Зал Десяти Тысяч Ядов (1)

«Неужели в прошлой жизни у меня вообще не было ни единой искры, несмотря на то, что рядом было столько нун?»

Я даже встречался с довольно известной актрисой.

Она была старше меня на три года, иногда писала после эфиров, мы пару раз ужинали наедине.

Сначала я думал – просто у неё такой характер.

Но после второго ужина, в уютном винном баре, когда мы слегка захмелели, она вдруг спросила:

– Фабр, хочешь встречаться со мной? Ты мне нравишься.

– Что?!

Подача в лоб. Нет, ядерная подача.

Тогда я был мелким ютубером со ста тысячами подписчиков.

Растерявшись, я попросил несколько дней подумать – и в итоге извинился.

– Прости, нуна. Я всего лишь ютубер со ста тысячами подписчиков, к тому же обычный человек. А ты – знаменитость. Я просто снимаю то, что мне нравится. Такому ничтожному, как я, встречаться с тобой… это будет тебе в ущерб. Это даже неуважительно…

Она посмотрела на меня пристально и с разочарованием произнесла:

– Это очень разочаровывает…

– Я… я правда извиняюсь за такой ответ…

– Нет. Разочаровывает не отказ, а то, что человек, который мне нравится, не верит в себя.

Я-то думал, её задело, что я отказал. А её задело то, что мне не хватило уверенности.

Как будто по голове ударили молотком.

«Даже если ты без работы и без гроша, человек с мечтой и тем, кто упрямо идёт к ней – достоин уважения.

Если тебе стыдно, что сейчас ты “ничтожен”, надо было смело сказать, что станешь лучшим в мире ядовитым ютубером.

Что сделаешь так, чтобы я не пожалела, выбрав тебя. Пусть это звучало бы нелепо – но было бы впечатляюще…»

Вспоминая эти слова, я спросил Тан Хва Ын, когда мы стояли друг напротив друга у беседки, куда я её позвал.

Похоже, она ждала от меня именно такого – видения.

– Я много думал вчера. У меня телосложение Десяти Ядов. Я могу принять только десять видов яда. Это и есть предел обычного человека без таланта?

– Это… это…

– Тогда мне пришла мысль. Если моё тело способно принять лишь десять ядов… что, если заполнить эти десять ядами Десяти Великих Ядовитых Существ Центральных равнин?

– Десяти Великих Ядовитых Существ?!

– Да. Если я пообещаю, что наполню свои Десять Ядов ядами Десяти Великих Ядовитых Существ – это даст вам уверенность, госпожа Хва Ын?

Если я пообещаю это, как вы советовали… вы поверите?

Я решил рискнуть.

В конце концов, нельзя же просто промолчать и получить отказ, так и не сказав главного?

После моих слов её уши медленно покраснели.

Она отвела взгляд и, чуть запинаясь, спросила:

– Ты… ты понимаешь, что сейчас говоришь?

– Не понимаю!

Я ответил честно.

Откуда мне знать? Я просто сказал, что заполню Десять Ядов Десятью Великими Ядовитыми Существами.

Тогда она объяснила:

– Этот путь будет невероятно трудным. Это не делается за год или два. На это могут уйти десять лет, двадцать, тридцать… или вся жизнь. Ты понимаешь, что предлагаешь?

«Что, так долго?! Даже если это безумие, мне всё равно надо было крикнуть это вслух? Нуна!»

И как раз в тот миг, когда я решил, что снова не попал во вкус нун – ни прошлой, ни нынешней, – Тан Хва Ын медленно кивнула и сказала:

– Хорошо. Вэй Со Рён, юноша. Тебе пятнадцать, верно? Через три года ты станешь совершеннолетним, и мы сможем провести свадьбу.

Если ты сумеешь добыть хотя бы одного из Десяти Великих Ядовитых Существ за эти три года – этого хватит, чтобы я поверила. Даже одного достаточно, чтобы увидеть возможность.

«Это… правда происходит?»

Её «хорошо» прозвучало как приговор и как чудо одновременно.

Я был благодарен нунe из прошлой жизни за её “мудрый ответ”… но Тан Хва Ын внезапно встала и быстро пошла прочь.

Ситуация кружила голову, но отпустить её вот так я не мог.

Оставались дела.

Сороконожки наверняка проголодались, и “лечение”, которое на самом деле было снятием проклятия, тоже надо было проводить.

Я быстро окликнул её и остановил:

– Молодая госпожа!

Она замерла.

Не оборачиваясь ко мне, лишь чуть повернув голову в сторону, спросила:

– А… ты ещё что-то хотел сказать?

Она явно смущалась, но я не мог позволить ей уйти.

– Вам нужно пройти лечение, верно? Пожалуйста, останьтесь хотя бы на час.

– …

Она не могла ни уйти, ни подойти, и в итоге медленно вернулась и села, по-прежнему отводя взгляд.

Пора начинать.

Как хозяин “питомцев”, я сказал фразу, которую, возможно, говорить не стоило, но другого выхода не видел:

– Не волнуйтесь, мои питомцы не кусаются. Ну-ка, малыши, идите к маме, а не к папе.

Сороконожки, помнившие сон прошлой ночи, где они прижимались к “маме” с лицом нун, без колебаний забрались на неё.

Я почувствовал, как они дышат глубже, чем обычно.

И тут прозвучал её удивлённый голос:

– Э… папа? мама?!

Она вздрогнула от слов “папа” и “мама”.

Теперь покраснели не только уши – щеки и шея тоже вспыхнули, а она подняла на меня ошарашенные глаза.

– Н-нет, я не это имел в виду… Просто… это питомцы…

Я действительно ничего такого не имел в виду.

***

Синепятнистая Сороконожка, прожившая триста лет и сформировавшая внутреннее ядро, став духовным существом, наблюдала за всем, что происходило внутри тела женщины.

Поэтому, как только наступила ночь, она снова с восторгом проявилась в сновидении.

– Великолепно, спаситель!

Поручив всё ему, он справился праведным способом – и совершил великое дело.

Она помнила, как у женщины сердце бешено забилось от слов спасителя.

Это означало одно – она уступила.

И потому Синепятнистая Сороконожка могла лишь низко поклониться и выразить благодарность.

Теперь дети могли в любой момент впитывать энергию, текущую от внутреннего ядра, растворившегося в теле женщины.

Сороконожка думала, что ей невероятно повезло встретить настолько праведного человека – жадных в мире полно, а праведных мало.

– Ха-ха… ну, мужчине и правда нужны смелость и упорство…

Отшучиваясь, спаситель принимал благодарность, а Сороконожка снова и снова обещала помочь ему с любыми просьбами – прежде чем вознестись, когда её сожаления будут развеяны.

Теперь, когда сожаление исчезало, внутреннее ядро, почти полностью растворившееся в теле женщины, уже не могло удерживать дух.

Если бы обида была глубже, она могла бы цепляться за тело. Но обида уходила, и её будто выталкивало наружу.

Сегодня, возможно, был последний день.

– Есть ли у вас просьба? Это мой последний день. Я в таком состоянии… но если могу что-то сделать для вас – сделаю.

Спаситель пристально посмотрел на неё.

В его взгляде была такая жажда, что Синепятнистая Сороконожка невольно вздрогнула.

Затем прозвучал виноватый голос:

– Кхм… есть одна просьба…

От этих слов Сороконожка напряглась.

Его взгляд скользнул по её телу – по телу, позаимствованному у женщины, – и это выглядело… опасно.

Она считала его праведным, но что-то здесь было не так.

Неужели…

Вдруг ей придётся разделить с ним “радости облаков и дождя”?

И как раз когда она, мысленно приготовившись, уже тянулась развязать одежду,

– Если вы сможете снять это… один раз…

– Мне… раздеться?

– Н-не раздевайтесь? Но как же тогда…

– А вы не можете вернуться в свой истинный облик Синепятнистой Сороконожки?

– Что?

Спаситель, горя глазами, объяснил:

– Я никогда не видел взрослую Синепятнистую Сороконожку вживую. А пока дети вырастут, пройдёт ещё много времени. Я хотел хотя бы раз увидеть вашу истинную форму – пусть даже во сне.

Такая огромная сороконожка… трудно устоять.

Если я увижу её взрослой, мне будет проще вырастить малышей. Это возможно?

Синепятнистая Сороконожка, ошеломлённая этим внезапным желанием увидеть её настоящую форму, тупо кивнула и покинула тело женщины.

И тут же раздался взрыв восторга:

– Вау! Настоящая! Она умеет плавать? Когда она идёт, она наступает в те места, где прошли передние ноги? Можно потрогать? Насколько сильный яд? А глаза? Она правда видит? А усики?

– Д-да… да… конечно… да?.. Про ноги… эм, я об этом не думала…

Спаситель, вдоволь насмотревшись и “ощутив” её истинную форму, остался доволен и поблагодарил её, а у Сороконожки в сердце поселилось новое беспокойство.

«А с дочками правда всё будет хорошо?..»

Потому что взгляд и прикосновения спасителя были… слишком уж необычными.

Казалось, тело сороконожки интересует его куда больше, чем прекрасная оболочка женщины.

***

Не знаю, что сказала нуна, но на следующий день старейшины клана Тан были в восторге.

За едой все улыбались, а после, когда мы пили чай, они вдруг признали меня зятем.

– Да, юный герой, нет, Со Рён. Я слышал от Хва Ын. С этого дня ты наш зять.

– Что? Но… три года?

– Свадьбу можно сыграть только после совершеннолетия, это естественно.

– Нет, я не об этом…

– Ох… зять? Тогда добро пожаловать ещё раз, Со Рён. Я твоя тёща.

– Ха-ха-ха! Раз у Хва Ын определился спутник, клан Тан ждут только хорошие дела!

Хотя нуна сказала, что нужно хотя бы одно из Десяти Великих Ядовитых Существ за три года, старейшины говорили так, будто я уже окончательно стал зятем.

Я посмотрел на Тан Хва Ын, умоляя глазами объяснить, но она лишь спокойно пила чай, а её щеки были ярко-красными.

«Что это? Действовать по ситуации?

А… возможно, они не хотели поднимать шум, добавляя условия. Она сказала им так, будто всё уже решено, чтобы не создавать проблем.

Тогда мне остаётся подыграть, чтобы нуну не поставили в неудобное положение».

В этом мире, если глава клана настаивает, а женщина прямо отказывает или ставит условия, это может обернуться бедой.

В любом случае свадьбы до совершеннолетия не будет, а если я успею добиться результата, условие само собой “сработает”.

И раз Тан Хва Ын будет наблюдать за мной и оценивать, я быстро поддержал их тон:

– Благодарю за вашу доброту. Всех троих.

И так, в несколько ошарашенной атмосфере, клан Тан – как и подобает их характеру – в тот же день начал знакомить меня с кланом и устраивать обучение боевым искусствам.

Я только стал “семьёй”, а меня уже отправляют на учёбу?

Дед – Мастер Десяти Тысяч Ядов – сел за стол. Перед ним лежали кисти, тушь и стопки книг.

Он аккуратно выводил иероглиф за иероглифом и объяснял:

– В клане Тан важнее всего три вещи. Искусство обращения с ядами, ядовитые техники и изготовление ядов. Запомни.

– Искусство обращения с ядами, ядовитые техники, изготовление ядов.

– Верно. Искусство обращения с ядами учит видам ядов и тому, как их применять. Разумеется, включает и методы противоядий. Поэтому не ленись и учись прилежно. Клан Тан работает с ядами, и если ты не разбираешься в ядах, то навредишь самому себе.

– Понял, дедушка.

– Ядовитые техники я начну преподавать тебе с завтрашнего дня… А изготовление ядов – ты и сам понимаешь – это создание новых ядов из собранных токсинов ядовитых трав, грибов, насекомых и змей, а также приведение ядов к удобной форме.

Я слушал, затаив дыхание.

Хотя “Искусство обращения с ядами” и “ядовитые техники” звучали для меня ново, часть про изготовление яда из змей и насекомых была тем, чего я ждал больше всего.

Чтобы делать яд из ядовитых тварей, нужна была разводня – и мне до смерти хотелось увидеть, как это устроено в этом мире.

К тому же глава клана проявлял наибольший интерес именно к моим навыкам разведения и говорил, что хочет развивать их “разводни”. Так что я невольно представлял, что же там за масштабы.

Дед, будто зная, о чём я думаю, усмехнулся:

– Вижу, глаза загорелись. Хочешь посмотреть сам?

– Да, дедушка.

Он кивнул:

– Тогда пойдём. Я покажу тебе Зал Десяти Тысяч Ядов клана Тан. Следуй за мной.

– Понял, дедушка!

Зал Десяти Тысяч Ядов клана Тан.

У меня бешено колотилось сердце.

Если название не врало, это было место, где собирали бесчисленные ядовитые существа.

Мне не терпелось узнать, какие именно твари там живут.