Воспламенение

Полное пренебрежение в его взгляде ошеломило Эмелину. От его прямолинейного вопроса её щеки вспыхнули ярко-алым цветом. Прежде чем она успела что-то ответить, Зенон продолжил задевать её: — У тебя же почти нет близких людей, а мысли всё еще детские… Что такого ты могла испытать? — …… — Ах, точно, ты же у нас такая возвышенная и неприкосновенная, что пришла бы в ужас, если бы до тебя просто дотронулись, верно?

В его словах сквозила резкость, совсем не похожая на его обычный тон. Это едкое замечание задело Эмелину за живое, одновременно раздражая и раня её. Приняв его слова за издевку и вызов, Эмелина вспыхнула. В её голубых глазах яростный огонь запылал жарче, чем когда-либо. — Я тоже это делала. Хочешь, покажу? — Ты делала?..

Зенон начал было усмехаться, но не успел он закончить фразу, как она схватила его за воротник и потянула вниз. Его провокация разожгла в Эмелине импульс, и этот всплеск эмоций уже невозможно было остановить. Их губы, неся в себе непривычное тепло, столкнулись мгновенно.

Зенон замер. Эмелина, желая, чтобы он это почувствовал, обвила руками его шею. Поднявшись на носочки, она еще крепче прижала свои мягкие губы к его губам. Зенон смотрел на неё ошеломленными глазами. На мгновение его мысли парализовало, и он стоял неподвижно. Медленно до него начало доходить происходящее. Это не было поцелуем. Скорее, это было просто касание губ, хоть и затянувшееся. Осознав это, Зенон невольно издал тихий смешок прямо в их сомкнутые губы.

Глаза Эмелины, до этого полные гнева, были плотно закрыты. Её брови всё так же были сердито сдвинуты. Тонкий аромат детской присыпки, смешанный с глубоким цветочным запахом, коснулся его носа. Взгляд Зенона смягчился. Почувствовав на себе его нежное, непоколебимое внимание, Эмелина медленно открыла глаза.

Её веки задрожали — она не привыкла к тому, что чужое тепло так близко касается её кожи. Только тогда она ясно увидела взгляд Зенона, смотрящего на неё в упор. Всё недовольство в его глазах исчезло, сменившись выражением нежности. Поняв, что их взгляды встретились, Эмелина резко отпрянула. На её лице застыл шок.

Их губы разошлись легко и беззвучно. Ошеломленный Зенон пошевелил губами, словно пытаясь что-то сказать, и наконец произнес: — Теперь я понял, каково твоё представление о поцелуе. Но я думаю, моё немного отличается.

С улыбкой, в которой смешались озорство и робость, Зенон осторожно обнял Эмелину за талию. Вздрогнув, она сделала шаг назад, но Зенон спокойно последовал за ней. Позади была книжная полка, отрезавшая путь к отступлению. Впрочем, даже будь там больше места, Зенон позволил бы ей вести его куда угодно.

Мягко удерживая её, Зенон прошептал совсем рядом: — Почему бы тебе не оценить самой? Узнай, чем мой вариант отличается от твоего.

Следя за её реакцией, Зенон склонился к ней. Всё — от её первого импульсивного жеста до нынешней ситуации — заставляло Эмелину чувствовать себя перегруженной эмоциями. Инстинктивно она закрыла глаза. Она могла бы легко оттолкнуть его, если бы захотела, но почему-то мысль о том, чтобы отвергнуть его, даже не пришла ей в голову.

В тот момент, когда их губы снова встретились, внутри неё словно вспыхнуло нечто безымянное. В отличие от первого раза, когда её вела гордость и дух соперничества, сейчас её сердце забилось бешено, почти пугающе. Эмелина крепко вцепилась в рубашку Зенона. Он на мгновение замер, словно прося её расслабиться, а затем медленно наклонил голову. Тепло их губ стало глубже и тягучее. Веки Эмелины непроизвольно дрогнули. Зенон, нежно изучая её реакцию, издал тихий смешок. В конце концов он не выдержал и отстранился.

— Почему ты не дышишь? — Я… дышала, — прерывисто ответила Эмелина, жадно глотая воздух. Она сердито посмотрела на Зенона, который никак не мог перестать улыбаться. — Когда ты так смотришь, ты похожа на кошку. — А ты — на собаку. — Ты не используешь грубых слов, так что это, должно быть, комплимент, верно? — …Ты только что меня лизнул. — Я не лизал… О, это было оскорбление?

Зенон всё еще придерживал Эмелину за талию. Глядя на него снизу вверх, она прислушивалась к громкому стуку собственного сердца. Казалось, этот звук поглощает всё вокруг. Жар от их близости был удушающим, но он не беспокоил её. Напротив, это вызывало приятное покалывание и желание быть еще ближе.

Хотя она знала, что это опасный порыв, она снова не смогла себя остановить. Громкий стрекот цикад за окном, казалось, заглушал все разумные мысли. Глядя в глаза Зенону, Эмелина снова потянулась вверх, схватила его за воротник и дернула на себя. Для неё это было необычайно грубое действие.

Зенон, не сопротивляясь, позволил ей притянуть себя; он взял её руку и переложил её себе на шею, а затем склонил голову, встречая её губы. Их дыхание снова смешалось. Поцелуй, начавшийся в медленном ритме, вскоре вышел из-под контроля. Это было безрассудно и сумбурно. Их губы горели. Знойная погода в сочетании с происходящим заставляла голову кружиться, а сердце — стучать как барабан.

Эмелина обхватила шею Зенона еще крепче, уже не понимая, то ли он притягивает её, то ли она его. Когда дыхание стало совсем сбивчивым, её губы медленно приоткрылись, теряя силу. Следуя за ней, Зенон, словно в трансе, углубил поцелуй. Жар, более сильный, чем тепло их губ, проник в нежную кожу.

Когда его язык мягко коснулся чувствительной плоти, Эмелина вздрогнула и издала тихий стон. Зенон мгновенно замер. Долгое время он стоял неподвижно, словно громом пораженный, прежде чем окончательно отстраниться. Тяжело дыша, Эмелина в замешательстве открыла глаза. Её пылающие щеки выдавали, насколько сильно на неё подействовали жара и этот поцелуй.

Их взгляды встретились — оба были переполнены эмоциями. Зенон смотрел на Эмелину растерянно. В конце концов он осторожно снял её руки со своей шеи и сделал шаг назад. Он несколько раз открывал рот, не зная, что сказать, и наконец выдавил: — Прости. Я увлекся и…

Эмелина моргнула, не ожидая извинений. В отличие от того, что было раньше, лицо Зенона стало серьезным. Его уши покраснели так же сильно, как и её щеки, а взгляд стал блуждающим. Он вытер влажные губы Эмелины своим рукавом — он был так растерян, что даже не подумал достать платок. После секундного колебания Зенон заговорил снова, выглядя расстроенным: — И за это тоже прости… Думаю, мне пора. — Ты… уходишь прямо сейчас? — Мы еще увидимся.

Оставив её с этими короткими словами, Зенон поспешно скрылся из виду. Она осталась стоять на месте, её дыхание всё еще не пришло в норму. Как только Зенон ушел, жар, затуманивший её мысли и чувства, быстро рассеялся. Остался только звук её собственного сердца, гулко отдающийся в ушах. — Ха…

«Что, черт возьми, я только что наделала?» Чувство смущения и пустоты захлестнуло Эмелину.

✦ ❖ ✦

Позже в тот же день, лежа в постели и прокручивая в голове всё, что произошло с Зеноном Транциумом, Эмелина внезапно вскочила. — Что это вообще был за финал? Тот факт, что она поцеловала Зенона и потеряла контроль в тот момент, безусловно, шокировал. Но еще больше её задело то, как Зенон сбежал сразу после этого. Хуже того, с того дня Зенон больше не навещал её.

Хотя Эмелине тоже было неловко, она переступила через свою гордость и несколько раз отправила ему письма. Но в ответ получала лишь скупые извинения и оправдания, что он будет занят какое-то время. «Ложь». Эмелина горько усмехнулась. Он был участником этого поцелуя так же, как и она, но теперь явно избегал её. «Неужели он думает, что только он один хочет это забыть?»

Снова ложась и натягивая одеяло на голову, Эмелина чувствовала себя подавленной. В темноте под одеялом её глаза были полны мрака. Стоило ей попытаться забыться, как чувства и ощущения того момента возвращались с поразительной яркостью. Одно лишь воспоминание заставляло сердце биться чаще.

То самое покалывание, которое она часто ощущала рядом с Зеноном Транциумом, теперь преследовало её почти весь день. Сердце колотилось, и она чувствовала трепет, от которого, казалось, таяла какая-то часть её души. Мрачное осознание закралось в её мысли — она начала понимать, что это за чувство. И она догадывалась, почему Зенон, который раньше появлялся перед ней даже после самых резких слов, вдруг перестал приходить.

«Надо было быть мягче в словах». Скорее всего, Зенон избегал её, потому что сожалел о случившемся. Эмелина издала усталый вздох и закрыла глаза. Ночь казалась тяжелее и тише, чем обычно.