Герцог прибыл встретиться с вами

День. Два дня. Три дня. Десять дней. Пятнадцать дней. Месяц в постели... Я была готова взорваться. Просто валяться в постели оказалось скучнее, чем я думала. Даже через месяц моя семья и доктор Бэйли не разрешили мне встать с кровати. Я пыталась всем доказать, что со мной всё в порядке, но, к сожалению, мне никто не верил.

Вся прислуга в доме относилась ко мне, как к стеклянной вазе, которая могла разбиться при малейшем прикосновении. Единственное, что мне разрешалось, — разговаривать с Мартиной или читать книги.

Через пятнадцать дней после аварии Мартина поведала мне, что посторонним запрещалось меня навещать. Причина этого заключалась в том, что доктор Бэйли настоятельно рекомендовал оградить меня от эмоциональных всплесков, пока мои кости, да и тело в целом, не будут восстановлены.

Я не была врачом ни сейчас, ни в прошлой жизни, поэтому слова доктора звучали для меня достаточно весомо, чтобы прислушиваться к ним.

В любом случае меня никто и не беспокоил.

"Хотя... Есть один человек."

Конечно, речь шла о Оделетте, ни в коем случае не о Доротее...

Учитывая обстоятельства нашего расставания, она бы навестила меня только в том случае, если бы совсем выжила из ума.

Будь я на её месте, действовала бы так же. Хотя... Возможно, я бы прислала ей букет цветов, чтобы пожелать скорейшего выздоровления. Но Доротея даже до этого не додумалась. Что ж, я и не ожидала ничего подобного.

Пролежав в постели два месяца, я была уверена, что полностью восстановилась. К моему ужасу, доктор Бэйли утверждал, что до полного выздоровления мне, как до Луны пешком и стоит остаться в постели ещё на месяц. Граф и графиня Беллафлёр безоговорочно следовали его указаниям. Даже Мартина, что проводила со мной каждый день, слушала его. Когда я сказала, что хочу немного подышать свежим воздухом, она лишь грустно посмотрела на меня, потому что "стабилизация моего состояния на первом месте".

К сожалению, в этом мире даже не использовали инвалидные коляски, что ещё больше сокращало мои шансы выйти на улицу.

Наконец, мне разрешили принимать посетителей, но, как и прежде, меня навещала лишь Оделетта. Но даже так я ждала её с нетерпением.

В оригинальной истории Доротея была единственным другом Маристеллы... Наверное, будь я настоящим другом Доротеи, по-настоящему бы мучалась от ожидания её визита.

— До меня дошли слухи, что вы с Доротеей поссорились, — сказала Мартина. — Зная её, она, вероятно, не пришлёт и цветочка, не говоря уже о возможности визита.

Первый наш разговор с Мартиной после аварии был о ссоре с Доротеей. Как только сестра услышала мою историю, она воскликнула:

— Если бы ты не была ранена, я бы похлопала тебя по спине, потому что ты постаралась на славу.

— Я даже не надеюсь на то, что она приедет, — фыркая произнесла. Даже если бы Доротея соизволила прийти, я бы во весь голос кричала, чтобы её не пускали. Её присутствие могло нарушить моё комфортное пребывание здесь, да и она могла воспринять моё положение как шанс поладить вновь. — Было бы неловко, если бы она явилась... В конце концов, мы расстались не слишком хорошо.

— Это так, — произнесла Мартина, кивнув головой. — Ах, сестрёнка! Я ведь не говорила тебе, правда?

— Не знаю, о чём ты, но думаю, что нет.

— Я так и думала. Речь об экипаже, который столкнулся с вами.

Услышав это, я нахмурилась. Формально в этой аварии никто не виноват. Даже если они столкнулись с нашей каретой, это не было намеренно. Это действительно случайность, и мне не хотелось снова копаться в случившемся.

— Почему ты заговорила об этом?

— Ты не знаешь кто пассажир, верно? — загадочно произнесла Мартина.

— Ты о ком?

— Ты ведь не знаешь, кто владелец той кареты?

— Не знаю, — я пожала плечами. — Мне никто ничего не докладывает, а мать и отец, кажется стараются избегать всех разговоров связанных с аварией.

— Я тоже случайно узнала об этом... буквально вчера.

— Что?

— Не удивляйся, он...

Тук-тук.

Мартину перебил стук в дверь. От неожиданности она, кажется, потеряла ход мыслей, и я повернулась к двери с озадаченным выражением лица.

— Кто это?

— Флоринда, моя леди.

— Ах, заходи.

Вскоре вошла Флринда с огромным букетом цветов в руках.

— Откуда это? — спросила я, чуть нахмурившись.

— Это подарок... Разве не прелесть?

— От кого?

Я думала, Оделетта решила поднять мне настроение, и поэтому с нетерпением ждала подтверждения от горничной, но, к моему удивлению, её слова не соответствовали моим ожиданиям.

— Герцог Экслиф здесь.

— Хмм...

“Кто это? Я уверена, что слышала это имя раньше.”

Я застонала, напрягая извилины.

— Ты уже забыла о нем? — раздраженно сказала Мартина. — Я ведь рассказывала тебе три месяца назад.

"Извини, Мартина. У твоей сестры память как у рыбки."

— Это обычное имя, — попыталась оправдаться я.

— Ммм... В любом случае, Флоринда, правда ли, что герцог Экслиф здесь?

— Да, леди Мартина.

— Ох, Боже мой, — изумленно воскликнула Мартина, и я с любопытством посмотрела на её отличную от обычной реакцию.

— В чем дело?

— Ну, сестренка, — Мартина состроила загадочное выражение лица, а затем заговорила спокойным голосом. — Прежде всего, герцог Эсклиф — это тот, о ком я говорила тебе перед днем рождения наследного принца. Чрезвычайно красивый и невероятно милый герцог! 

Ах, ее объяснение напомнило мне об этом.

— И..? — спросила я кивком.

— И… Он был пассажиром другой кареты во время аварии.

— …Что? Как только я услышала её слова, мои глаза расширились, словно тарелки. Боже мой, неудивительно, что графиня Беллафлёр описывала пассажира экипажа почтительно .

— Ого… Это потрясающе, — пробормотала я с ошеломленным выражением лица.

Самым важным фактом, о котором я забыла, было то, что в оригинальном романе не рассказывалось об аварии. Конечно, не упоминалось и, что виновником и жертвой аварии был герцог Эсклиф. В романе не было ни одной строчки, где описывалась бы встреча Маристеллы и герцога Эсклифа.

Но, подумав об этом тщательнее, я покачала головой, поскольку это достаточно правдоподобно. В тот момент, когда я высказала всё Доротее, история свернула в другое русло.

"Было бы странно сказать, что теперь история будет развиваться еще хуже?"

— О, и он сказал, что хочет встретиться с вами, — сказала Флоринда.

— … Со мной? — я ахнула от удивления.

Почему я? Неужели это извинение за то, что произошло два месяца назад?

С ошеломленным выражением лица я то смотрела, то на Флоринду, то на гигантский букет цветов, который она держала. Честно говоря, я не понимала что происходило.

— Да, миледи, — ответила Флоринда. — Герцог Экслиф не хотел, чтобы вам предстояло самолично пройти путь в гостиную, поэтому он сказал, что может добраться сюда сам. Что я должна сделать?

— Хм… — я никогда особо не задумывалась об этой ситуации, поэтому, естественно, запаниковала. Я повернулась к Мартине, надеясь, что она сможет помочь. 

— Мартина, что мне делать?

— Почему ты спрашиваешь меня об этом? — спросила Мартина, приподняв брови. —Просто делай, что хочешь. Герцог здесь, чтобы встретиться с тобой! Но ты не можешь ему отказать, ведь он уже здесь, верно? Не говоря уже о том, что твоё состояние сильно улучшилось, и я уверена, что путь сюда занял у герцога много времени.

— Верно?

Справедливо.

Во всяком случае, я слышала, что два месяца назад он тоже серьёзно пострадал в аварии. Отказать ему было трудно из-за искренних усилий, которые он приложил, чтобы добраться до нас.

— Я не думаю, что это хорошая идея - встречать гостя неподготовленной… поэтому, Флоринда, пожалуйста, скажи ему, чтобы он немного подождал в гостиной, — я повернулась к Флоринде и кивнула. 

— Да, моя леди. Я сообщу ему.

Флоринда поклонилась и вышла, а другие горничные помогли мне подготовиться к встрече с герцогом. Они дали мне новое платье, аккуратно причесали волосы и нанесли макияж, чтобы скрыть бледность лица.

Только после того, как я выглядела презентабельно, Флориндагерцога Эклифа в мою комнату.

— Леди, герцог Экслиф прибыл, — объявила горничная.

— Впусти его, Флоринда.