Подлец

───── ♛ ─────

— Нет, ни в коем случае. Разумеется, нет. Я просто был застигнут врасплох... вот и всё. Бернард пробормотал это изменившимся, заметно похолодевшим голосом. Он крепче сжал набалдашник своей трости. Герцог пекся о приличиях и достоинстве так же сильно, как и о том, чтобы скрывать грязное белье своей семьи от посторонних глаз. К тому же Марселла Бетэнар была не просто его матерью, с которой он был в ссоре, — она оставалась бывшей королевой, обладающей достаточным влиянием, чтобы навязать ему свою волю.

— Я уж подумала, что возникли какие-то другие обстоятельства. Что ж, тогда жди здесь. Нам с Эмелиной нужно собрать вещи. Оставив эти слова за собой, Марселла мягко увлекла Эмелину вверх по лестнице. Яростный взгляд Бернарда провожал их спины. Возможно, в глубине души он понимал, что его методы «воспитания» со стороны выглядят как произвол, поэтому предпочел промолчать. Эмелина едва сдержалась, чтобы не фыркнуть.

В этот момент Марселла добавила:

— Эмелина, я слышала, Бернард часто наказывает тебя самым абсурдным образом. Я останусь с тобой, пока ты не будешь в безопасности. Она нежно похлопала внучку по плечу, давая понять, что на неё можно положиться. Затем она вздохнула, словно искренне поражаясь, как человек с такими гнилыми ценностями мог оказаться её сыном.

Эмелина почувствовала, как внутри неё разливается тепло. После жизни в окружении таких людей, как Бернард и Энтони, было непривычно — даже ошеломляюще — иметь кого-то, кто готов встать на её защиту. Она выдержала паузу, прежде чем искренне произнести:

— Спасибо вам, бабушка... Она не упустила шанс окончательно закрепить Марселлу в роли своей союзницы. Эмелина улыбнулась, и её покрасневшие глаза мягко сощурились.

— В этом доме впервые кто-то, кроме мамы, принял мою сторону, я так счастлива... Мне было очень страшно, но с вами я чувствую себя в безопасности.

— Ох, дитя... негодный Бернард.

Эмелина ласково прильнула к руке Марселлы. Та ободряюще погладила её ладонь. По правде говоря, такая мудрая и проницательная женщина, как Марселла, могла догадаться, что Эмелина намеренно показывает уязвимость, чтобы укрепить их связь. Но за те несколько дней, что они провели вместе, Эмелина поняла: Марселла бесконечно щедра к тем, кого одобряет. Возможно, живя впереди своего времени, реформируя законы и глядя на мир иначе, королева узнала в Эмелине родственную душу.

— Когда слуги всё упакуют, отправимся в путь. Тебе стоит попрощаться с матерью.

— Да, бабушка. Марселла говорила твердо, будто не могла позволить Эмелине остаться наедине с Бернардом ни на секунду. Эмелина лучезарно улыбнулась. Осознание того, что на её стороне есть хотя бы один человек, заставляло верить — всё уже изменилось. Она не сомневалась: это был решающий ход, который склонит чашу весов в её борьбе с отцом.

✦ ❖ ✦

Карета, увозившая их троих, ехала в Эльварто в затяжном молчании. Лишь изредка тишину нарушала теплая беседа Эмелины и Марселлы. Бернард, сидевший напротив, внутренне скрежетал зубами. «Я столько сил потратил, чтобы держать их порознь, а теперь мать будет совать нос в каждое дело. Чертова старуха... И мне всё еще нужно найти способ спасти расторгнутую помолвку».

Ничего не шло по плану с того самого случая на выставке Эделроа. Всё больше людей вмешивалось в его дела, руша всё, над чем он работал. Зенон Транциум, который каким-то образом снова завлек его дочь, и эта упрямая, выжившая из ума Марселла со своими абсурдными идеалами. «Нет... если подумать, всё покатилось под откос в тот миг, когда этот подлец Зенон Транциум вернулся в Эльварто».

С его появлением дочь, которая прекрасно ладила с графом Ренье, впуталась в скандал с этим проходимцем, за чем последовала череда позорных инцидентов. А любые неудачи дочери неизбежно били по репутации самого Бернарда. «Надо было избавиться от него прямо там, на месте... Сделать так, чтобы он больше никогда не смел показаться в Эльварто!»

Бернард уже связывался с газетами, утверждая, что всё произошедшее в Эделроа — происки злонамеренного Транциума. Но по какой-то причине не было опубликовано ни одной статьи. Он знал, что крупнейшая газета принадлежит самому Зенону, поэтому туда не обращался, но то, что и остальные издания отказались печатать материал, выглядело подозрительно. Сначала многие проявляли интерес к интервью, но вскоре один за другим начали идти на попятную, ссылаясь на «трудности с публикацией». Бернард не понимал, в чем дело. Как они смеют отказывать ему?

«Ничего не получается, абсолютно ничего!» Он всерьез опасался за свои новые проекты. Казалось, за всем этим стоит Зенон Транциум, саботируя его начинания. Этот щенок бесил его даже больше, чем сам маркиз Транциум. «Надеюсь, он хотя бы не испортит инвестиции в новую оборонную компанию. Говорят, их директор встречается с королевской семьей и чиновниками высшего ранга, так что он рано или поздно запросит аудиенции со мной».

Бернард мечтал через эти инвестиции укрепить связи с банком графа Ренье. Но теперь, из-за этого мерзавца, помолвка Эмелины и графа пошла прахом! Компания даже вызвала редкий интерес у их союзника, Луналини. «Я должен как-то устранить Зенона Транциума и снова свести Эмелину с графом Ренье».

Пока Бернард был погружен в думы, карета остановилась у особняка в Эльварто. Несмотря на неприязнь, он подал руку Марселле, помогая ей выйти — статус обязывал. Затем он обернулся к Эмелине:

— Зайдем внутрь и поговорим с глазу на глаз. В Гильберте вмешательство матери не дало ему закончить. Он верил, что даже если Эмелина узнала про письма, он сможет её «переубедить». Немного дисциплины — и она снова станет той гордой и послушной дочерью, которую он знал.

Но не успел он начать, как Эмелина ответила:

— Если речь о помолвке, мне это не интересно, отец.

— Что? Не интересно?!

— Я сказала вам еще четыре года назад: у меня был человек, которому я обещала стать женой. И именно вы нарушили это обещание. Не ждите, что я соглашусь на новое, будто ничего не произошло.

— Эмелина Дельзейер! Я ясно дал понять, что не допущу ничего общего с Транциумом. И ты снова заводишь речь о браке с этим ничтожеством?!

Забыв о присутствии Марселлы, Бернард побагровел от ярости. Мысль о том, что Зенон Транциум — корень всех бед, заставляла его кровь закипать.

— Всё, что я делал, было ради тебя! Как дочь, ты обязана слушаться отца. Ты действительно готова выбросить свое достоинство и статус из-за этого человека?

— Мне никогда не нужно было ни то, ни другое. Всё это — лишь ваша жадность. Мне больше нечего сказать, я вхожу в дом.

Эмелина почтительно поклонилась Марселле и начала подниматься по ступеням. Раньше она стояла бы неподвижно, ожидая разрешения уйти. Видя, как она изменилась, Бернард окончательно потерял контроль.

— Эмелина, ты с ума сошла?! Почему вы все стоите?! Немедленно верните её сюда! — рявкнул он на слуг, застывших в растерянности.

В доме воцарился хаос. Но крики оборвались, когда Марселла с силой опустила свою трость на ногу Бернарда.

— Бернард! В присутствии гостьи ты ведешь себя так позорно. Ты попираешь королевский этикет, но считаешь, что имеешь право читать нотации этой девочке? Бернард коротко охнул от внезапной боли. Марселла посмотрела на него с нескрываемым отвращением:

— Жалкое зрелище. Ты лично покажешь мне дом — где я буду жить и все важные залы. Это единственный подобающий способ принять гостью королевской крови.

— ……

— Чего стоишь? Начинай экскурсию. Щелкнув языком, Марселла поторопила его, и Бернард был вынужден подчиниться. С лицом, искаженным сдерживаемой яростью, он зашагал вперед.