало кому удалось бы дать отпор и сохранить невозмутимость. Думаю, даже я не смогла бы совладать с таким человеком.

— Поэтому не вини себя. Всё хорошо, что хорошо кончается, — закончил Ксавьер.

— И всё же в следующий раз я постараюсь быть осторожнее.

— Хотя, должен сказать, я признателен ей.

— Прошу прощения? — произнесла я с неподдельным смущением.

— Впервые я всё же благодарен леди Корнохн: если бы не она, мы бы с вами сегодня не встретились. Не попроси она чайные листья, вы бы просто отправили платок через слугу.

— Ах, — его слова застали меня врасплох, он был прав. — Если вам одиноко, просто дайте мне знать, Ваше Высочество. Для вас у меня всегда найдётся время.

— Ваши слова заставляют меня чувствовать себя счастливым, — его губы расплылись в сияющей улыбке. — Десерты пришлись вам по вкусу?

— Ах, они восхитительны, — действительно, каждое блюдо было невероятно вкусным. — Благодаря вам я смогла насладиться такой изумительной едой.

— Я рад. Рад, что вам понравилось.

— Что ж, Ваше Высочество, вы.., — я немного заколебалась прежде, чем начать несколько бестактный разговор. — Вы обдумали моё предложение по поводу свидания?

— Свидания?

— Да, прежде я вам уже говорила, что хочу организовать вам встречу с леди Оделеттой. Конечно, если вы не против, — быстро исправилась я.

— Хм…

Ксавьер замолкнул, обдумывая мои слова. Сердце отчаянно колотилось в ожидании его ответа. Только спустя несколько тревожных минут он поднял взгляд на меня, намереваясь ответить.

— Не думаю, что смогу дать вам точный ответ прямо сейчас, но я обещаю поразмыслить над вашим предложением. По правде говоря, ныне не самое лучшее время для таких рандеву (п.р.: рандеву = свидание).

— Конечно, Ваше Высочество, я не стану торопить вас, — ответила я, понимающе кивая. — Хорошенько взвесьте все “за” и “против”. Это не срочно.

— Разумеется.

Ксавьер улыбнулся мне, и я наконец-то ощутила лёгкость на душе. Одной проблемой меньше.

Как бы там ни было, лучший способ вывести Доротею — сблизить (женить) Ксавьера с другой женщиной. И никто не смог бы взбесить так Доротею, как это удалось бы леди Оделетте, если бы она стала невестой наследного принца.

Звонкий голос сэра Дилтона донёсся до наших ушей, вынуждая прервать беседу.

— Ваше Высочество!

Ксавьер повернул голову в сторону посмевшего вмешаться.

— Я с гостьей. Что-то срочное, сэр Дилтон?

— Мои извинения, Ваше Высочество. Это не терпит отлагательств, — раздражённо произнес мужчина. — Его Императорское Величество вызывает вас.

— …

Лицо Ксавьера на мгновение застыло. Я углубилась в раздумья, пытаясь вспомнить, каковы были отношения Ксавьера с отцом в романе.

“Они не слишком ладили.”

Отец Ксавьера — Генрих XIV — был совершенно против того, чтобы Доротея была его невесткой. Из-за неё и без того хлипкие отношения отца и сына рассыпались в прах.

— Мои глубочайшие извинения, леди Маристелла. Отец зовёт, боюсь, мне придётся последовать его воле, — уже полностью смирившись, сказал он.

Я махнула рукой, уверяя его, что всё в порядке.

— Не переживайте, Ваше Высочество. Думаю, я и так заняла слишком много вашего времени, да и мне уже пора идти.

Я застенчиво улыбнулась и поднялась со стула. Лицо ксавьера исказилось, на мгновение отражая гримасу отчаяния. Это заставило меня почувствовать себя ещё хуже.

— Не нужно извинений, в конце концов, это не первый и не последний мой визит во Дворец Турман.

— Спасибо за понимание, леди Маристелла. Мне жаль, что я не могу проводить вас, но сэр Дилтон любезно заменит меня.

— Благодарю, Ваше Высочество. Я пойду.

Я поклонилась, как и подобает прощаться с правящей семьей, и в спешке вышла из столовой, боясь, что моё присутствие оттягивает отправление кронпринца в Центральный Дворец.

У парадных ворот сэр Дилтон передал мне пакетик с чайными листьями.

— Жаль, что они не для вас.

— У меня ещё много чая от Его Высочества. Благодарю за доброту, — вежливо ответила я.

— Мне также жаль, что вы провели так мало времени во Дворце Турман. Его Высочество выглядел столь расстроенным, — тихо пробормотал сэр Дилтон.

— Ничего не попишешь: его вызвал не кто-нибудь, а сам Его Величество Император. Да и с моей стороны не слишком вежливо отнимать у Его Высочества столько бесценного времени, — я склонила голову, прощаясь с сэром Дилтоном. — Надеюсь увидеть вас всё в том же добром здравии при нашей следующей встрече.

— Леди Маристелла… Удачной вам дороги.

— Благодарю, — я одарила его слабой улыбкой и села в карету.

***

Ксавьер медленно направился к Императорскому залу. Дорога стёрла с лица Ксавьера малейший намёк на теплоту, что он ещё недавно проявлял к леди Маристелле. Его лицо не выражало ровным счётом ничего, взгляд был совершенно пустым. Его можно было принять за живой труп.

Когда Ксавьер наконец добрался до нужной двери, слуга покорно поклонился ему.

— Да здравствует Маленькое Солнце Империи.

Принц лишь повернул голову. Только разрешение было получено, Ксавьер вошёл в зал.

Это было место собрания верхушки аристократов, входящих в Государственный совет. Над остальными сидениями возвышался золотой трон, на коем царственно восседал сам правитель Империи.

— Приветствую Сияющее Солнце Йонаса. Пусть ваше правление длится вечно, — произнёс Ксавьер. Его взгляд был холодным как никогда.

— Я чему-то помешал? — поинтересовался Генрих XIV.

— Ни в коем случае, ваше Императорское Величество, — кротко ответил Ксавьер и сразу перешёл к сути. — Что-то произошло?

— А должно произойти что-то особенное, чтобы отец увидел своего сына?

— …

Слова Генри, конечно, имели место быть, но могут ли отношения отца и сына основываться только на деловых отношениях?

— Хотите сказать, вам ничего от меня не нужно?

— Нет, я не это имел в виду, — произнёс мужчина, поглаживая подбородок. — Тебе уже 23 года.