У него есть армия

Спокойное выражение лица Годфри заставило тревогу Айзека понемногу угаснуть, и вскоре он тоже начал успокаиваться. Но затем на лице Годфри появилась озабоченность.

— Это не то, чего я ожидал.

От одной этой фразы у Айзека едва не остановилось сердце. Сам же Годфри имел в виду особенность подземелья, в которое они вошли. Подобные места обычно относились к синим или красным вратам — оба варианта опасны, а красные и вовсе ужасают, — но у них было одно отличие: у тех существовал выход. У зелёных его не было.

Такой тип подземелья назывался «Защита крепости»: нужно было оборонять своё укрепление от бесконечного потока чудовищ. Потеря крепости означала неминуемую смерть, а единственный способ завершить подземелье — убить его босса.

И теперь главная стена и двор крепости уже были потеряны. Все оказались заперты в последнем безопасном месте — в собороподобном зале.

Оглядевшись, Годфри заметил толстые корни, опутавшие стены и полностью закрывшие окна и огромные входные двери. Было очевидно, что за это отвечал один из призывов присутствующих.

Джоана, старшая из сестёр, вдруг кое-что поняла, внимательно разглядывая Годфри.

— Он точно младше меня. А второй вообще дрожит… что они здесь делают? — пробормотала она, но её младшая сестра Селин осторожно потянула её за рукав.

— Что такое? — мягко спросила Джоана.

Селин указала на Годфри, и в её глазах вспыхнул странный свет.

— У него есть армия. Он может нам помочь.

В её голосе, недавно полном отчаяния, появилась искра надежды. Но Джоана лишь растерялась.
«Армия?»

Что это должно значить? Неужели снаружи действительно войско, готовое войти и спасти их?

Она знала, что Селин способна видеть обрывки будущего — короткие вспышки того, чем всё закончится, словно последний кадр истории. Каждое утро она просыпалась уже с образом исхода дня. Именно так Селин узнала, что раскрытие призыва старшей сестры приведёт к гибели всех, поэтому Джоана и молчала.

— Хватит озираться, будто вы на что-то способны. У меня и так забот полно с этими девчонками, ещё с двумя болванами возиться, — резко бросил Шрам, в его голосе слышалась усталость.

Годфри прищурился, решив не обращать внимания на грубость. Видимо, эти люди были на пределе уже давно.

— Мы можем помочь. Айзек — призыватель пикового элитного уровня, а я — призыватель высокого уровня 5.5.

Годфри думал, что раскрытие их силы придаст группе надежду.

Но его уверенность рассыпалась, когда близнецы начали посмеиваться, а женщина разразилась громким хохотом, разнёсшимся по залу.

— И это ты называешь помощью? — презрительно сказала она. — У меня призыв 5.8, у парней по 5.4, а у босса — 6.0. Думаешь, твоя жалкая поддержка сделает то, что не смогли мы?

«Я не могу застрять здесь из-за людей, слишком напуганных, чтобы действовать. К тому же мне нужно ядро, чтобы поднять Гору до 5.0.»

С этой мыслью перед ним вспыхнули две схемы, и рядом появились Баллиста и Гора. Оба мгновенно активировали Затмение, их мана резко возросла — настолько сильно, что даже призывы гильдии настороженно уставились на рыцарей.

— Это големы? Не похожи на обычных, но даже так — ты, неопытный подросток, не сможешь—!

— Молчать.

Спокойный, но глубокий и громоподобный голос раздался от Горы. Он преобразовал щит в Щит Ахилла и с грохотом вонзил его в каменный пол, расколов плиты.

Шок прокатился по залу. Глаза женщины расширились до предела, улыбки близнецов исчезли, а хмурость Шрама стала ещё глубже. Девочки застыли, поражённые тем, что Гора заговорил, а у Айзека глаза едва не вылезли из орбит.

Гора обвёл всех тяжёлым взглядом, его аура уровня 5.8 давила, словно волна, заставляя призывы гильдии нервничать. Баллиста даже не шелохнулся — просто стоял, источая тихое господство.

Гора вырос с 4.6 до 4.8 после бесчисленных битв, а теперь, в состоянии Затмения, достигал 6.5. Подняв руку, он призвал двадцать Лучных Рыцарей уровня 4.5.

Морщины на лбу Шрама стали глубже, когда в зал с идеальной дисциплиной вошли двадцать семифутовых, тяжело бронированных рыцарей с огромными луками.

Но потрясение лишь усилилось, когда Гора пошёл дальше и вызвал ещё двадцать Рыцарей Меча и Щита — массивные фигуры с овальными щитами и длинными мечами.

В одно мгновение просторный зал оказался заполнен строем сверкающих золотых рыцарей — армией, достойной настоящего лорда.

Джоана недоверчиво посмотрела на сестру, наконец поняв, что та имела в виду. Она быстро вскочила.

— Подождите, пожалуйста! — крикнула она Годфри, который уже собирался идти к дверям.

Он обернулся.

— Я могу усиливать призывы, — сказала Джоана.

Рядом с ней вспыхнула схема, и из неё появился трёхфутовый золотой лис с двумя хвостами. В ту же секунду все призывы Годфри наполнились новой силой.

Гора поднялся с 5.8 до 6.0.
Баллиста — с 6.5 до 6.7.
Та же волна прошла по каждому рыцарю.

— У тебя был такой призыв, и ты не помогла нам только потому, что не знала, когда вмешаться? Эгоистичная мелкая дрянь! — яростно выкрикнула женщина с Драконьей Змеёй.

— Нет, нет, — быстро замотала головой Джоана. — Селин увидела, что даже с моей помощью мы все погибнем, а если рассказать вам — это точно приведёт к такому исходу. Только поэтому.

— Всё равно должна была сказать, а не сидеть молча в безнадёжности! И ты! — она перевела взгляд на Селин. — Ты веришь своей слабой сестре больше, чем нам?!

Селин спряталась за Джоану, и женщина презрительно фыркнула.

— Хватит… ещё доведёшь коротышку до слёз, — усмехнулся один из близнецов, пока другой хохотнул, поднимаясь на ноги.

— Усиль наши призывы, — тяжёлым тоном приказал Шрам, похлопав своего зверя, который поднялся во весь рост.

Айзек нахмурился от того, как обращались с сёстрами. Девочки ведь не знали, что это подземелье зелёных врат.

Годфри наблюдал за всем краем глаза, не меняя выражения лица. Затем он заметил, как взгляд Шрама переместился на него.

— Отойди, — сказал тот. — Ты не откроешь дверь, пока мешают эти корни. Поверь, их не сломать, так что стой в стороне и дай мне их убрать.

Гора слегка наклонил голову, взглянув на Шрама через прорезь шлема… а затем внезапно рванул прямо к огромным двойным дверям.