Три года спустя. Экзамен

### :

Три года пролетели как один миг.

Пятый Отдел из подростков превратился в боевую единицу, о которой шептались даже в Анбу. Мы брали не числом, не силой — скоростью и слаженностью. Браслеты пульсировали в такт нашим сердцам, и в бою мы читали мысли друг друга быстрее, чем враг успевал моргнуть.

Я изменился. Возмужал, вытянулся, плечи стали шире. Чакра, которую я годами выжимал по капле, наконец потекла рекой. Бег по воде, хождение по стенам, базовые техники — всё это стало рефлексами.

— Ты готов к следующему уровню, малой, — сказал Курагари однажды утром. — Хватит долбить основы. Пора учиться настоящему.

— Чему именно?

— Теневому клону. Не тому, что используют шиноби — иллюзорному. Настоящему. Такому, который может драться, думать, умирать. И передавать опыт.

— Это сложно?

— Для обычного человека — невозможно. Ты же не обычный. У тебя внутри я.

Обучение заняло три месяца. Я создавал клонов, они рассыпались, я создавал снова. Курагари направлял, подсказывал, ругался, когда я тупил. Но к весне я мог создать пять теневых клонов и удерживать их полчаса.

— Для двенадцати лет — неплохо, — хмыкнул Курагари. — Для пятнадцати — будет отлично.

— Мне одиннадцать, — напомнил я.

— Тем более.

Горо вызвал нас в середине апреля.

— Хокаге объявил отбор, — сказал он без предисловий. — Через месяц в Конохе начнутся Экзамены на Чунина. От каждой деревни — команды. Мы тоже участвуем.

— Мы? — удивилась Каори. — Тень Деревни никогда не участвовала в официальных экзаменах.

— Первый раз всё бывает. Хокаге хочет показать, что мы существуем. Что мы — сила. И что с нами надо считаться.

— Кто пойдет? — спросил Молчун.

— Вы пятеро. Как отдельная команда. Без наставника. Вас и так знают как Пятый Отдел. Пора показать себя всему миру шиноби.

Мы переглянулись. Экзамен на Чунина. Легендарное испытание, о котором ходили слухи. Выживаемость — тридцать процентов.

— Справимся, — сказал я.

— В этом я не сомневаюсь, — усмехнулся Горо. — Сомневаюсь в другом: выдержат ли другие участники встречу с вами.

Коноха встретила нас шумом и толпой. Деревня разбухла от гостей — шиноби из Песка, Дождя, Травы, Звука. Мелькали незнакомые протекторы, странные лица, чужие техники.

— Как на рынке, — поморщился Дайсуке. — Только вместо овощей — убийцы.

— Заткнись, — шикнула Каори. — Не привлекай внимание.

Мы зарегистрировались в здании экзамена. Полуподвальное помещение было забито командами. Кто-то сверлил нас взглядами, кто-то демонстративно отворачивался, кто-то шептался.

— Пятый Отдел, — раздался насмешливый голос. — Тени, которые думают, что они крутые.

Мы обернулись. Группа парней в протекторах Песка — трое, явно старше нас, с наглыми рожами.

— Чего уставились, крысы из подворотни? — оскалился их лидер, здоровенный детина с выбритой головой.

— Игнорируй, — тихо сказал я своим. — Не здесь.

— Правильно, ползите в свою нору, — хохотнул детина. — На экзамене встретимся. Тогда и посмотрим, кто чего стоит.

— Обязательно, — ответил я спокойно.

Мы отошли в угол. Кагеяма кипел, сжимая кулаки.

— Стерпим, — буркнул Молчун. — Потом.

— Потом, — согласился я.

Первый тур оказался письменным. Десять сложнейших вопросов, за каждую попытку списать — минус баллы и вылет. Мы справились без проблем — Горо гонял нас по теории годами. Плюс Курагари подсказывал, когда я тупил.

Из 78 команд осталось 42.

Второй тур — Лес Смерти. Полигон с тварями, ловушками и врагами. Задача — за пять дней достать свитки, небесный и земной, и дойти до центра.

— Лес как лес, — пожал плечами Дайсуке, когда мы вошли. — Побольше нашего, но ничего особенного.

— Ошибаешься, — ответил я, чувствуя через Курагари присутствие опасности. — Здесь каждая тень дышит смертью. Держаться вместе. Ни шагу в сторону без команды.

Первая ночь прошла тихо. Мы нашли укрытие в пещере, выставили охрану, отдохнули. На рассвете наткнулись на команду Травы — трое перепуганных генинов, которые сразу отдали свиток, лишь бы мы их не трогали.

— Земной, — констатировал Кагеяма, разглядывая трофей. — Остался небесный.

На третий день мы нашли небесный свиток. Вернее, он нашел нас. Команда Песка — те самые наглые парни — подкараулили нас в узком ущелье.

— А вот и крысы, — осклабился детина. — Отдавайте свитки, и, может, отпустим.

— Не отдадим, — ответил я.

— Ну, как хотите. Банзай!

Бой начался мгновенно. Песок взметнулся стеной, закрывая обзор. Я едва успел отпрыгнуть, как из песка вылетели сюрикены.

— Курагари!

— Вижу. Теневое копье!

Черное щупальце ударило из-под моих ног, разрывая песчаную завесу. Я увидел детину — он стоял за спинами своих, концентрируясь на технике.

— Каори, прикрой!

— Есть!

Она метнулась влево, отвлекая двоих. Молчун и Кагеяма взяли на себя третьего. Дайсуке держал оборону с тыла.

Я рванул к детине. Песок обжигал лицо, но я прорывался. Теневые клоны — пять штук — возникли вокруг, сбивая врага с толку. Настоящий я зашел слева.

— Теневая игла!

Курагари ударил точно в ногу детины. Тот взвыл, рухнул на колено, и в этот момент я приставил кунай к его горлу.

— Сдавайся.

— Пошел ты!

— Сдавайся, или умрешь. Выбор простой.

Детина смотрел с ненавистью, но в глазах плескался страх. Он понял, что проиграл.

— Свитки... заберите, — выплюнул он. — Но мы еще встретимся.

— Обязательно, — усмехнулся я, забирая небесный свиток.

Мы вышли к центру на четвертый день. Из 42 команд до финала добрались 9. Мы были среди них.

Третий тур — бои один на один. Стадион, тысячи зрителей, Хокаге в ложе. Нас пятеро, но участвовать могут только трое от команды.

— Кто пойдет? — спросил Горо, появившийся перед боями.

— Я, Кагеяма, Молчун, — ответил я. — Каори и Дайсуке — поддержка и анализ.

— Принято.

Жеребьевка определила моим первым соперником парня из Звука. Худой, бледный, с какими-то трубками в ушах. Он вышел на арену, кривя губы.

— Шиноби Тени? — усмехнулся он. — Забавно. Даже не знал, что такие существуют.

— Теперь узнаешь.

Бой начался. Парень рванул вперед, делая странные жесты. Звуковые волны ударили по ушам, закладывая барабанные перепонки.

— Курагари, блок!

Тень обернулась вокруг головы, гася звук. Я ответил серией кунаев, потом теневые клоны. Парень метался, не понимая, где настоящий я.

— Сдавайся, — сказал я, появляясь за спиной с кунаем у горла.

— Ни... никогда!

Он дернулся, пытаясь ударить звуком в упор, но я был быстрее. Кунай полоснул по руке — неглубоко, но достаточно, чтобы вывести из строя.

— Победа! — объявил судья.

Кагеяма выиграл свой бой нокаутом. Молчун — техническим преимуществом. Мы прошли в следующий круг.

В полуфинале я встретился с куноичи из Песка — Темari. Высокая, с веером за спиной, уверенная в себе.

— Тот самый мальчик из Тени, — усмехнулась она. — Мои парни на тебя жаловались. Отомщу.

— Попробуй.

Она атаковала первой. Ветер от веера взметнул песок, закрывая обзор. Я ушел в тень, перемещаясь по арене. Курагари подсказывал направление атак.

— Слева! Прыжок!

Я увернулся от воздушного лезвия, ответил теневой иглой. Темari отбила её веером, но я уже был рядом. Кунай, удар ногой, еще удар.

— Неплохо, — процедила она, отступая. — Но этого мало. Камаитачи!

Вихрь взметнулся вокруг нее, разбрасывая моих клонов. Настоящего меня прижало к земле. Песок забивал глаза, рот, уши.

— Сдавайся, — крикнула Темari.

— Нет.

— Курагари, давай всё!

Тень взорвалась. Черная масса вырвалась из-под меня, ударила в вихрь, разрывая его на части. Темari охнула, когда теневое щупальце обвило ее ногу и дернуло вниз. Она упала, выронив веер.

Я стоял над ней, тяжело дыша.

— Сдавайся.

— Сдаюсь, — выдохнула она, глядя с уважением.

Финал. Я против Гаары из Песка. Того самого, с тыквой на спине и песком, движущимся сам по себе.

— Он опасен, малой, — предупредил Курагари. — В нем спит зверь. Огромный.

— Вижу.

Бой начался с секунды. Песок атаковал раньше, чем Гаара пошевелился. Я едва успел уйти в тень, перемещаясь по арене. Песок преследовал, пытаясь поймать, сжать, раздавить.

— Теневые клоны!

Пять клонов вырвались в разные стороны. Песок растерялся на мгновение, и я ударил. Кунай вонзился в песчаную броню Гаары — и застрял. Броня была тверже камня.

— Бесполезно, — прошептал Гаара. — Ты умрешь.

Песок взметнулся со всех сторон, отрезая пути отступления. Я оказался в ловушке.

— Курагари!

— Пытаюсь, малой! Но его песок... он блокирует тени!

— Тогда в лоб.

Я рванул вперед, прямо в песок. Иглы впивались в тело, но я прорывался. Еще метр, еще полметра. Рука коснулась брони Гаары.

— Теневое копье!

Удар тени пришелся в щель между песчинками. Гаара охнул, броня треснула. Еще удар — и песок опал.

Гаара стоял передо мной, без защиты, с глазами, полными ужаса и ярости.

— Убей, — прошептал он. — Убей, или я убью тебя.

Я смотрел в эти глаза и видел не монстра. Видел ребенка, которого не любили, боялись, ненавидели. Того, в кого запечатали демона и сделали оружием.

— Не убью, — сказал я, опуская кунай. — Сдавайся.

— Что?

— Сдавайся. Бой окончен. Ты проиграл, но жив. Этого достаточно.

Гаара смотрел, не веря. Потом песок медленно поднялся, встал на защиту.

— Почему? — спросил он.

— Потому что я знаю, каково это — быть не таким, как все. Иметь внутри нечто, что пугает других. Но ты — не только демон. Ты — человек. Не забывай этого.

Тишина на стадионе взорвалась криками. Судья поднял мою руку.

— Победитель!

Я смотрел на Гаару, который медленно уходил с арены, окруженный песком. В его глазах больше не было только ненависти. Там появилось что-то новое. Вопрос.

— Ты изменил его, малой, — сказал Курагари. — Сегодня ты изменил судьбу.

— Посмотрим.

Вечером нас вызвал Хокаге. Пятерых. В его кабинете пахло трубкой и старыми свитками.

— Поздравляю, — сказал он. — Вы все стали Чунинами. Но это не главное. Главное — вы показали, что Тень Деревни существует. Что вы — сила. Теперь об этом знает весь мир шиноби.

— Спасибо, Хокаге-сама, — ответил я.

— Есть еще кое-что. — Он помолчал. — Гаара из Песка просил передать тебе... спасибо. Он хочет встретиться. Не сейчас, потом. Когда будет готов.

— Передайте, что я согласен.

— Хорошо. А теперь идите. Отдыхайте. Завтра новое задание.

Мы вышли в ночь. Луна светила ярко, тени были глубокими.

— Мы сделали это, — выдохнул Дайсуке. — Чунины.

— Только начало, — ответил я. — Впереди еще много всего.

— А что впереди? — спросила Каори.

— Война. Мир. Судьба. Кто знает? Но мы будем вместе. Это главное.

Пятый Отдел шагнул в ночь. Пять теней, одна судьба. И древний голос в моей голове, который тихо шептал:

— Хороший день, малой. Очень хороший.

— Да, Курагари. Да.