Турнир — Шок Зигфрида

Глава 18: Соревнование — Шок Зигфрида

После ещё нескольких боёв на платформу наконец поднялась Изольда. Её противницей оказалась синеволосая девушка, уже сокрушившая предыдущих соперников подавляющей огневой мощью своего призыва.

— Я знаю, что ты сильна, — выплюнула она. — Но я не склонюсь перед королевой, которой управляет гуманоидный призыватель. За это я не признаю тебя Королевой Манхэттена.

Хмурый взгляд Люси стал ещё злее, когда она подняла руку. Из её ладони расцвёл тёмно-синий призывной круг, закрутился, расширился — и из его глубин вышел единорог.

Его спиральный рог был целиком сформирован из синего кристалла — острый, зазубренный, с естественным изгибом, сверкающий, словно оружие из замёрзшей молнии. Само присутствие существа излучало величие и смертельную опасность.

— Каменный Единорог! Элита-уровень, 4.4! — объявил рефери.

Люси с отточенной лёгкостью вскочила ему на спину. В её руке сформировалось копьё из сияющего синего кристалла, а над ней и единорогом зависли двенадцать кристаллических наконечников — парящий арсенал смерти.

Единорог встал на дыбы, заржав, словно боевой конь во главе армии. Осколки рванули вперёд, свистя в воздухе. Однако Изольда лишь небрежно взмахнула рукой — и смертоносные снаряды, каждый из которых мог пробить бронированную машину, рассыпались в безвредную пыль, не долетев до неё.

С рыком Люси метнула кристаллическое копьё, а её призыв рванул по платформе, словно удар грома.

Изольда сжала кулак и ударила.

Копьё, в котором было достаточно силы, чтобы проломить стену крепости, разлетелось о её костяшки.

Но осколки не упали.

Они вновь пришли в движение, разрезая воздух ещё быстрее. Один из них скользнул по её лицу и ударил в глаз, заставив её голову резко откинуться назад.

— И что это за королева теперь?! — усмехнулась Люси.

Но её ухмылка тут же исчезла.

Изольда снова подняла голову. Её глаз был совершенно цел.

Золотисто-оранжевые глаза засияли, слабо светясь, и в следующее мгновение на платформу обрушился давящий груз. Тело Люси застыло. Единорог рухнул под ней, его гордые ноги подкосились, когда он был вдавлен в сцену, расплющен, словно под невидимым прессом. Из пасти пошла пена, как у умирающего зверя. Люси обмякла в седле — и потеряла сознание.

— Это… Доминион, — Сноу сузил глаза. В его голосе впервые прозвучала тяжесть. — Навык призывателя. Такой же, как Эхо или Обмен. Он проецирует ауру великого призыва напрямую через глаза призывателя. В некоторых случаях он способен убить сразу — всё зависит от силы призыва и воли цели.

Он повторял слова, услышанные когда-то от призывателя лорд-уровня.

Из тёмного окна здания, возвышавшегося над ареной, тихо захлопал в ладони Юань — старшекурсник-азиат, известный как Рыцарь Короля Манхэттена.

— Она чудовище. Возможно, даже так же сильна, как ты, — сказал он, повернувшись к Джону.

— Она сильнее, — ровно ответил тот. — У неё два призыва.

В закрытом секторе для персонала учитель Эдвин бросил взгляд на инструктора по бою, стоявшего со скрещёнными руками.

— Дейл только и делает, что поджаривает соперников. Сноу разбирает своих без усилий. А Изольде вообще не нужен призыв. Где твой тёмный конь? Здесь больше никто даже близко не стоит.

Даже когда турнир продолжился и другие ученики выходили на бои, шёпот о доминировании Изольды не стихал. Лишь с выходом таких бойцов, как Сесил и Орвен, внимание публики ненадолго смещалось — но и их выступления всё равно мерили по шкале Изольды.

Соперники Сноу беспомощно колотили иллюзии, пока он не отправлял их в нокаут ленивыми ударами. Дейл безжалостно бил током, отправляя всех к медсестре.

Годфри тоже провёл два боя.

И вот его снова вызвали — решающий матч. Этот поединок определял, пройдёт ли он в четвертьфинал или потеряет шанс.

Награда за тройку лидеров была огромной: высокоуровневые ядра подземелий, сокровища, способные резко ускорить рост призыва.

Когда Годфри вышел на платформу, тишина накрыла арену.

Его противником был Зигфрид.

Послышались вздохи и шёпот. Все помнили историю: в первый же день Годфри в Манхэттене он перешёл дорогу Зигфриду, а позже тот впечатал его голову в стену. После этого Годфри пропал на целый месяц — говорили, что он восстанавливался не только от травм, но и от психологического удара.

— Ты дошёл. Хорошо, — ухмылка Зигфрида была жестокой. Его Нефритовоглазый Волк шагал рядом, глаза светились белой злобой. — Призывай своего рыцаря четвёртого уровня. Посмотрим, чей призыв лучше — твой рыцарь уровня 4.0 или мой Нефритовоглазый Волк уровня 4.6.

Он хрустнул шеей, хищный блеск вспыхнул в глазах.

— Я бы сам с удовольствием размозжил ему голову, — лениво пробормотал Дейл с трибун. — Но, пожалуй, никто не справится лучше Зигфрида.

— Призыв Зигфрида сбалансирован между атакой и защитой, — сказала Сесил. — С таким балансом он может бросить вызов даже пятому уровню на пике. Годфри отсюда не выйдет.

Её взгляд скользнул к Изольде, сидевшей молча, не отрывая глаз от двух фигур на платформе.

На зов Годфри материализовалась Гора. Рыцарь возвышался над сценой.

Используй состояние Затмения.

В тот же миг золотая броня Горы потемнела, окрасившись в зловещий багровый цвет, словно её облили свежей кровью. Сталь длинного меча стала обсидиановой, поглощая свет.

Глаза рефери округлились.

— Рыцарь-Капитан Золотого Ордена… элита-уровень — 5.0!

— Что?! — самообладание Зигфрида рассыпалось. Улыбка Дейла исказилась неверием, а выражение лица Сноу помрачнело.

Прыжок с 4.0 до 5.0? Это было абсурдно. Если это врождённый навык, значит, рыцарь был куда более чудовищным, чем кто-либо из них осознавал.

— Это ведь тот парень, которого мы видели с Изольдой в столовой? — прищурился Юань.

Джон лишь едва заметно кивнул.

Гора поднял обсидиановый меч и двинулся вперёд.

Нефритовоглазый Волк взревел и ударил передними лапами по платформе. Из камня вырвался лес нефритовых шипов, устремившихся к Горе.

Но по его броне пробежали золотые молнии — Молниеносная инфузия — и он исчез, выскользнув из зоны поражения.

— Ты труп! — взвыл Зигфрид, падая сверху с когтями, нацеленными в шлем Горы.

Гора не уклонился.

Вся его броня замерцала, трансформируясь в кроваво-нефритовую. Когти Зигфрида бесполезно заскрежетали по поверхности, высекли искры, как металл о камень.

Щит рыцаря взметнулся вверх с чудовищной силой, ударив Зигфрида и отбросив его на несколько метров. Не дав ему опомниться, Гора выплеснул поток маны в обсидиановый клинок.

— Это… Мана-разрез! — выкрикнул кто-то из учеников.

Луч чистой энергии вырвался из меча. Волк успел отскочить, но луч всё равно прорезал глубокую борозду в платформе, камень взорвался во все стороны.

Рычав, Зигфрид врезал ладонью по земле. Четыре нефритовые стены взметнулись вверх, запирая Гору внутри. Волк ударил лапами по полу — и внутри тюрьмы вверх рванули зазубренные шипы.

— Нефритовая тюрьма! — ухмылка Зигфрида стала безумной.

Но в следующий миг она застыла.

Волк дёрнулся в конвульсии. По его телу раскрылись раны, словно что-то разорвало его изнутри. Он завыл от боли.

Нефритовые стены рухнули, обнажив Гору, присевшего за своим огромным щитом. Шипы поразили его — но урон отразился обратно на призыв Зигфрида.

В ярости Нефритовоглазый Волк рванул к Годфри, выплюнув нефритовый шип.

Но за мгновение до попадания Годфри поменялся местами с Горой. Рыцарь поднял щит, вновь отразив атаку, и следом нанёс чистый, беспощадный удар, разорвавший огромную рану в кристаллической шкуре волка.

Тем временем Зигфрид сам бросился на Годфри, ярость исказила его лицо. Но спокойный взгляд Годфри встретил его — и они снова поменялись местами.

На этот раз Зигфрид оказался лицом к лицу с несущейся на него Горой.

Стена стали и кровавого нефрита надвигалась, как неудержимый танк.

Кроваво-красные шипы вырвались из земли по бокам, отрезая все пути к отступлению.

Кровь Зигфрида похолодела.

Гора использовал врождённый навык его собственного призыва — и делал это лучше, чем он сам.

— К… как это возможно?! — его голос сорвался от паники.