Замок в грозовую ночь

«Примерно пятьдесят лет назад, одной ночью, семья Нильсен устроила грандиозный банкет. Помимо вернувшихся из других краев членов семьи, они пригласили всех важных людей городка: священника, мэра, членов городского совета…»

Хозяин гостиницы предавался воспоминаниям:

— В разгар торжества члены семьи Нильсен внезапно напали на гостей. Они заперли ворота поместья и набросились на каждого присутствующего. Они убивали, поджигали, упивались кровью и вешали тела жертв на флагштоки.

— Священнику и нескольким членам совета удалось вырваться из поместья, но безумная семья Нильсен не собиралась останавливаться. Они погнали лошадей к городку Карфуно, продолжая резню. В ту ночь город был полон огня и криков о помощи…

— Я тогда был совсем ребенком, до смерти напуганным. Посреди ночи родители отвели меня в церковь, где собрались все дети города.

— Чтобы дать отпор потерявшей человеческий облик семье Нильсен, а также защитить свои дома и детей, горожане организовали сопротивление. С первыми лучами рассвета им удалось загнать безумцев обратно в поместье.

— К тому времени поместье уже пылало. Огонь поглотил этих злобных фанатиков. Говорят, они пели и смеялись, купаясь в пламени, держались за руки и танцевали, словно Смерть была именно тем исходом, к которому они стремились…

— После этого из Лондона приехали люди для расследования, которое длилось очень долго. Священник и члены совета после пережитого кошмара стали странными, как и многие горожане. Многие уехали жить в другие места и больше никогда не возвращались на родину.

Та безумная ночь, случившаяся пятьдесят лет назад, стала для городка Карфуно ужасным табу, о котором не желают вспоминать. Это событие привело к упадку города, от которого он не оправился до сих пор.

Поскольку прошло много времени, а хозяин гостиницы был тогда ребенком, информация, которую он мог предоставить, оказалась весьма скудной. Когда Вероника спросила, выжил ли кто-нибудь из членов семьи Нильсен в ту ночь, на лице хозяина отразилось замешательство.

Должно быть, выжили, иначе трудно объяснить фамилию Майка.

…

За окном продолжался ливень, и, похоже, он только усиливался.

Уэйн был крайне раздосадован. Еще утром небо было безоблачным, а теперь погода резко испортилась. Если так пойдет и дальше, все скатится к сценарию классического герметичного детектива, где герои заперты бурей в особняке.

Хозяин гостиницы и две барышни уже ушли. После грибного угощения они проспят до утра и не вспомнят ночной допрос. На всякий случай Уэйн отыграл роль до конца и, следуя рыночным расценкам, сунул плату за «проезд» девушкам за воротник.

Он платит, Вероника угощает.

Вероника, держа на руках черного кота, стояла у окна в задумчивости. Исходя из простой информации, можно предположить, что семья Нильсен изначально была верными последователями богини Смерти. Они устроили бойню, чтобы снискать благосклонность богини, и это наследие перешло к Майку, который вновь получил покровительство Смерти.

Это также объясняет, почему Майк внезапно стал Странником Смерти и овладел могущественным божественным искусством.

Вопрос в другом: действительно ли Майк вернулся в городок Карфуно, чтобы жениться?

— По сравнению с женитьбой, куда вероятнее, что он намерен продолжить незавершенное дело предков: принести в жертву Смерти весь город в обмен на великую силу, — нахмурившись, произнес Уэйн.

«Дело, не завершенное предками, завершу я; жертв, не добитых семьей, добью я». Схема классическая, ошибки быть не может.

Уильям кивнул и, отложив шоколад, показал, что его мысли полностью совпадают с мыслями Уэйна. Вот что называется взаимопониманием.

Уэйн же не хотел этого понимания с ним; он посмотрел на Веронику, желая иметь ментальную связь с красавицей.

Вероника немного поразмыслила и решила немедленно отправиться в поместье Нильсена. Время не ждет, кто знает, на какой стадии находится ритуал Майка. Чтобы невинные горожане и они сами не стали жертвами, нужно разобраться со Странником Смерти этой же ночью.

В этот момент Вероника отбросила мысли о снятии проклятия. С точки зрения приоритетов, предотвращение жертвоприношения было важнее.

Дождь лил как из ведра. Синий седан пробирался сквозь дубовую рощу под завесой ливня. Чтобы не спугнуть цель, Уэйн вел машину в темноте, не включая фар.

Оуквуд-Роуд была единственной дорогой, ведущей из города к поместью Нильсена. После того как поместье сгорело и стало запретной зоной ужаса, горожане сюда не ходили. Из-за отсутствия ремонта дорога заросла сорняками, а скопившаяся гнилая листва превратила путь в скользкое грязное месиво.

Две ли пути Уэйн преодолевал целых десять минут.

Завидев вдалеке руины поместья, Уэйн припарковал машину у выезда с Оуквуд-Роуд. Трое людей и один кот двинулись вперед под зонтами.

Грохот!

Бледная молния рассекла ночное небо, и окутанное Тьмой поместье на мгновение озарилось ярким светом.

Это было скорее не поместье, а замок: со всех сторон высились крепостные стены, виднелось несколько башен, смотрящих вдаль. Ворота замка исчезли, и в ночи проем напоминал огромную разинутую пасть.

Они вошли внутрь. Бывшая садовая площадь выглядела заброшенной и хаотичной: повсюду сухая трава, увядший кустарник и множество надгробий с крестами.

Горожан здесь точно не хоронили – они бы бежали отсюда без оглядки. Если догадка верна, здесь покоятся останки членов семьи Нильсен.

Моника, обладая острым зрением, заметила букет цветов перед одним из надгробий. Цветы были свежими, значит, кто-то недавно навещал могилу.

Вслед за этим Моника обнаружила еще одну странность: перед надгробием было много воска от свечей. Одни догорели до конца, от других остались небольшие огарки. Количество указывало на то, что кто-то приходит сюда регулярно.

Если это Майк, значит, он возвращается в городок Карфуно каждый год. А если нет…

Значит, кто-то еще из членов семьи Нильсен жив.

Вероника глубоко вздохнула, выражение ее лица стало намного серьезнее. Она велела Уильяму защищать Уэйна, а сама, сжимая стеклянную банку, пошла впереди.

Уильям следовал за ней, Уэйн шел рядом с ним, отвечая за транспортировку Моники.

Кошка выказывала некоторое пренебрежение к объятиям Уэйна, но грязная жижа под ногами была еще невыносимее. Поразмыслив, она смирилась – придется терпеть.

Все они последователи богини Лунного Света, так что в небольшой близости нет ничего дурного!

Деревянные постройки поместья были уничтожены пожаром, остались лишь руины, скрытые сорняками. Каменный замок с его пристройками уцелел. Уэйн, опасаясь ловушек, шел так, что в итоге уткнулся в спину Вероники.

Ничего личного, просто магия заблокирована. Вероника – наследница, в чьих жилах течет кровь дракона, она сильнейший боец в отряде. А Уильям…

Он хороший человек!

Такая позиция очень раздражала Веронику. Она обернулась и свирепо зыркнула на Уэйна. Было слишком темно, и Уэйн этого не увидел, зато, не заметив, что она остановилась, врезался в нее.

Компания пробиралась по коридорам замка в темноте. Во внешних стенах было несколько наблюдательных бойниц размером с кулак, через которые иногда проникал свет молний. Только благодаря указаниям Моники они не ходили кругами.

Спустя какое-то время, когда Моника начала подозревать, что заблудилась, Уэйн остановился.

Он окликнул идущую впереди Веронику и, указав на кирпичную стену рядом, сказал:

— Запах незнакомца. Я чую его, это не наш запах. Мы здесь не проходили. Поищите внимательно, поблизости наверняка есть механизм, открывающий потайной ход.

Говоря это, он погладил Монику по голове:

— У кошек обоняние острее, чем у собак, ты ведь тоже почуяла, верно?

Моника увернулась от руки и промолчала. Вероника не выдержала, закатила глаза и без церемоний спросила:

— Что это значит? У тебя собачий нос?

— …

Как бы то ни было, а нос и правда имелся!

Вероника не верила в собачий нюх Уэйна, но согласилась с его догадкой: в замке определенно должны быть потайные ходы, и Странник Смерти прячется в одном из углов.

Они начали ощупывать все вокруг в поисках переключателя. Уильям случайно задел механизм, пол ушел из-под ног, и он рефлекторно схватил стоящего рядом Уэйна за руку. Оба полетели вниз по желобу.

Уэйн был крайне удручен. Он тоже протянул руку, желая утянуть кого-нибудь за собой в качестве подушки, но Вероника была слишком далеко – не дотянуться.

А Моника увернулась.

Всем известно, что реакция кошки в семь раз быстрее человеческой. В момент падения она оттолкнулась от плеча Уэйна и благополучно приземлилась на пол.

Вероника поспешила вперед, вглядываясь в темный провал. Снизу доносился свет и полный жизненной силы поток ругательств Уэйна. Она с облегчением выдохнула.

Падение не страшно, главное, что живы.

Ливень внезапно прекратился. Темный, мрачный небосвод словно переключили: неправдоподобно огромная луна залила землю серебряным сиянием.

Моника запрыгнула на плечо Вероники, вытянула шею к бойнице и, ощутив странную атмосферу в лунном свете, расширила зрачки до предела:

— Городок…

— …В огне!