Раскрывающаяся правда (3)

В книге, которую прочёл Джошуа, упоминалось место под названием «граница времени». Это был, буквально, неизведанный мир, где переплетались всевозможные временные потоки.

Временем изначально владели боги. Но маги, после долгих исследований, нашли способ повернуть его вспять.

Однако сделать это было нелегко. Кто-то погибал, лишь попытавшись, кто-то, как говорили, попадал совсем не туда, куда следовало.

То, что Розетта благополучно повернула время и прожила более десяти лет без последствий, было почти чудом.

Но в книге описывалось, что когда повёрнутое время постепенно начинает сближаться с изначальной временной линией, могут проявиться побочные эффекты.

Заклинатель мог оказаться в ловушке на границе двух переплетающихся временных линий и никогда не вернуться.

Джошуа был уверен, что Розетта блуждает именно там — на «границе времени».

В книге описывался и способ вернуть её. Нужно, чтобы кто-то вошёл в «границу времени» и привёл заблудившуюся обратно.

Как только он это понял, Джошуа тут же помчался в особняк Адриан. Никаких колебаний. Разумом он понимал, что это мог бы сделать и кто-то другой, но чувствовал: должен идти именно он.

Даже если что-то пойдёт не так и он сам заблудится на «границе времени», он знал, что только он сможет исправить это.

По дороге в особняк, в карете, Джошуа рассказал Сильверу о своём плане. На случай, если он сам не вернётся.

— Если я не очнусь через какое-то время, ступай к Огненной ведьме. Скажешь её фамильяру.

Сильверу эта идея не нравилась.

Гав!

Сильвер любил Розетту. Но фамильяры всегда ставят своего призывателя на первое место. Самым важным человеком для Сильвера, конечно же, был Джошуа.

Он, конечно, переживал за Розетту, но то, что Джошуа сам идёт на риск, беспокоило его куда больше.

Джошуа погладил скулящего Сильвера по спине, словно спрашивавшего: «Нельзя ли поручить это кому-нибудь другому?».

— Я должен идти.

Но Сильвер всё равно не унимался.

— Да, я знаю. Этот план может и не сработать.

Джошуа понимал, что может случиться самое худшее. Он представлял, какой удар это нанесёт по дому Адриан и императорскому дворцу, если вслед за Розеттой сляжет и он.

Офелия погрузится в глубокую печаль, а дом герцога Лилис и Луи воспрянут духом.

Зная всё это, он всё равно решил идти сам.

— Я рассчитываю на тебя, Сильвер.

Джошуа, оставив всё на не желавшего мириться с этим Сильвера, привёл свой план в действие.

Используя кулон, подаренный Офелией, как проводник, он отправился к Розетте.

Сознание помутилось, и он почувствовал, как тело словно парит.

Когда он снова открыл глаза, то стоял в темноте, где не было видно ничего. Куда идти — было непонятно, но он просто наугад двинулся вперёд.

Он попытался призвать Сильвера на всякий случай, но связь с ним была полностью оборвана.

Значит, и Розетта блуждала по этой пустоте без Пипи? Мысль о возлюбленной, которая так долго была здесь совсем одна, заставила его невольно ускорить шаг.

Он шёл, бесконечно ища Розетту, и вдруг вокруг него начали появляться видения.

Джошуа остановился и сосредоточился на постоянно меняющемся пейзаже.

«Это...»

Ему не нужно было объяснять: он понял, что видит воспоминания Розетты.

Первое воспоминание начиналось со сцены, где маркиз Даллас забирает Розетту из приюта, в котором она жила с детства.

— Я забираю этого ребёнка.

Маркиз Даллас, заметивший магический талант Розетты, с большой радостью объявил об этом. Мнения Розетты никто не спрашивал.

— Господин маркиз. Мы, конечно, благодарны за ваше решение удочерить её, но мы должны были бы спросить и нашу Розетту...

— Кто посмеет возражать, если я сказал, что забираю?

— Мы были бы признательны, если бы вы проявили великодушие и поняли...

— Я же не со зла забираю этого ребёнка. Я удочеряю её в рамках благотворительности. Не понимаю, почему вы против. Или моих пожертвований недостаточно?

Розетта, молча наблюдавшая за происходящим, почувствовав неладное, тихо прошептала:

— Я пойду. Директор, правда, всё хорошо.

Так Розетта, провожаемая детьми из приюта, покинула родной дом. Все думали, что она будет жить безбедно и счастливо, раз её удочерила аристократическая семья.

Но реальность, с которой столкнулась Розетта, оказалась совсем не такой, как ожидали дети.

— Выбросьте. От неё ужасно воняет.

Приказав выбросить её скудные пожитки, маркиз уехал один в своей карете. Розетта отправилась в его особняк в старой, наспех подготовленной слугами карете.

То, что ждало её дальше, было ещё более отчаянным.

— И это моя сестра, по-вашему? Отец, это уже слишком!

— Фу, от неё разит бедностью. Откуда у неё этот запах помойки?

Дети маркиза Далласа невзлюбили Розетту. Особенно его младшая дочь, Элиша Даллас. Она издевалась над Розеттой — то изощрённо, то открыто.

Розетта жила в доме, где с ней обращались хуже, чем со служанками, не говоря уже о том, чтобы считать её аристократкой.

Маркиз Даллас относился к Розетте лишь как к пешке в своей игре. Он не обучал её тому, что должна знать аристократка, а учил только магии — и исключительно боевой.

А когда Розетта немного подросла, он даже наложил на её сердце заклятие, заставляющее беспрекословно подчиняться его приказам.

Джошуа шёл, не пропуская ни одной сцены. В нём закипала ярость на уже мёртвого маркиза Далласа.

«Не надо было давать ему умереть так легко».

Как Розетта вообще смогла это вынести?

Как этот маленький, хрупкий ребёнок...

Стиснув зубы, Джошуа шёл сквозь поток воспоминаний Розетты и остановился перед одним из них.

— У тебя неплохие способности. Тебя маркиз Даллас прислал?

Это было воспоминание о дне смерти герцога Адриана.

— Глядя на тебя, я вспоминаю свою дочь. Ещё не поздно. Возвращайся. Ты не создана для такого.

Джошуа живо ощутил, что чувствовала Розетта, слушая слова герцога Адриана.

«Я на самом деле не хотела заниматься этим. Я была счастливее, живя в приюте».

Услышав её мысли, пропитанные болью, Джошуа крепко зажмурился.

Зная, что произойдёт дальше, он всё равно надеялся на другой исход. На то, что герцог Адриан, протянувший руку Розетте Даллас, спасёт её от лап маркиза.

Но реальность была жестока. Розетта, попытавшаяся ослушаться приказа маркиза и выйти из кабинета, из-за заклятия на её сердце вернулась и магией пронзила сердце герцога.

«Ни за что не возвращайся к нему».

Розетта, рухнув перед герцогом Адрианом, который до последнего мгновения беспокоился о ней, безутешно рыдала.

«Как мне выбраться из этого ада? Неужели ты не дашь мне ответа?»

Слушая её отчаянные мысли, Джошуа двинулся дальше.

Если это пространство показывало ему воспоминания Розетты, значит, и сама Розетта, должно быть, мучается, глядя на своё прошлое.

Розетта, хоть и была порой настолько смелой, что удивлялась, откуда в ней столько храбрости, на самом деле была очень ранимой.

Может быть, сейчас она где-то там плачет в одиночестве.

Но найти Розетту оказалось нелегко.

Что-то поднималось из-под земли, хватая его за лодыжки и сбивая с ног, путь преграждали заросли шиповника.

Хотя он блуждал в её сознании, острые шипы, царапавшие и раздиравшие ему щёки, причиняли боль, такую же реальную, как наяву.

Но Джошуа всё шёл и шёл. Страх, что у него может не получиться, исчез без следа.

«Я обязательно вытащу её».

Жгучее чувство долга толкало его вперёд.

Розетта уже дала ему второй шанс. Джошуа, ухватившись за него, прожил вторую жизнь без сожалений.

Он спас тех, кого любил. Он обрёл новую любовь.

Теперь настало его время отплатить Розетте за всё.

Он найдёт Розетту и скажет ей: «Ты много страдала, но теперь ничего подобного больше не случится».

Так он шёл довольно долго, и вдруг откуда-то донёсся всхлип. Джошуа направился на звук.

Вскоре он увидел вдалеке Розетту, сидящую, съёжившись. Она была похожа на маленькую девочку.

Таким же было её лицо, когда, забившись в угол комнаты, она беззвучно плакала, терпя издевательства маркиза Далласа.

— Розетта!

Джошуа бросился к ней.

— Роза!

Подняв голову и увидев его, Розетта широко раскрыла заплаканные глаза. Джошуа схватил её за руку, почти прозрачную, и крепко прижал к себе.

«Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо».

Прошептав это, он почувствовал, как меняется окружающий пейзаж.

Когда он открыл глаза, то снова был в реальности.

Глядя на Розетту, которая с трудом разлепила веки, Джошуа плакал навзрыд.

Он не плакал, когда потерял Офелию. Слёзы, которые он не смог сдержать, когда потерял герцога Адриана и Даниэля, хлынули снова.

Это были слёзы, в которых смешались благодарность, боль, облегчение и сожаление.

— Спасибо тебе, Роза.

Спасибо за то, что, пройдя через все эти страдания, ты не сдалась и осталась жить. И за то, что ты рядом со мной.

Джошуа не мог произнести эти слова вслух и только молча плакал.

Так закончилась эта история.