Глава 1.4

Большинство людей под взглядами такой толпы наверняка бы занервничали, но Миша, не выказывая ни малейшего смущения, говорила в микрофон ровно и уверенно, а её слова лились плавно и без запинки.

Собравшиеся в столовой студенты были очарованы её величавой осанкой и ясным голосом и ловили каждое слово. Мы и не заметили, как пролетело время, и наконец Миша, сделав короткую паузу, улыбнулась.

— И напоследок, все вы: в стенах этой академии я не принцесса страны, а всего лишь такая же ученица, как и вы. Так что, младшие, прошу, обращайтесь ко мне просто как к своей старшей в академии.

Едва она закончила, как столовую захлестнула буря аплодисментов. Некоторые первокурсники даже растрогались до слёз.

Я? Я хлопал так усердно, что ладони аж заболели.

— Ну а теперь, если и дальше слушать только меня, станет скучно, так что перейдём к беседе. Второкурсники, сейчас вам раздадут листки с буквами алфавита. Пожалуйста, садитесь за тот стол, который отмечен буквой на вашем листке.

Пока Миша объясняла правила, дух-птица принёс мне листок. Я взял его и увидел написанную букву «F».

— Роак, у тебя что?

— Похоже, F.

— Вот незадача, мы рядом, но не вместе.

Взглянув на листок Гарета, я увидел там букву «E». Значит, он окажется в группе за соседним столом. Честно говоря, было бы спокойнее, окажись в моей группе Гарет, который знает о моей ситуации, но ладно уж.

— Роак, ты там следи за тем, что говоришь, хорошо?

— Ты мне что, нянька?

Обмениваясь с Гаретом такой непринуждённой болтовнёй по пути к своим местам, я нашёл стол со своей буквой и, попрощавшись с ним, направился туда.

— …А.

— …Угх.

И там, словно по чьей-то дьявольской шутке, среди первокурсников сидела та самая Жрица Пламенного Дракона, которую я победил в приветственном матче, — Лейя Вальхарт. Чую недоброе.

Когда началась беседа и за каждым столом завязались разговоры между первокурсниками и нынешними учениками, только наш стол F так и оставался погружён в молчание.

Причин, наверное, было несколько, но, скорее всего, главная из них — я. Жалею, что не ушёл домой, пока была возможность.

— Н-ну что ж, тогда давайте начнём с представления. Я Селия Раффлэр. Первокурсники, можете спрашивать меня обо всём, что вам интересно!

Пытаясь разрядить тяжёлую атмосферу за нашим столом, миловидная девушка с короткими каштановыми волосами представилась с бодрой улыбкой.

Её зовут Селия Раффлэр, наследница прославленного рода магов духов Раффлэр. Она одна из сильнейших магов духов в академии, и, если я правильно помню, по успеваемости входит в десятку лучших на нашем курсе.

Она изо всех сил пускает в ход свою природную жизнерадостность и умение общаться, чтобы оживить атмосферу, но настроение, больше похожее на поминки, никак не рассеивается. Однако, вдохновившись её светлой манерой держаться, первокурсники понемногу тоже начинают представляться.

— Э-э… Я Мейли Норт. П-приятно познакомиться!

Первой представилась девушка с голубой чёлкой, скрывавшей глаза. Хотя её лица я не видел, по высокому голосу было понятно, что она ужасно нервничает.

В ней есть что-то очень милое, такое по-новичковому трогательное.

— Цукикагэ Акари.

Следующей назвалась девушка с блестящими длинными чёрными волосами и острым взглядом. Судя по имени, она маг духов с Востока. Проделала долгий путь. Как и Гарет, она носит меч, так что, видимо, предпочитает ближний бой. Может, мы даже сможем подружиться, обсуждая фехтование. Лучик надежды в этой унылой приветственной встрече.

— …Лейя Вальхарт.

И наконец — юная леди из рода Вальхарт. Одна из причин, по которым за нашим столом такая тяжёлая атмосфера: покачивая похожей на хвост серебряной косой, она смотрит на меня своими золотыми глазами так, будто хочет прожечь насквозь.

Черты лица у неё правильные и красивые, но из-за этого пронзительного взгляда милой она не кажется ни капли.

Погодите, а она-то почему здесь? Разве не говорила, что не собирается участвовать в ужине? Мне это померещилось?

— Мейли-тян, Акари-тян и Лейя-тян! Очень приятно со всеми познакомиться! Ну же, вы двое тоже представьтесь!!

Селия подбадривает и нас, нынешних учеников, чтобы мы тоже назвались. Впечатлившись её блестящими навыками общения, я стараюсь создать хоть сколько-нибудь спокойную атмосферу и неторопливо открываю рот.

— Я Роак Алеас. Приятно познакомиться.

Когда я заканчиваю, мне почему-то кажется, что взгляд Лейи стал ещё острее. Надеюсь, мне просто мерещится…

— Я Огун, Огун Годвин! Если вам что-то понадобится, лучше рассчитывайте на меня, а не на этого простолюдина! Я научу вас всему, что нужно!

Тот, кто представился, попутно задирая меня, — это Огун Годвин, вторая причина тяжёлой атмосферы за этим столом.

Носит форму кое-как, поверх неё навешал лишние серебряные цепочки, браслеты и прочие дорогие побрякушки — с виду этот тип похож на разбогатевшего хулигана-выскочку, но на самом деле он тоже из знатного рода.

Если брать только происхождение, он, как и Гарет с Селией, относится к влиятельной знати, а по способностям — пусть и на ступень ниже их двоих, — всё равно входит в число весьма сильных.

Ну а вот с достоинством у него, скажем так, отдельная история…

— Э-эй! Огун-кун, не говори так! Сегодня ведь приветственная встреча для первокурсников, давай постараемся просто хорошо провести время!

— Ха, да ведь это правда, разве нет?! Одиночка, мрачный тип, бедняк, да ещё и в каждом бою ни разу не призывает своего контрактного духа. Кто вообще захочет полагаться на такого жуткого парня?!

Огун выкрикивает всё это, отмахнувшись от отчаянных попыток Селии как-то сгладить ситуацию.

Он и правда меня ненавидит — наверное, потому, что в прошлом я несколько раз его отделал. Он цепляется ко мне постоянно: когда я ем в столовой, когда читаю в библиотеке, даже во время занятий… словом, всякий раз, как меня увидит.

А сегодня то, что мы ещё и оказались в одной группе, похоже, стало последней каплей. Ещё до начала беседы он сверлил меня взглядом так, будто я его кровный враг, но, кажется, в итоге всё-таки не выдержал, и поток его оскорблений уже не остановить.

Ну, если честно, отчасти я могу понять, что он чувствует.

Среди магов духов есть древний обычай поединка: перед боем они призывают своих контрактных духов и представляются. Из-за этого бой без призыва контрактного духа может восприниматься как оскорбление противника.

Сейчас это уже пережиток прошлого, и большинству людей на него плевать, но некоторые — особенно среди дворян — почему-то до странного щепетильны в таких вопросах этикета. Вроде Огуна.

Так что, понимая, что корень проблемы во мне, я хоть и раздражён, но ни на что не жалуюсь и сохраняю невозмутимость.

Поворчав на меня ещё немного, Огун, заскучав от того, что я никак не реагирую, цокает языком и переводит цель с меня на первокурсников.

— Вы там, если хотите выбиться в люди в этой академии, лучше начинайте подлизываться ко мне уже сейчас.

Сказав это, Огун принимается без всякой просьбы хвастаться своими достижениями. Селия отчаянно пытается сменить тему, но любую её попытку тут же захватывает новый поток самовосхваления Огуна. Мейли смотрит на нас с растерянным видом и нервно ёрзает. Цукикагэ полностью игнорирует бахвальство Огуна, не проявляя к нему ни малейшего интереса. А Лейя, тоже пропуская мимо ушей всё, что он говорит, почему-то неотрывно смотрит на меня.

Посреди этого безумного разговора за столом F, где всё окончательно пошло наперекосяк, я сдался, взял стоявшую на столе чашку и, чтобы немного успокоить нервы, отпил чай.

Мм, вкусно. Похоже, заварка и правда дорогая.

Какими бы мучительными, скучными или невыносимыми ни были эти беседы, чай и сладости здесь всегда подавали первоклассные и очень вкусные. Это было единственным утешением, которое я находил на таких встречах.

И как в прошлом году, я молча попытался сбежать в мир чая и сладостей — но тут Лейя вдруг подняла руку.

— Эм, можно задать вопрос?

— О, да! Конечно, спрашивай что угодно!

— Предоставь это мне, я отвечу на всё, что тебе нужно!

Селия с заблестевшими глазами с радостью ждала первого вопроса от первокурсников, а Огун, скрестив руки, всем своим видом показывал, что готов ко всему.

Краем глаза наблюдая за ними обоими, я наклонил чашку, ожидая следующих слов Лейи.

— Роак-сэмпай, почему вы не призываете своего контрактного духа?

— …Кхгх… кха-кха!

Вопрос был обращён не к ним двоим, а ко мне. Более того, это был тот самый вопрос, на который я уже отвечал раньше, так что от неожиданности я поперхнулся чаем.

…Нельзя было спросить что-нибудь другое? Ладно ещё Селия, но Огун сейчас смотрит на меня таким взглядом, что мороз по коже…

— Кажется, я уже ответил на это после матча.

— Меня ваш ответ не убедил. Даже если вы предпочитаете сражаться самостоятельно, разве не было бы проще хотя бы призвать своего контрактного духа, чтобы получать от него духовную энергию?

Да, мне тоже так кажется.

— И всё же, несмотря на это, вы упрямо отказывались призывать своего контрактного духа и продолжали сражаться со мной, используя только микро-духов из временных контрактов. В итоге я проиграла. Это выглядело так, будто вы надо мной насмехались.

— …

Я не насмехаюсь, а, наоборот, вообще-то тебя уважаю!

— Если есть другая причина, не могли бы вы сказать её сейчас? Ваш прошлый ответ я принять не смогла.

— …

Выслушав вопрос Лейи, я медленно поставил чашку обратно на блюдце.

Звяк фарфора прозвучал неестественно громко, и я понял, что напряжение за нашим столом уже почувствовали даже в других группах — теперь они тоже прислушиваются к нашему разговору.

Люди, пожалуйста, занимайтесь своими беседами…

— …Причина, значит…

Пробормотал я, скрестив руки на груди.

Если её не устраивает мой прежний ответ, то какая причина вообще могла бы убедить Лейю…?

Я закрыл глаза, пытаясь выиграть время, сделав вид, будто глубоко задумался, но понимал, что долго это не продлится. Когда на тебя уставились все вокруг, просто взять и сбежать уже не получится.

Ладно, что делать? Ничего путного в голову не приходит.

У того, чтобы не призывать контрактного духа, сплошные минусы, а ни одного плюса я придумать не могу. Впрочем, наверное, именно поэтому Лейя и задаёт этот вопрос…

Может, плюнуть на всё и с дурацкой рожей показать знак мира, заявив: «Вообще-то у меня нет контрактного духа!»? Всё, что я до сих пор строил, в тот же миг рухнет, но, с другой стороны, на душе, наверное, стало бы легче.

Пока я размышлял над этой нелепой идеей, по столовой вдруг прокатился громкий голос.

— Да тут и так всё ясно! Он не призывает своего контрактного духа, потому что у него его нет!

На миг я едва не забыл, как дышать.

Я повернул голову и увидел стоящего Огуна с раздражённым выражением лица.

— Ведь так, Роак?!