Глава 4.3

Как бы сильно я ни ненавидел ранговые бои и как бы ни тревожился из-за выходок Селии, время всё равно неумолимо шло вперёд.

— Злые духи, значит? Опять взялся за что-то непростое.

— Учитель, у вас не найдётся материалов о Четырёх Бедствиях, которые я мог бы одолжить?

В тот день я пришёл в дом Оуэна, где подрабатывал, и, попутно прибираясь в комнате, решил попросить у него материалы для реферата, который нам задал профессор Альберт.

— Конечно, бери сколько хочешь.

— Спасибо большое. А где они лежат?

— Так… где же они были? В последнее время я злых духов почти не изучал. Кажется, где-то здесь…

— Я очень ценю ваше желание помочь, но не могли бы вы не разбрасывать вещи по комнате именно в тот момент, когда я пытаюсь тут прибраться?

Мой учитель, так охотно согласившийся одолжить мне материалы, начал вытаскивать с полок документы и сваливать их прямо на пол. Я, конечно, был очень благодарен за помощь, но, если он продолжит так разводить беспорядок, работу мне никогда не закончить.

— О, вот оно!

Как раз когда я уже собирался возмутиться, видя, что на полу вот-вот вырастут горы книг и бумаг, учитель, похоже, наконец нашёл нужные материалы о Четырёх Бедствиях. Он вытащил с полки толстую пачку документов и старую книгу.

— Как тебе это? Тут в основном речь об Апепе, Драконе Тёмной Бездны, но и прочей информации должно быть немало.

— Спасибо. Это очень поможет.

Сказал я, принимая материалы из рук учителя.

Из любопытства я пролистал несколько страниц и увидел плотный текст и, кажется, какие-то зарисовки местности. Что именно на них было изображено, я не понял, но уже по первым страницам было ясно: для реферата этого более чем достаточно.

— Извините за беспокойство. Если вы не против, я верну всё через пять дней.

— Не спеши. У тебя же скоро ранговой бой, верно? Мне эти материалы срочно не нужны, так что держи у себя столько, сколько потребуется.

— Большое спасибо. Тогда я одолжу их на чуть больший срок.

Как и сказал учитель, мне ещё нужно параллельно готовиться к ранговому бою, так что возможность подержать всё у себя подольше очень выручает. Раз уж это его не затруднит, я с благодарностью приму его доброту.

— Кстати, похоже, в Лунных руинах ты там знатно пошумел. Редко увидишь Сигрума таким вымотанным.

— Ну, там произошло кое-что неожиданное. Если честно, думаю, я немного увлёкся — всё-таки давно не исследовал древние руины.

— Ха-ха-ха, это в духе студентов. Когда я сам был учеником, однажды во время исследования руин умудрился разнести целое святилище, за что меня потом здорово отчитали.

— А? И это сошло вам с рук?

— Там всё было хуже некуда. Освободился какой-то опасный дух, которого должны были держать запечатанным, мои товарищи были в бешенстве, поднялся страшный переполох. Но, ну… в итоге всё как-то уладилось.

— Сам удивляюсь, как вообще уладилось…

Учитель смеялся своим обычным «ха-ха-ха», но, если послушать его рассказ, выходит, что освобождение духа, запечатанного в руинах, вполне могло закончиться катастрофой — не окажись рядом человека уровня моего учителя. Если подумать, смеяться над настолько опасным происшествием он, наверное, может только потому, что сам способен с ним справиться.

Пока я слушал воспоминания учителя, я вспомнил о том, что давно хотел у него спросить, и завёл нужную тему.

— Кстати, учитель, можно задать вам один вопрос о злых духах?

— О заключении контракта со злыми духами?

Учитель, будто заранее угадав, о чём я хочу спросить, попал точно в цель, и я невольно дёрнулся от неожиданности. Увидев мою реакцию, он усмехнулся так, словно говорил: «Я так и знал».

— …Неужели я настолько предсказуем?

— Ну, учитывая твоё нынешнее положение, вполне естественно, что, стоит тебе заговорить о злых духах, первой мыслью будет именно контракт.

Когда он так это сформулировал, пришлось признать, что он прав. Будь я на его месте, я бы, наверное, тоже первым делом подумал о контракте.

— Так вот, насчёт контракта со злыми духами… я бы, разумеется, не советовал.

— …

Ну конечно. Конечно вы это скажете.

— Хотя прямого закона, запрещающего это, нет, в этой стране контракт со злыми духами по сути считается табу. Даже если бы тебе удалось заключить такой контракт, поднялся бы страшный скандал.

— Кстати, а почему это считается табу?

— Да, наверное, по всем тем причинам, о которых тебе уже рассказывали на лекциях. Маги духов, сходящие с ума после заключения контракта, история войн, начатых теми, кто заключал контракт со злыми духами, — их называют Конфликтами злых духов, — сама природа злых духов, которые активно нападают на людей и других духов поблизости, врождённая опасность тёмного атрибута… В общем, причин там хоть отбавляй.

— …Понятно.

Когда всё это раскладывают по полочкам, и правда становится понятно, почему это считается табу. Причины более чем убедительные. Я всё же где-то в глубине души надеялся, что со злыми духами, может быть, всё окажется иначе, но… похоже, это всё-таки слишком далеко от меня.

— …Я не стану спрашивать, о чём именно ты думаешь, Роак, но что бы ты ни задумал, в твоём нынешнем состоянии это для тебя слишком сложно.

— …В каком смысле?

Сбитый с толку этим неожиданно пессимистичным замечанием, я переспросил. Я и правда не понимал, почему он вдруг сказал такое.

С чуть самодовольным видом учитель открыл рот:

— Я говорю о твоём способе существования как мага духов.

— …О моём способе существования… как мага духов?

Я всё ещё ничего не понимал. Что он вообще имеет в виду?

Я постарался выразить взглядом просьбу объяснить, но учитель только улыбнулся с каким-то забавляющимся видом, совершенно не собираясь ничего разъяснять. Почему?

— Я мог бы тебе сказать, но как учитель считаю, что лучше, если ты сам до этого дойдёшь.

— Тогда скажите.

— Если я сразу всё выложу, будет неинтересно, разве нет? Раз уж зашёл об этом разговор, тебе стоит ещё немного над этим поломать голову. К тому же, если не ошибаюсь, у тебя ведь скоро тот ранговой бой, о котором ты говорил?

— А? Ой, чёрт?!

Я посмотрел на часы на стене и увидел, что время матча и правда уже близко. Если я сейчас не рвану обратно в академию, то точно опоздаю!

— Ну, давай, двигай. Ты же хотел как следует посмотреть сегодняшний ранговой бой, верно? О правильном ответе поговорим в другой раз.

— Ух! В следующий раз вы уж точно должны мне всё рассказать!!

— Ха-ха-ха! Ломай голову дальше, юноша!

Я поспешно прибрал вокруг себя и, бросив напоследок реплику, будто какой-то злодей, выскочил из комнаты.

Доносившийся вслед весёлый смех учителя раздражал просто невыносимо.

Ранговые бои обычно проводят уже после окончания всех лекций на день.

Изначально от занятий освобождали только самих участников боёв, а матчи проходили в установленное академией время. Но потом студентов, желающих посмотреть поединки, становилось всё больше и больше — особенно если там сражались лучшие ученики, — и всё чаще учащиеся начали просто прогуливать лекции. В итоге теперь почти все бои проводят уже после занятий.

Поэтому сегодня, раз у меня лекции были только утром, я думал провести день на подработке, а к вечернему бою спокойно вернуться. Но, как оказалось, я сильно недооценил ситуацию.

— Ха! Ха! Успел?!

Наверное, до начала боя оставалось всего несколько минут. Кое-как добежав до академии, я проскочил через ворота и помчался к арене.

По крайней мере, по атмосфере не похоже, что бой уже начался. Благодаря тому, что я нёсся на пределе сил, я всё же успел вовремя. Переводя дух, я направился к гордости академии — арене.

Стоило мне войти внутрь, как меня окутал гул голосов. Народу в арене собралось столько, что её легко было бы принять за какую-нибудь ярмарку.

— Как и ожидалось от боя Гарета.

Видимо, из-за того, что сегодня сражается Гарет, студентов в арене собралось даже больше обычного — особенно второкурсников и первогодок.

В особенности здесь, похоже, почти весь первый курс — наверное, потому что для них это первый ранговой бой. При такой толпе свободных мест, скорее всего, уже не осталось.

Я и сам должен был догадаться, что так и будет на первом ранговом бою нового семестра, тем более если Гарет выступает в первом матче. Но я слишком увлёкся разговором с учителем и в итоге безнадёжно выбился из графика.

— А, семпай Роак!

Когда я уже почти отказался от мысли найти место и начал подумывать, не посмотреть ли бой снаружи по трансляции, сквозь шум я услышал, как меня кто-то зовёт по имени. Обернувшись на голос, я увидел девушку, энергично машущую мне рукой, — это была моя младшая, с которой мы вместе исследовали древние руины.

Рядом с ней девушка с глазами, скрытыми чёлкой, — та самая, что была в нашей группе на вечеринке знакомства для первокурсников, — слегка поклонилась мне. Если я правильно помню, её зовут Мейли.

Узнав младших, я подошёл к ним, чтобы поздороваться.

— Лейя, ты тоже пришла посмотреть ранговой бой?

— Да. Во втором поединке участвует моя подруга. И ещё, поскольку сегодня сражается семпай Гарет, я подумала, что было бы неплохо посмотреть вместе.

— А, твоя подруга…

Следуя за её словами, я посмотрел в сторону одного из трёх разделённых секторов — сектора первокурсников — и увидел девушку с длинными чёрными волосами, прислонившуюся к стене. Кажется, она тоже была в той самой группе на вечеринке для первогодок. Интересно, они подружились именно после того случая?

Подумав, что, может быть, те мучительные времена всё-таки не прошли совсем уж зря, я ещё раз обратился к Мейли.

— Ты ведь Мейли, да? Не знаю, помнишь ли ты меня, но я Роак Алеас. Мы встречались на вечеринке для первокурсников. Рад познакомиться снова.

— Д-да! Я Мейли Норст! Для меня честь, что знаменитый семпай Роак помнит моё имя! О-очень приятно с вами снова встретиться!

— Эй, не нужно так официально. Пожалуйста, подними голову.

Мейли, заметно нервничая, склонила голову, представляясь, и я через силу улыбнулся, попросив её выпрямиться.

Я почувствовал, что мы уже привлекаем внимание окружающих, а если первокурсница будет вот так кланяться мне, это наверняка породит лишние слухи. Хотелось, чтобы она подняла лицо как можно скорее.