Синепятнистая сороконожка (3)

Бум!

Бах!

– Ну и устроили…

Грохот разбудил меня посреди ночи.

Шла уже четвёртая ночь с тех пор, как гости отправились на поиски. Со стороны каменистых гор доносились звуки ударов, треска и разрушений. Камни сталкивались, ломались, разлетались в стороны, сопровождаемые глухими хлопками.

– Я же говорил им не спешить… Они что, решили просто всё разнести? О среде обитания вообще кто-нибудь думает?

Сбор – это временное заимствование у природы. А среду обитания нужно сохранять. Иначе потом собирать будет нечего.

Какой бы ни была срочность из-за дочери, человек тридцать явно не собирались сдерживаться.

– У них что, взрывчатка?

Очнувшись здесь, на Хэнаме, я поселился в заброшенном храмовом водоотводе и жил охотой на змей. Об эпохе я знал немного. Просто предполагал что-то между Сун, Юань, Мин или Цин.

Поэтому происходящее настораживало.

Такое не возникает само по себе.
Без пороха тут явно не обошлось.

«А когда в Срединных Землях появился порох?..»

Может, этот мир и не так уж далёк от моего прошлого.

Хотя, если здесь действительно водятся сороконожки размером с человека, это уже совсем другой разговор.

Как бы то ни было, после рассвета стоило проверить место обитания.

Если уж его разрушили, кто-то должен увидеть последствия.

Ну а если вдруг остались мелкие особи… можно хотя бы спасти их.

Сороконожки – удивительные создания.

Даже если та и правда способна меня сожрать, после чёрной мамбы пугаться было поздно.

Примерно через час…

Ш-ш-ш…

Хлынул ливень.

С дождём звуки взрывов и ударов начали затихать. Похоже, использовать порох стало невозможно.

Наконец можно было снова уснуть под шум дождя.

– Закончили?

Кап. Кап.

Затрещали сверчки в сосуде, и я вернулся на лежанку.

Ливень продолжался, и в горах вновь воцарилась привычная тишина.

***

– Ха… ха…

Измождённые воины клана Тан лежали прямо на камнях.

Выжившие распластались на склоне, подставляя лица дождю. Тан Чхоль Сан, стиснув зубы, фиксировал сломанную руку бамбуковыми планками.

– Рука в порядке? – спросил его отец.

Тан Му Сон, Мастер Десяти Тысяч Ядов.

Чхоль Сан улыбнулся, несмотря на дождь.

– Просто перелом.

– Для низкоранговой синепятнистой сороконожки она доставила слишком много хлопот. Если бы дождь её не замедлил, мы могли бы не выжить.

Улыбка померкла.

Отец был прав.

Скорость.
Сила.
Способность точно определять положение противника даже в полной темноте.
Яд, прожигающий всё, к чему прикасался.

Несмотря на запись «низший ранг» в Своде ядовитых тварей Поднебесной, это существо было кем угодно, но не слабым.

Двое воинов погибли, не сумев приспособиться к её темпу. Трое были отравлены.

К счастью, яд удалось изгнать киноварью и техниками Тан Му Сона. Но если бы бой затянулся, исход был бы куда хуже.

Даже под защитой ци рука Чхоль Сана сломалась мгновенно, когда он бросился спасать воина из засады.

Скрытое оружие клана Тан не пробивало панцирь. Лишь когда дождь замедлил тварь, им удалось размозжить ей голову.

– Главное, что мы её взяли, – сказал Чхоль Сан. – Теперь осталось проверить, достаточно ли сильное внутреннее ядро, чтобы спасти Хва Ын.

За спинами обессиленных воинов Тан Му Сон подошёл к перевёрнутому телу гигантской сороконожки. Её ноги всё ещё дёргались.

Он улыбался.

***

Ш-ш-ш…

Утром дождь не прекратился.

По моим наблюдениям, это был сезон ливней. Иногда дождь шёл днями, иногда обрушивался стеной.

Этот явно затягивался.

Тучи висели низко, капли были тяжёлыми.

Планы проверить место обитания пришлось отложить.

Живя в одиночку, болеть было нельзя. Заболею – и кто будет кормить моих?

Разводчик отвечает не только за себя.

Прошло два дня.

А на третье утро…

Кап. Кап.

Тропическая птица щебетала на крыше водоотвода. Сломанные карнизы капали водой.

Солнце наконец пробилось сквозь тучи.

– Самое время.

Новая разновидность.

Синепятнистая сороконожка.

Я готовился не впустую.

В мешок из бечёвки я уложил целый небольшой сосуд, верёвки из соломы, огниво и две факельные палки.

На случай пещеры.

В прошлой жизни я знал амазонскую гигантскую сороконожку. Она ловила птиц, спускаясь с потолков пещер.

Я не собирался недооценивать местную.

– Ну что… посмотрим.

Я закинул мешок за спину и направился к западным скалам.

Перебравшись через разлившиеся ручьи, я вскоре оказался у подножия невысокой каменистой горы.

Следы были смыты дождём, но масштаб разрушений был виден сразу.

Часть склона выглядела так, будто туда угодил снаряд. Камни осыпались вниз, а из выдолбленного участка текла мутная вода.

– Великолепно… капитальное строительство.

Я поднимался осторожно.

Сначала нужно было оценить ущерб.

Примерно через полчаса подъёма меня передёрнуло.

Между камней застряло нечто ярко-красное.

Нога сороконожки.

Около сорока сантиметров длиной. Толщиной с монету.

– Так это правда?..

Я сомневался, что она действительно могла сожрать человека.

Для гигантизма нужен высокий уровень кислорода. В карбоне стрекозы были размером с орлов.

Здесь же воздух горел, как обычно.

Но этот фрагмент всё объяснял.

С такой ногой она могла сожрать не только меня.

По коже побежали мурашки.

– Может, вернуться?..

Любопытство боролось с инстинктом самосохранения.

Но я уже был здесь.

Если уж не забрать, то хотя бы увидеть.

После дождя сороконожки наиболее вялые. Их дыхание затруднено.

Это был лучший момент.

Я начал обыскивать место раскопок.

Вскоре за осыпью обнаружился лаз, в который мог пролезть человек.

– Похоже, здесь…

Я замер.

Сороконожки – одиночки. Но бывают исключения.

Есть виды, которые спокойно терпят сородичей рядом.

Если эта вышла отсюда, внутри могли быть другие.

Опасно.

Очень.

Но сомнения длились недолго.

Я зажёг факел.

«Проклятое любопытство… Нет. Любопытство мертвеца».

Я вполз внутрь.

Через несколько метров тоннель расширился.

Запах сырости и плесени.

Я первым делом осмотрел потолок.

Затем осветил пещеру.

И увидел их.

Жёлтые, плотные, гладкие.
Аккуратно уложенные в углубления породы.
Каждое размером с кулак.

– Джекпот…

Это были яйца.

Яйца гигантской синепятнистой сороконожки.