«Лотос в опасности!»

Длинная Ци сделала оборот в груди и постепенно рассеялась во внутренних органах, разливаясь мягким, приятным теплом.

— Фух, все-таки Обезьяний кулак мне подходит больше всего, — Лян Цюй стер мелкие бисеринки пота со лба.

За прошедшие дни он изучил все методы закалки, а ощущение Ци в груди стало отчетливым, толщиной с добрую половину палочки для еды. Прогресс был стремительным, и вместе с ним приходило более глубокое понимание «законов» боевых искусств.

Многие вещи трудно осознать, пока не прочувствуешь их на собственной шкуре. Тренируя три стиля, Лян Цюй уже сделал выводы о роли природных данных. Попросту говоря, у каждой техники есть идеальные пропорции тела, под которые она заточена. Он называл это «совместимостью».

Например, его «руки обезьяны, талия пчелы и ноги богомола» идеально подходили для Обезьяньего кулака. Тренировка напоминала списывание готовых ответов на экзамене – каждый раз высший балл, поэтому и прогресс шел быстро. Два других стиля, Тигр и Журавль, подходили меньше. После тренировки ощущения тянули баллов на восемьдесят и шестьдесят соответственно. Со временем разрыв становился бы все заметнее.

Вот у Ли Либо Обезьяний кулак шел на восемьдесят пять баллов. Чэнь Цзечану, напротив, подходил Тигр – уровень около девяноста.

Впрочем, стойки в техниках можно было корректировать. Достаточно опытного наставника, чтобы внести правки и повысить совместимость. Как говорится: если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе. Жаль, старший брат Ху Ци на такое не способен, о Лу Шаохуэе и говорить нечего – даже если умеет, то поленится объяснять. Говорили, что во всей школе боевых искусств Ян только сам Мастер Ян мог улучшить результаты учеников, и именно об этом его спрашивали в последние пять дней каждого месяца.

Хороший учитель чрезвычайно важен.

Конечно, помимо видимой «оценки за совместимость», в уравнении боевых искусств есть и скрытые баллы. Сумма всех факторов и составляет истинный потенциал человека. Самый типичный пример: пропорции тела не идеальны, но человек от рождения обладает мощной жизненной энергией или гениальным пониманием, позволяющим самостоятельно изменять техники и направлять Ци. Этого не увидишь при ощупывании костей, по крайней мере, не полностью. В таком случае результат тренировок может превзойти все ожидания, перевалив за сотню баллов!

Поэтому Ху Ци и говорил, что плохие пропорции – еще не приговор. Возможно, человек с никудышным сложением начнет тренироваться и оставит всех далеко позади. Лян Цюй мысленно подивился разнообразию человеческой природы, понимая, что только удвоенные усилия могут сотворить чудо.

К сожалению, за три дня учебы заработанные сто с лишним монет иссякли. Если не поработать, скоро станет нечего есть. Если бы старший брат Сян не сказал утром, что Мастер Ян придет сегодня днем или вечером, Лян Цюй, закончив с Журавлем, уже ушел бы на реку. Теперь же приходилось ждать.

«Завидую богатеям», – подумал он, глядя на других учеников. Только попав в школу, он понял, что лишь их компания платит по семь лянов и перебивается с хлеба на воду. Остальные внесли как минимум десять лянов и учились с полным погружением, не отвлекаясь на заработки, что повышало эффективность в разы.

— Кстати, давно не видно Лайтоу Чжана.

— Эх, и правда. Я его даже на сборе налогов не видел. Неужто сбежал?

— Вряд ли. Он каждый день где-то побирается, никто его не трогает. Неужели на налог не наскреб бы?

Ли Либо и Чэнь Цзечан, сидя на краю клумбы, болтали о пустяках и вдруг вспомнили про Лайтоу Чжана. Услышав знакомое имя, Лян Цюй навострил уши.

— Да плевать на него, — недовольно буркнул Чэнь Цзечан. — Не видно, и слава богу. Тоже мне, хороший человек нашелся.

— Тоже верно, — согласился Ли Либо, оглядываясь по сторонам. — Э-э-э, смотри! Вон там девчонки! Ух, та, что впереди, – просто огонь.

— Не пялься. Вдруг у нее знатная родня? Осторожнее надо быть.

— Да я только гляну…

Лян Цюй, видя, что тема сменилась, успокоился и вернулся к отработке Обезьяньего кулака. Но не успел он закончить и половины комплекса, как ментальная связь в его голове бешено запульсировала. Толстый сом и Неподвижный отчаянно слали сигналы!

Драгоценное Растение – лотос – атаковано!

И это какая-то крупная тварь?

Лицо Лян Цюя мгновенно изменилось. Лотос был его первым капиталом. Пусть Эссенцию Водного Пространства давали только двадцать с лишним корней, но вся плантация занимала десятки метров. Сотни обычных корней тоже обладали целебными свойствами и ценились им на вес золота. Он поручил охрану Неподвижному, да и толстый сом в свободное время ошивался рядом. Всякую мелочь, вроде рыбешек и рачков, звери просто съедали.

Кто же это такой, если крокодил и шестиусый сом не могут с ним справиться и шлют сигналы бедствия?

Лян Цюй не мог больше ждать. Он поспешно попрощался с товарищами и начал собирать вещи.

Ли Либо и Чэнь Цзечан удивились:

— Ты чего, прямо сейчас уходишь? Мастер Ян вот-вот придет, не хочешь получить наставления?

Лян Цюй на секунду замешкался:

— У меня срочное дело. Если быстро управлюсь, может, успею вернуться.

Сейчас было еще утро. Если сбегать туда-обратно, есть шанс успеть. Видя, что Лян Цюй действительно встревожен, приятели не стали его удерживать и лишь посоветовали быть осторожнее.

Глядя в спину уходящему Лян Цюю, Ли Либо почесал затылок:

— Странно. В прошлый раз было то же самое.

— В прошлый раз?

— Ага, — кивнул Ли Либо. — А-Шуй так же сорвался посреди занятия с мастером Ху. И ведь никто за ним не приходил.

— Да что ты голову ломаешь? Может, он заранее договорился.

— Может быть.

\*\*\*

Опавшие листья слоями устилали землю, превращаясь в черно-бурый перегной.

Выйдя из школы боевых искусств, Лян Цюй побежал трусцой, экономя силы. Путь от города Пинъян до города Исин, длиной в полтора десятка ли, занял меньше часа. Добравшись до пристани, он отдышался, сделал вид, что все в порядке, отвязал лодку и, убедившись, что его никто не видит, быстро погреб к месту, где росли лотосы. Там он постучал по воде.

Вскоре на поверхность всплыли крокодил и шестиусый сом. Лян Цюй погладил их по головам, заставив перевернуться, и внимательно осмотрел. Убедившись, что ран нет, он выдохнул с облегчением.

Ранее он дал зверям приказ: если кто-то позарится на лотосы, оценить силы. Можете справиться – бейте, нет – отступайте, не рискуйте зря. «Потеряешь землю, сохранив людей – вернешь и землю. Потеряешь людей, сохранив землю – потеряешь и то, и другое». Лотос, конечно, ценен, но не идет ни в какое сравнение с двумя водяными зверями.

Откормленные ценной рыбой, звери пережили вторичный рост и стали еще мощнее. Неподвижный вымахал за два метра двадцать сантиметров, а толстый сом достиг двух сорока! Они стали заметно крупнее, а количество Эссенции Водного Пространства, требуемой для эволюции, снизилось у каждого на четыре с лишним единицы.

Рост – это прекрасно, чем сильнее подручные, тем лучше. Но это лишь усиливало тревогу Лян Цюя: кто же заставил Неподвижного и толстого сома отступить?

Пока он размышлял, толстый сом вдруг запрокинул голову, сунул морду в лодку и, раскрыв огромную пасть, выплюнул пять корней лотоса. Они с глухим стуком ударились о деревянное дно.

Лян Цюй поднял один корень и изумился:

— Это же те, что с Эссенцией? Вы успели забрать их до прихода монстра?

Толстый сом и Неподвижный вильнули хвостами, обдав хозяина брызгами, но тот не рассердился, а даже растрогался. Он оставлял несколько особых корней на черный день и велел зверям беречь их как зеницу ока. Кто бы мог подумать, что они окажутся настолько умными, что догадаются эвакуировать самое ценное имущество?

Молодцы, не зря кормил.

Лян Цюй перехватил деревянное копье. Мышцы на его скулах непроизвольно напряглись, очерчивая резкие линии лица. Он прищурился.

— Отлично. А теперь спустимся и посмотрим, кто там посмел воровать мои лотосы.