“Корпоративное Совещание”

В огромном зале с черными колоннами и сводами, уходящими в темноту, царила натянутая атмосфера. В центре стоял круглый каменный стол, за которым разместились одиннадцать фигур — семь Королей и четыре Апостола. На главном месте, напротив входа, сидел Астар.

Стол был уставлен блюдами — жареное мясо, тушеные корни, густые соусы и диковинные фрукты из разных уголков континента. Но теперь на пиру появился элемент, которого прежде не знали абиссалы, — алкоголь.

Астар сам позаботился об этом заранее, достав из своей личной коллекции вина, эли и даже крепкие настойки. Налив себе бокал густого алого вина, он сделал первый глоток и откинулся в кресле, наблюдая за остальными.

Кто-то пил с удовольствием, удивляясь мягкости вкуса; кто-то осторожно пробовал, явно не понимая, зачем напиток, от которого теплеет кровь; другие же — делали вид, что наслаждаются, лишь чтобы не показаться грубыми перед Пророком.

В воздухе стоял аромат табака. Почти каждый держал в руках трубку — кто с травами, кто с крепким дымом из травяных смесей. Зал постепенно наполнился легким туманом.

Наблюдая за всем этим, Астар молча сделал глоток и скользнул взглядом по кругу стола.

“Как только мы все сели и каждый произнес тост в мою честь, атмосфера стала натянутой…” — отметил он про себя. “Столица и Священный Град стараются не показывать своих разногласий передо мной.”

Он чуть прищурился, наблюдая, как Бел’иар с ленивой ухмылкой что-то шепчет соседу, а Аримэлла, напротив, сохраняет безупречно вежливое выражение лица, будто сама воплощенная сдержанность.

“Но теперь, я — Пророк Бездны,” — продолжил мысленно Астар, глядя в бокал. “Значит, могу не церемониться.”

Кривая улыбка мелькнула на его лице, и в голове пронеслась ироничная мысль:

“Видимо, мне снова придется провести ‘корпоративное совещание’... прямо как на Земле.”

Он поставил бокал на стол и, не повышая голоса, произнес:

— Я бы не хотел разрушать атмосферу торжества. Но раз уж мы все здесь собрались… я хотел бы поднять несколько важных вопросов.

Голоса стихли.

Даже дым в воздухе будто застыл. Все взгляды обратились к нему.

Кхор’тес и Оробаэс почти одновременно произнесли:

— Конечно. Мы вас слушаем.

Оба чуть повернулись друг к другу, и между ними проскользнула короткая, осторожная тень напряжения.

Но в следующий миг прозвучало то, чего не ожидал никто.

Астар выпрямился, положил ладони на край стола и произнес спокойно, словно это были лишь догадки.

— Мне очевидно, что между Столицей и Священным Градом есть конфликт. — Он сделал короткую паузу, глядя прямо на Королей, потом перевел взгляд на Апостолов. — И подозреваю, что причина кроется в желании подчинить второй континент. Я прав?

Тишина упала мгновенно.

За последний год, что Апостолы, что Бел'иар, мягко пытались склонить его на свою сторону. Но Астар прекрасно понимал, что в его ситуации нужно держать нейтралитет.

Никто не ожидал, что Пророк заговорит так прямо — особенно в первый день новообретенного статуса. Несколько Королей, сидящих ближе к центру, заметно напряглись. У кого-то дрогнули пальцы, кто-то отложил бокал, а кто-то едва слышно хмыкнул.

Затянувшуюся паузу разорвал веселый, почти насмешливый голос Бел’иара:

— Именно так, — произнес он, растягивая слова и с легким стуком ставя бокал на стол. — Мы, Короли, желаем, чтобы абиссалы правили миром. А вы, Пророк Бездны, — удерживали равновесие между меморией и абиссией. Все просто.

Некоторые Короли замерли, не веря, что он сказал это вслух.

Оробаэс злобно зыркнул на Бел’иара, костяные пластины на его шее едва заметно покраснели, когда он резко выдал:

— Ты переходишь черту! И слишком все упрощаешь! — в его голосе проскользнул гнев.

Но прежде чем спор успел разгореться, заговорил Кхор’тес. Он говорил спокойно, но его слова были холоднее, чем голос старого Короля:

— Священный Град не согласен с этим, — произнес он, слегка кивая, будто ставя точку в споре. — Древние войны между абиссалами ясно показали — нам нельзя возвращаться к хаосу. Он нас развращает, и заставляет страдать.

Он перевел взгляд на Астара, затем — на Бел’иара.

— Серебряные духи не могут жить на нашем континенте. Нам ничего не угрожает. И пусть все так и остается.

Но не успел он договорить, как раздался резкий, пронзительный голос.

— Да? — перебила его одна из Королей, женщина с алыми волосами и лицом, почти ангельским по красоте, но с глазами, в которых сверкала холодная жестокость. За ее спиной расправились черно-красные крылья. — А что, если кто-то из серебряных духов перейдет черту Золотого уровня? Возьмет ли Священный Град ответственность за это?

Она наклонилась вперед, глядя прямо на Кхор’теса.

— Мы станем для них ресурсом, — процедила она. — Рабами. Или, по-вашему, это тоже "равновесие"?

На что Сел’мора презрительно ухмыльнулась, и парировала, засыпая вопросами:

— Что будете делать, когда хаос развратит вашу душу? Вы можете гарантировать, что остановитесь? Или собственноручно принесете хаос и на наш континент? Или же ваш хаос будет более благоприятным, чем гипотетический хаос принесенный чужаками?

В зале мгновенно поднялась волна напряжения.

Оробаэс нахмурился, Бел’иар тихо усмехнулся, зыркнув на говорившую женщину — Мемиру. А несколько Королей и Апостолов уже обменивались тяжелыми взглядами. Атмосфера закипала — еще немного, и спор превратился бы в открытый конфликт.

Крылья Мемиры чуть дрогнули, когти на ее руках царапнули край стола. Кхор’тес поднял бровь, готовый ответить, но не успел.

Голос Астара прорезал шум.

— Каждый из вас по-своему прав, — сказал он ровно, сразу заставляя всех замолчать. — Но при этом ни один из вас не обладает полной картиной.

Эти слова прозвучали не как упрек, а как констатация.

Шум стих. Даже Мемира зыркнула на Астара.

Оробаэс слегка кашлянул, привлекая внимание, и произнес с подчеркнутым уважением:

— Видимо, вам есть что сказать, Пророк Бездны.

Следом заговорил другой — массивный абиссал с двумя парами рук и грубым шрамом, пересекающим все лицо. Его голос был низким, тяжелым, будто камень скреб по металлу:

— Наш нрав может быть пылким. Лучше говорите напрямую, пока мы окончательно не перешли к конфликту.

Астар коротко кивнул и поднял руку, давая понять, что нет нужды оправдываться:

— Все хорошо, Король Агаресс. Я понимаю вас, все же внутри меня также живут души абиссалов.

Обводя взглядом всех за столом, Астар спокойно начал объяснять:

— Серебряные духи называют свой континент Мнеморис, а ваш — Библиос. Для них он проклят. Они считают, что здесь кишат полчища неразумных абиссалов.

Королева Мемира презрительно хмыкнула, но Астар в ответ сдержанно упрекнул:

— Их нельзя за это винить. На Континенте Мнеморис существуют лишь дикие абиссалы. Они терроризируют каждую разумную расу, заставляют их прятаться, жить под барьерами и бояться выхода за стены.

Он откинулся на спинку кресла, делая короткую паузу.

— Честно говоря... — его взгляд стал чуть острее. — Жизнь обычных смертных на Континенте Мнеморис кажеться мне гораздо опаснее, чем здесь.

— Тогда от нашего вторжения им будет только лучше. Мы готовы взять на себя защиту смертных других рас, — сухо произнес Агаресс, — но проблема не в них, а в том, кто ими руководит. Я говорю о культе, который построил несколько портов на нашем восточном побережье.

Астар сделал глоток вина, вытер губы и спокойно ответил:

— Они зовутся Церковью Мемории. И поверьте — я, как и многие на Континенте Мнеморис, не питаю к ним хороших чувств.

Слова повисли в воздухе, и Агаресс с азартом ухмыльнулся:

— Значит, вы нас понимаете! — воскликнул он. — Нам надо начать войну и уничтожить их. Наши шпионы докладывают: эти ублюдки пытаются прорваться выше Золотой Стадии. Если это произойдет — пострадают все.

Астар усмехнулся и спокойно ответил:

— Пока об этом можно не переживать. Перед тем как отправиться на ваш континент, значительная часть исследований Церкви Мемории была уничтожена. В ближайшем будущем они не смогут угрожать вашему континенту.

Эта информация привлекла внимание даже Апостолов — несколько из них слегка привстали, глаза заблестели.

Астар стал серьезнее и продолжил ровным тоном:

— Сегодня я расскажу вам о Континенте Мнеморис. Надеюсь, информация заставит всех вас сплотиться.

Он выдержал паузу, и прямолинейно добавил:

— Правды ради… я не прочь воспользоваться властью Пророка Бездны, чтобы подтолкнуть вас к войне с Церковью Мемории.

От этих слов Апостолы напряглись, готовясь к худшему. А Короли наоборот — ощутили вкус победы.

Вот только следующие слова быстро остудили и первых и вторых:

— Но сразу предупреждаю — Церковью управляют около десяти Золотых Мнемархов. Более того, они обладают артефактами древних эпох. Необдуманная война обернется колоссальными потерями для нас, а возможно и проигрышем. Их нельзя недооценивать.

На что заговорила Аримэлла, спокойным голосом утверждая:

— Апостолы никогда не согласятся участвовать в войне. Это противоречит нашей вере, и грозит хаосом для всей нашей расы. Даже начни войну — вы будете в меньшинстве.

Бел'иар же ухмыльнулся, игнорируя эти слова. Он будто обнаружил удобную дыру в разговоре, и, не меняя интонации, протянул:

— То есть вы не против войны с Церковью Мемории? Вопрос только в способе ведения войны?

Взгляд Астара не дрогнул. Он положил локти на стол, медленно посмотрел по кругу и честно произнес:

— Пока мне сложно ответить. Для начала, мне нужно посетить место силы предыдущего Пророка Бездны. Если я этого не сделаю — умру при прорыве на Фиолетовый ранг.

Эти слова упали в зал, как холодный камень. Кто-то закашлялся, дым трубок внезапно стал гуще. Апостолы переглянулись — в их жестах появилось напряжение, которое было несложно прочесть как ожидание беды.

Астар тихо вздохнул и продолжил, не повышая голоса:

— Я не знаю, сколько времени это займет. Но пока я не закончу прорыв — я не хочу, чтобы мы начали какую-то войну.

Зал на секунду замер. Даже Бел'иар спрятал улыбку, услышав такую новость.

Аримэлла чуть сжалась; в голосе ее прозвучала не привычная холодность, а редкая для нее тревога:

— Апостолы готовы ждать вашего решения столько, сколько потребуется. Лишь бы вашей жизни ничего не грозило.

Но затем, она все же добавил:

— Но я думаю, что воевать вообще не стоит… Это повлечет слишком много жертв.

Астар кивнул, не давая эмоциям встать выше расчета, и ответил коротко и прагматично:

— В нынешних реалиях нападать — глупо. Но на Континенте Мнеморис есть и другие существа Золотого уровня. Они мои союзники, а значит и ваши. Если бы я смог объединить вас и их, мы бы были равны Церкви Мемории.

На секунду в зале повисла тишина — слышно было лишь редкое поскрипывание стула. Оробаэс нахмурился и произнес сухо, почти шепотом, как будто проверяя собственные слова на прочность:

— Видимо, вы действительно посланы нам Бездной Абиссии…

Эта ремарка только усилила внимательность Королей. Некоторые из них почувствовали, что Астар не выступает против них, а реально взвешивает риски войны и способы ее ведения.

Добавляя вес предыдущим словам, Астар произнес:

— Как я и говорил во время церемонии — я не хочу лишних жертв. Просто дайте мне время, и не устраивайте внутренних склок.

Эти слова заставили Апостолов задуматься; несколько из них обменялись короткими, серьезными взглядами.

Сел’мора хмыкнула, кивнула и тихо сказала:

— Если это говорит Пророк Бездны, я не посмею перечить. Но я все равно считаю это ошибкой.

Кхор'тес повернул к Астару голову и ровным голосом произнес:

— Пророк Бездны… поведайте нам об этом Континенте Мнеморис. Нам всем хотелось бы знать, что там вообще происходит.

Астар взял трубку, подкурил, сделал долгую затяжку дыма и, выдыхая, ответил спокойно:

— Я расскажу не только о Континенте Мнеморис, но и о том, как они видят историю и древность. Вы должны понять, что им будет сложно представить, что существуют разумные абиссалы… И это еще одна из проблем, с которыми нужно будет разобраться.

Он снова сделал затяжку и добавил:

— Церковь Мемории не просто так стала верховной властью. И, по иронии судьбы, они напрямую причастны к смерти предыдущего Пророка Бездны.

В зале повисла тишина; несколько присутствующих натянуто склонились вперед, внимательно слушая.

Астар медленно выдохнул дым, и, положив трубку на край стола, начал говорить уже более размеренно, словно преподаватель, объясняющий сложную систему:

— На Континенте Мнеморис живут семь главных рас. У каждой — свои кланы, рода, внутренние распри и амбиции. Но над всеми стоит Церковь Мемории. Через Храмы Мемории и экзорцистов она защищает континент от диких абиссалов. Без этой защиты погибло бы слишком много смертных.

Он сделал короткую паузу, перевел взгляд с одного Короля на другого и продолжил:

— Но та же защита обернулась для них рабством. Церковь — не просто вера. Это целая система управления: барьеры, экзорцизм, инкубаторы душ, пропаганда, финансы, селекция потомков. Их верхушка — Декалог Святых, десять существ Золотого ранга, скрывающих свои истинные цели и методы.

Астар все продолжал и продолжал, рассказывая и о Круге Оскверненной Клятвы, и о древних временах, когда еще жил Пророк Бездны. И о том, почему в Столице абиссалов на самом деле появился разлом к Бездне Абиссии.

Пока он говорил, даже самые беспокойные Короли постепенно притихли. Апостолы слушали, почти не дыша. Каждая новая деталь рушила их прежние представления о Континенте Мнеморис.

✦ ✦ ✦

Разговор затянулся на долгие часы. Астар отвечал на вопросы, уточнял детали, описывал структуры, механизмы, уровни иерархий. Короли перебивали, спорили между собой, а Апостолы все больше склонялись к молчаливому вниманию.

Он говорил о внутренней политике Церкви, о том, как она подменяет веру контролем, как скрывает древнюю историю. Рассказывал и о том, как Золотая Матерь Наследия издевалась над Родом Еретиков.

Время шло незаметно. За окнами зала мерк свет, а черные колонны отражали багровые отблески факелов. К ночи даже Бел’иар перестал отпускать саркастические замечания, а Сел’мора впервые выглядела уставшей.

Когда последние слова Астара стихли, зал окутала тяжелая, густая тишина. Каждый из присутствующих переваривал услышанное. Даже Оробаэс, обычно быстрый на выводы, не проронил ни слова.

Только после долгой паузы Кхор’тес спокойно произнес:

— На рассвете мы проводим вас к месту силы Первого Пророка Бездны. После этого Короли вернутся в Столицу, а мы, Апостолы, продолжим управлять Священным Градом. Мы будем ждать вас столько, сколько того потребует судьба.

Астар кивнул. Решение было единственным разумным. Всем им теперь нужно было время — переварить горы новой информации и понять, что делать дальше.

Один за другим Короли и Апостолы поднялись из-за стола. Никто не произнес прощальных слов — лишь короткие взгляды, в которых читалась смесь тревоги и задумчивости.

Астар остался сидеть на мгновение дольше. Его взгляд скользнул по опустевшему залу, по дыму, все еще вьющемуся над бокалами, — и только потом он поднялся и направился к своим покоям.

"Надеюсь, что мне удалось выиграть время," — мысленно произнес он, с опасным блеском в глазах.

Покачав головой, он добавил:

— Завтра, я наконец попаду в Библиотеку Истока... О войне с Церковью подумаю, если смогу выжить.

✦ ✦ ✦

В глубине дворцовых коридоров, где тусклые лампы дрожали от сквозняков, трое Королей шагали в тени, их шаги глухо отдавались по каменному полу.

Впереди шла Мемира — та самая красотка с красными крыльями. Ее голос был холодным, хрипловатым, словно она привыкла командовать.

— Апостолы нашли удобный инструмент, — произнесла она, не оборачиваясь. — Но я не собираюсь идти у них на поводу. Вера — для слабаков.

Рядом двигался Димирус — покрытый серебряной шерстью, с заостренными чертами лица и длинными серебристыми волосами, спадающими на плечи. В его движениях чувствовалась нервная энергия и раздражение.

— Нелепо, — фыркнул он, чуть громче, чем следовало. — Этот новый Пророк говорит, что нам нужно ждать. С каких пор Короли должны ждать указаний от того, кто даже не из нашей расы? Возможно он вообще шпион, который прибыл сюда, чтобы нас задержать.

Замыкающим шел Агаресс, массивный, с двумя парами рук, а его лицо было в черных татуировках. Его шаги были размеренными, голос низким и холодным:

— Первый Пророк Бездны — это воистину легендарная фигура, — произнес он медленно. — Но то было в древние времена. Тогда абиссалы были сборищем хаоса. А сейчас... мы другие. Мы развились, обрели власть и понимание. Мы уже не нуждаемся в старых богах.

Мемира хмыкнула, бросив на него взгляд через плечо.

— Пока Пророк Бездны будет “отсутствовать”, Апостолы расширят свое влияние. Удобно, не находите?

Димирус коротко кивнул, глаза его блеснули.

— Согласен. Надо решать, за кем мы следуем — за богами прошлого, или собой в настоящем.

Они замолкли, проходя мимо древних статуй Пророка Бездны и Апостолов. Казалось, что древние взирают на них с укором. Но Короли лишь ускорили шаг.

Когда они заворачивали за угол, прозвучал тихий шепот:

— Возможно, пришло время освободиться от веры в Пророка Бездны… И взять судьбу в свои руки.

И эти слова, произнесенные почти шепотом, эхом разошлись по пустым залам, словно предвестие раскола, зарождающегося в сердцах абиссалов.

Словно в ответ на эти слова, из полумрака, где мигал последний факел, тень дрогнула и словно обрела форму. Из нее медленно вышел Бел’иар. Его высокий силуэт вырисовался на фоне каменных стен, глаза холодно блеснули отраженным светом.

Он смотрел в след уходящей троицы, особенно долго — на спину Мемиры. На губах появилась ухмылка, но она быстро исказилась в раздраженную гримасу.

— Ой-ой… еще один опрометчивый шаг, Мемира, — пробормотал он.

Пальцы сжались в кулак, челюсть напряглась. Бел’иар попытался снова улыбнуться, но губы дрогнули, и вместо этого он прошипел сквозь зубы:

— Идиотам вечно не хватает терпения…

Он медленно взялся за одну из своих серьг, будто пытаясь унять внутреннее напряжение, и добавил уже мрачно, вполголоса:

— Надеюсь, Пророк Бездны вернется быстрее, чем я думаю. Иначе все может выйти из-под контроля...

С этими словами он растворился в тени, оставив за собой лишь легкий запах вина и табака.