Выделиться не в лучшем смысле

Несмотря на разные неприятности, исследование руин я всё же благополучно завершил и нужные баллы заработал. И сегодня, как обычно, направлялся в академию на лекции.

— Эй, Роак!

— Здоров.

По дороге по коридору к аудитории я столкнулся с Гаретом, который, похоже, как раз вышел с лекции.

— У тебя сейчас занятие?

— Ага. Иду на «Изучение злых духов».

— А, этот предмет. Я тоже хотел его взять, но он совпал по времени с другими лекциями.

— Я записался из интереса, но, говорят, зачёты там зверские. Будто бы каждый раз срезается чуть ли не половина группы.

— Если добудешь вопросы к следующему семестру, буду благодарен.

— Смотря что предложишь взамен.

Подобный обмен вопросами и ответами между студентами в академии — дело вполне обычное. И это неудивительно: наши оценки здесь напрямую влияют на будущее. Чем они выше, тем лучше карьерные перспективы и шире выбор путей, а чем ниже — тем уже и качество, и количество доступных возможностей.

Поэтому, если не считать высшую знать, у которой дорога уже определена заранее, все здесь обычно действуют сообща, чтобы получать оценки получше. К тому же в академии учатся люди из самых разных слоёв общества, так что такие сделки ещё и помогают завязывать связи.

Иными словами, подобные закулисные обмены для студентов — одна из важнейших форм общения.

— А как насчёт той биографии Артура, которую ты хотел? Я недавно нашёл её в букинистическом. Сам уже прочитал, так что могу отдать.

— В таком случае я передам вам эти вопросы всей душой, лорд Гарет!

Вот именно поэтому я и не могу отказаться от таких сделок.

Биография Артура — популярный роман о подвигах Артура, мага духов, которого почитают как героя. Вышла она уже давно, но стала настолько востребованной, что теперь в продаже её почти не найти. Если покупать сейчас, придётся выложить целое состояние, так что для меня это буквально дар небес.

— Значит, договорились. Кстати, в этом семестре что-то слишком много предметов, где всё решают тесты. Тяжело.

— Разве это не лучше, чем завал из рефератов?

— Правда так думаешь? С рефератами-то всё просто: как-нибудь свёл материал, сдал — и готово.

— Вот это самое «как-нибудь» у меня как раз и не выходит. Да и как вообще нужно всё это сводить, чтобы получать высокие баллы, я до сих пор не понимаю.

Иногда я трачу кучу времени на работу, которую сам считаю удачной, а в итоге получаю посредственную оценку. А иногда, когда времени в обрез, наспех собираю что попало — и почему-то меня оценивают на высший балл. Вот бы они ещё объясняли, по каким вообще критериям ставят оценки.

— У тебя всегда только два состояния: либо вкалываешь на пределе, либо вообще не стараешься. Тебе бы научиться работать в меру.

— Легко тебе говорить, господин природный талант.

У меня исходная точка ниже среднего. Чтобы удержаться на нынешнем месте, я не могу позволить себе расслабиться. Стоит мне хоть немного сбавить темп — и вся эта видимость тут же рассыплется, а я потеряю всё.

— Я не говорю ничего сложного. Я имею в виду…

— В смысле? Ты на что уставился?

Проследив за взглядом Гарета, который вдруг оборвал фразу на полуслове, я увидел толпу студентов, собравшихся у доски объявлений в коридоре.

Заинтересовавшись, из-за чего весь этот шум, я прищурился, вглядываясь в вывешенный лист. Похоже, там появилось расписание ранговых боёв.

— Уже это время года…

И снова настал неприятный сезон. Пусть всё это и ради оценок, но необходимость драться с другими студентами — та ещё головная боль.

— Интересно, а вдруг в этот раз мне выпадешь ты?

— Только избавь меня от этого. Я с тобой драться не хочу.

Бой с человеком, который знает мои обстоятельства, для меня был бы не иначе как отчаянием. Если я правильно помню, нынешний ранг Гарета — десятый, так что шанс столкнуться с ним и правда есть.

Да и вообще, я не хочу встречаться ни с кем из первой десятки. Наш курс почему-то сплошь набит исключительными талантами, начиная с принцессы. Каждый из них — противник, который спокойно потянет на профессионального мага духов.

А если речь о первой четвёрке, мне впору заранее готовить белый флаг.

Против них всё безнадёжно. Если не повезёт — проигрываю, не успев ничего сделать. Если повезёт — всё равно просто проигрываю. Даже если готовлюсь заранее, всё равно проигрываю. Иными словами, исход только один: поражение.

А тем, кто сейчас подумал: «Но разве ты сам не входишь в первую четвёрку?» — скажу, что причина тут до смешного поверхностная.

Во-первых, я ещё ни разу не дрался ни с кем из первой четвёрки, кроме принцессы, которая занимает первое место. Строго говоря, один официальный бой с нынешним третьим местом у меня всё-таки числится, но это была совершенно неожиданная победа неявкой — противник просто не пришёл.

Иными словами, я просто по счастливой случайности оказался выше своих реальных возможностей. И что мне с этим делать — сам не знаю.

— Отсюда не разглядеть.

— Ага. Подойдём ближе?

Как бы там ни было, сейчас важно только одно — кто достанется мне в соперники на ранговом бою. В зависимости от этого, возможно, придётся начинать продумывать стратегию уже сейчас. Надеясь хотя бы на относительно лёгкий матч, мы подошли к доске объявлений. И стоило нам приблизиться, как собравшиеся студенты расступились влево и вправо.

— Эй, это же семпаи Алеас и Оррот?

— Так это и есть те самые высокоранговые второкурсники, о которых ходят слухи?

— И семпай Алеас до сих пор второй на курсе, ни разу даже не призвав контрактного духа. Кто он вообще такой…

Да я просто слабак, у которого даже контрактного духа нет. Младшие, пожалуйста, не расступайтесь передо мной так — я не настолько важная персона, честное слово.

— Похоже, я иду в первом бою. Вот ведь морока, ещё и заданий навалят.

Пока Гарет недовольно бормотал рядом, я в панике искал глазами своё имя. Поскольку ранговые бои растягивались на несколько дней, на доске были перечислены пятнадцать поединков на ближайшие пять дней — по три в день.

— Я… тьфу, в пятом бою… и ещё против Офелии…

Пробежав глазами список сверху вниз, я нашёл своё имя в пятом бою и тяжело вздохнул. Да ещё и против Офелии Ринглад, двенадцатой на нашем курсе. От одного этого у меня уже подступила тошнота.

— Эй, семпай Алеас вздыхает, увидев имя соперницы.

— Я слышал, он всегда ищет противников, против которых можно будет сразиться всерьёз. Что, семпай Офелия для него недостаточно хороша?

— Он ведь даже против госпожи Миши не призвал контрактного духа, верно? Тогда против кого вообще собирается драться в полную силу?

И кто, скажите на милость, распространяет всю эту чушь? Порог выживания моей академической жизни с каждой секундой только повышается. И что мне теперь делать?

— Роак, ты побледнел.

— Не обращай внимания. У меня всегда так.

— Уже одно это звучит тревожно… Ладно, времени почти не осталось. Я побежал. Увидимся позже.

— Ага. Давай.

Бросив взгляд на часы, я понял, что до начала лекции остаются считаные минуты. Я поспешил по коридору в сторону аудитории.

— Едва успел…

Когда я быстрым шагом вошёл в аудиторию, из-за времени почти все места уже были заняты, и свободным оставался в основном только первый ряд.

Передние парты — совсем не мой вариант. Я уже собрался с тяжёлым сердцем туда сесть, как сквозь общий шум услышал знакомый голос, зовущий меня по имени.

— Роак, сюда!

Повернувшись на голос, я увидел Лили, которая махала мне рукой.

— Я тебе место заняла.

— О, Лили, ты меня просто спасла! Спасибо!

— Хе-хе.

Точно. Я совсем забыл, что Лили тоже ходит на эту лекцию.

Благодарно кивнув Лили, которая довольно улыбалась, я сел рядом с ней — на место подальше от кафедры, в задней части аудитории.

Вскоре в класс вошёл профессор Альберт, преподаватель «Изучения злых духов», в очках с чёрной оправой. Стоило ему занять место за кафедрой, как по аудитории прозвенел звонок, возвещающий начало лекции.

— Итак, начнём сегодняшнее занятие. В прошлый раз мне пришлось отменить лекцию по личным обстоятельствам, так что сперва повторим материал. Студенты, вы все чётко понимаете, что собой представляют злые духи?

Когда профессор Альберт задал этот вопрос, поправляя очки, реакция в аудитории разделилась. Кто-то уверенно закивал, а кто-то, наоборот, покачал головой, давая понять, что не знает.

Мы с Лили, кстати, никак не отреагировали. Ответ мы знали, но лишнее внимание нам ни к чему, так что просто сохранили невозмутимые лица, сложив руки на груди.

— Хм, похоже, кое-кто из вас не слишком уверен… Что ж, тогда разберём правильный ответ. Злые духи, как их обычно называют, на самом деле относятся к разновидности духов, официально именуемой тёмными духами.

С этими словами профессор Альберт взял мел и, начав писать на доске, продолжил объяснение о злых духах.

— И естественно, у некоторых из вас может возникнуть вопрос: почему тёмных духов называют злыми духами, а не просто тёмными?

— Ты знаешь?

— Более-менее. Хотя теорий несколько.

Когда я шёпотом спросил у сидящей рядом Лили, она уверенно кивнула. Вот уж действительно гений.

Пока я мысленно восхищался этим гением у себя под боком, профессор продолжал объяснение, и его речь размеренно сопровождал скрип мела по доске.

— Злыми духами их называют уже как минимум лет сто. Причин тому называют несколько… но самая распространённая теория сводится к тому, что дело в самой природе этих духов.

Профессор записал на доске объяснения нескольких теорий, затем обвёл последнюю большим овалом и только после этого отложил мел.

— Они активно нападают на людей и на других духов. Но главное — они разрушают разум тех, кто пытается заключить с ними контракт.

— Разрушают… разум?

Пробормотавший это студент склонил голову набок, явно не уловив смысла, но профессор Альберт кивнул и ответил:

— Именно.