Игра в слепую

Тень коридора расступилась перед Траком, уступая место колеблющемуся свету факелов. В их неровном сиянии стоял мужчина — не старик, которого он ожидал увидеть, а человек лет тридцати пяти, чуть выше среднего роста. Его волосы, собранные в небрежный пучок, оставляли чёлку свободно ниспадать на лоб, а одежда — длинный халат тёмно-мятного оттенка, обтягивающая чёрная футболка и просторные белые штаны — выглядела странным сочетанием практичности и небрежной элегантности.

Но больше всего Трак отметил шрамы.

Левая половина лица мужчины была изуродована старыми ожогами, кожа на ней напоминала потрескавшийся воск. Левый глаз, мутный и неподвижный, явно ничего не видел. А когда мужчина слегка пошевелил рукой, Трак заметил, что его левая ладонь, как и у него самого, была туго замотана в бинты — словно под тканью скрывалось нечто большее, чем просто старые раны.

Трак замер на мгновение, пытаясь перестроиться. Он ожидал увидеть Крига — седовласого, сгорбленного, с вечно недовольной гримасой, — а перед ним стоял совсем другой человек.

— Извините, а вы не видели тут такого мужчину... ну или дедушку, вот такого роста? — Трак поднял руку, показывая уровень чуть ниже своего лба. — С такой зеленоватой козьей бородкой, такого же цвета волосы и редкие усы... О, и ещё он ходит вот с таким лицом.

Он нарочито выдвинул подбородок вперёд, скорчив преувеличенно угрюмую гримасу — точь-в-точь как делал сам Криг, когда был чем-то недоволен. Незнакомец на секунду опешил, его единственный зрячий глаз расширился, но почти сразу же в его взгляде промелькнуло понимание.

— А вы кого описываете?

Голос его звучал спокойно, но в нём чувствовалась лёгкая насмешка. Трак почувствовал, как Дола на его плече напрягся.

— Ну... Это друг мой. Криг. Он Нефритовый Дракон в клане Дриминиунов, — ответил Трак, но в его тоне уже сквозила неуверенность.

Мужчина усмехнулся, и его улыбка была странной — не то добродушной, не то снисходительной.

— Я — Нефритовый Дракон.

Трак моргнул.

— Но ты не Криг.

— Всё правильно. Потому что я его сын. Судвелл.

Он скрестил руки на груди, и его пальцы слегка постукивали по локтю, будто отбивая невидимый такт. Трак почувствовал, как мысль за мыслью спотыкаются в его голове, не находя выхода.

— То есть... Ты... и он... А как... — он резко встряхнул головой. — Подожди, подожди, а что стало с самим Кригом?

Его голос прозвучал резко, почти требовательно, но в нём дрожали нотки чего-то большего — страха, предчувствия, нежелания услышать ответ. Воздух между ними застыл, и даже факелы, казалось, горели тише. Тишина между ними повисла густая, словно туман перед грозой. Судвелл замер, его единственный глаз изучал Трака с невысказанной тяжестью, будто взвешивая, сколько правды тот способен вынести. В голове у Трака назойливый писк перерос в оглушительный вой — метка на руке пульсировала, горела, будто реагируя на приближение чего-то чудовищного.

Дола вдруг резко развернулся, его слизеподобное тело задрожало мелкой дрожью, словно ощущая вибрации, недоступные остальным. Его "глаза" уставились в потолок — туда, где ещё секунду назад был лишь камень.

— Слушай, он... — начал Судвелл, но слова застряли в горле.

Потолок рухнул. Сперва — треск, грохот, облако пыли. Потом — ослепительные лучи света, пробившиеся сквозь разлом. И наконец — ОНА. Фигура в плаще. Она приземлилась бесшумно, словно тень, материализовавшаяся из самого воздуха. Длинный, потертый плащ полностью скрывал тело, оставляя видимыми лишь сапоги, покрытые дорожной грязью. Из-под ткани выступала коса — та самая, что Трак узнал бы из тысячи. Когда незнакомец выпрямился, из-под капюшона показалась маска. Серый металл. Один глаз. Кровавая слеза.

— Эй! Ты ещё кто такой?! — взревел фрог-мен, ещё секунду назад лежавший на арене. Он рванулся вперёст, его перепончатые лапы отталкивались от песка с чудовищной силой.

Ник даже не пошевелился.

Его рука — быстрая, как молния — схватила зверочеловека за горло. Хруст. Тело фрог-мена метнулось в стену, разбивая каменную кладку в мелкую крошку. Скворекс отпрыгнул назад, его зелёные глаза широко раскрылись.

— Что тебе нужно? — голос его дрожал, выдавая страх, который он тщетно пытался скрыть.

Ник медленно повернул голову.

— От тебя ничего...

Его взгляд скользнул мимо, устремившись прямо на Трака и Судвелла, выбежавших из тени коридора. Маска усмехнулась. Мгновение — и Ник исчез. Он материализовался за спиной Скворекса, коса взмыла в воздух.

— Рубиновый Дракон! — успел выкрикнуть Скворекс.

Полупрозрачный змей вспыхнул вокруг него, принимая удар на себя. Но сила была такова, что ударная волна отшвырнула юношу на трибуны, разбрасывая зрителей, как кегли.

— Скворекс! — Судвелл рванулся вперёд, его халат взметнулся, как крылья.

Трак не двинулся с места. Его глаза не отрывались от Ника. Тот стоял неподвижно, коса опущена, маска — без эмоций, но глаз... Он СМОТРЕЛ. Прямо в душу.

— Дола, — прошептал Трак.

Слизень мгновенно преобразился — его тело вытянулось, затвердело, превратившись в длинный меч с тёмно-серым клинком. Лишь голова осталась на плече, глаза — узкие, готовые к бою.

Трак принял стойку, левая рука с меткой сжалась в кулак.

Трак сжал меч из Долы до хруста — скрипели бинты, скрипела кожа под ними, скрипела сама дьявольская метка, будто протестуя против этого момента. Лезвие дрожало в его руке, отражая тусклый свет факелов в призрачных бликах.

— Ник...

Имя сорвалось с губ шёпотом, но в нём была вся горечь тридцати лет разлуки. Но вместо атаки Ник медленно, почти театрально, достал из складок плаща маску. Не свою. Его маску. Ту самую, что когда-то украшала лицо Трака в последние дни Рыцарей Ока.

Металлическая, холодная, с одним слепым глазом и линией над ним — зеркальное отражение символа Ника, но без кровавой слезы. Она сверкнула в воздухе, когда Ник швырнул её с нечеловеческой силой — не как кусок металла, а как снаряд. Тридцать метров. Мгновение. Трак поймал её на лету, и мир вокруг рассыпался.

Воспоминание.

Тронный зал штаба Рыцарей Ока. Фластерион, его фигура, залитая алым светом витражей, гремел проклятиями.

— Вы — позор королевства! Вы — пятно на чести армии!

Ник стоял, сжав кулаки, Трак — неподвижный, как статуя, в своей маске с линией над глазом. Когда король ушёл, оставив их в гробовой тишине, Ник первым не выдержал.

— Что с тобой, Трак?!

Его голос расколол тишину, как топор лёд.

— А что со мной не так? Со мной всё в порядке.

Холодный тон. Пустой взгляд сквозь маску. Ник вздрогнул, будто ударился о стену.

— Ты чуть не убил Джейлёхиуса! Разрушил пол города, нападая на МЕНЯ! Бенди чудом выжил только благодаря Токи! — каждый обвинение вонзался, как нож. — Ты думаешь, это НОРМАЛЬНО?!

Трак молчал. Маска не дрогнула.

— Ты не достоин её... — Ник сорвал маску с его лица, и впервые за годы они увидели друг друга без преград.

Глаза Трака были пустыми. Глаза Ника — разбитыми.

— Ты слишком сильно изменился.

Настоящее.

Маска в руках Трака дышала холодом.

— Надевай её! — рёв Ника сотряс стены. — Или я убью всех здесь!

Где-то за спиной Судвелл поднимал Скворекса, зрители метались в панике, но Трак слышал только этот голос — злой, искажённый, незнакомый.

— Трак, что-то не так... — Дола сжался на его плече.

— Знаю. Но пока лучше послушаться.

Пальцы скользнули по холодному металлу. Маска прилипла к лицу, как вторая кожа. Мир сузился до одного слепого глаза.

Ник усмехнулся.

— Ну и дурак...

Коса взметнулась. Ударная волна разорвала пространство — трибуны справа взорвались в кровавом тумане, осколки костей вонзились в стены, крики оборвались на полуслове.

— Ты думал, мне не всё равно?! — Ник шагнул вперёд, его плащ вздымался, как крылья ворона. — Я превращу твою жизнь в ад ТАК ЖЕ, как ты превратил мою!

Его голос был не его — скрипучий, рвущий глотку, голос кошмара, что тридцать лет копил ярость. Трак не узнавал его. Не хотел узнавать.

Потому что это значило бы — Он действительно сделал ЭТО с тем мальчишкой, что когда-то дал ему косу в знак дружбы.

Трак застыл в боевой стойке, каждый мускул напряжён до предела, нервы оголённые провода под кожей. Он ждал удара, ждал той самой атаки, что должна была снести ему голову – но Ник просто... исчез. Будто его и не было. Лишь холодный ветерок пробежал по шее, да тень скользнула по краю зрения – и всё. Но тело не обманешь. Оно знало – это не отступление. Это приговор.

И в тот же миг – зелёный свет.

Ядовито-нефритовый, густой как смола, смертоносный луч манны, вырвавшийся из пальцев Судвелла. Трак даже не успел подумать – тело среагировало само. Дальше всё как в замедленной съёмке: 

- Правая рука взметается вперёд, ладонь раскрыта – глупая, инстинктивная попытка поймать смерть голыми руками.

- Дола вопит что-то невнятное, его тело бурлит, перетекает через плечо, окутывая правую руку от пальцев до ключицы броней из жидкого металла.

- Луч врезается в ладонь – и мир взрывается изумрудным адом.

Трак не падает. Но земля уходит из-под ног. Его сдвигает назад, подошвы горят от трения, на песке остаются две борозды, будто плугом прочерченные.

— Судвелл! Что с тобой?! Чёрт тебя дери! — голос Трака рвётся где-то между яростью и недоумением.

Судвелл в ответной стойке, ноги согнуты, руки вытянуты – поза артиллериста, управляющего смертью. Его пальцы сложены "пистолетиком", откуда и бьёт этот проклятый луч.

— Такая же маска! Ваша "милая" беседа! На мой взгляд, вы оба – союзники!

— ЧТО?! Союзники?!

Глупость звучит настолько нелепо, что Трак на секунду теряет хватку – луч продавливает защиту, ожёг проступает сквозь броню Долы.

— Трак... Трак! Я нагреваюсь, Трак! — Дола визжит прямо в ухо, его тело пузырится от перегрева.

— Дола, ты не видишь? Я тут делом вообще-то занят!

Он отмахивается – идиотски, потому что это и есть дело. Дола – единственное, что пока что не даёт лучу испарить ему руку.

Детали, которые горят:

- Запах – палёная плоть Долы, сладковатый, как перегоревший сахар.

- Звук – шипение раскалённого металла, скрежет песка под ногами.

- Свет – этот проклятый нефритовый отсвет на стенах, будто всё помещение тонет в ядовитом море.

Трак не может атаковать. Не может уклониться. Он может только держать – и надеяться, что Дола не сварится раньше, чем Судвелл выдохнется. А Ника... Ника и правда нет.

Лишь маска на его лице – последнее доказательство, что это не галлюцинация.