Признание Энтони

Вскоре после этого вошёл Крис. Он поздоровался с Розеттой, а затем небрежно поцеловал Джоан в висок.

Джоан, с лицом красным, как помидор, мягко оттолкнула его.

— Розетта и Мелоди здесь же.

Мелоди хихикнула.

— Мы всё равно уже собирались уходить. Мы будем на балу до позднего вечера, так что не беспокойтесь о нас и идите проведите время вдвоём.

— Мелоди, а как же брат?

— Ну, брат может пойти выпить пива в городе или что-то в этом роде.

— Один?

— С кем ещё ты пойдёшь? Я же говорила тебе раньше завести девушку.

Крис усмехнулся. Джозеф бросил на него неодобрительный взгляд, а затем Розетта и Мелоди покинули комнату.

***

Перед женским общежитием студенты-юноши, разодетые по последней моде, ждали своих спутниц. Среди них был Энтони Хаксли.

— Розетта.

Он заметил её, подошёл и протянул руку.

Его волосы, обычно взъерошенные и небрежные, были зализаны назад, и он был в бордовом сюртуке, что делало его весьма привлекательным.

— Пойдём?

— Да.

Розетта взяла Энтони под руку, и они вошли в зал. Бал, на котором она присутствовала впервые, был невероятно гламурным и оживлённым.

На самом деле Розетта не ожидала многого от выпускного бала. Но по мере того как она болтала с друзьями из академии под сверкающими люстрами, она постепенно проникалась атмосферой.

Более того, после двух коктейлей, которые принёс ей Энтони, она почувствовала себя ещё более раскованной.

Пока они смеялись и разговаривали, заиграла танцевальная мелодия. Энтони, разговаривавший с другими юношами, подошёл и протянул руку.

— Розетта, потанцуем?

— Пожалуй.

Она изначально не планировала танцевать, но, возможно, из-за алкоголя легко согласилась.

— Прошло так много времени с тех пор, как я практиковала танцы, могу наступить тебе на ноги.

— Ничего, Розетта. Я тоже могу на твои наступить. Хотя, конечно, постараюсь не делать этого.

Двое тихонько рассмеялись и начали танцевать среди других студентов. Вопреки их предупреждениям, никто никому не наступил на ноги.

Скорее их танец был настолько естественным, словно они давние партнёры.

После этого Розетта и Энтони ещё несколько раз потанцевали с другими людьми, а затем вышли в сад подышать свежим воздухом.

Была ранняя весна, но ночной воздух был довольно холодным.

— Вау, ветерок освежающий. Внутри было так жарко из-за множества людей. И кажется, я выпила больше коктейлей, чем думала.

— Тебе не холодно? Может, дать тебе мой пиджак?

— Нет, всё в порядке. Тебе тоже будет холодно.

— Я не мёрзну легко.

Без колебаний Энтони снял пиджак и накинул его на плечи Розетты. Та улыбнулась в благодарность.

Несколько пар уже находились в саду, погружённые в свой собственный мир. Среди пар, подтверждавших свою привязанность друг к другу, двое шли неловко.

— Знаешь.

— Вообще-то…

Розетта и Энтони заговорили одновременно и удивились.

— Говори ты первым.

— Нет, ты первый.

— Вообще-то, моё было не важно. Я просто думала о том, чтобы вернуться внутрь.

— Ах, понимаю. Тогда можно мне сейчас говорить?

— Да.

С разрешения Розетты Энтони заговорил серьёзно:

— Розетта, можешь поверить? Уже двенадцать лет прошло с тех пор, как мы встретились.

— Верно. Не ощущается, что прошло так много времени, но это правда.

— Я до сих пор не могу забыть день нашей первой встречи.

— Я тоже.

Розетта тихонько рассмеялась.

— Ты тогда сказал, что я выгляжу как тощий жеребёнок.

— Это было…!

Лицо Энтони покраснело.

— Пожалуйста, забудь об этом. Я был неправ.

— Ни за что! Я буду продолжать всем рассказывать, что ты назвал меня тощим жеребёнком, даже через десять или двадцать лет.

— Уф, пожалуйста, Розетта.

Розетта громко рассмеялась.

— Так что насчёт того дня?

— Просто… Я всегда чувствую благодарность, потому что не думаю, что был бы тем, кем являюсь сейчас, если бы тебя не было рядом в тот день.

— Ты столько раз это говорил.

— Всё равно, спасибо ещё раз.

— Тебе стоит уже забыть об этом. Ты достаточно меня поблагодарил.

— Хорошо.

Энтони на мгновение заколебался, прежде чем снова заговорить:

— Розетта, на самом деле, я думаю, что влюбился в тебя в тот день.

— …

И Энтони, и Розетта стали серьёзными.

— Сначала я думал, что это просто юношеская влюблённость. Но чем больше времени я проводил с тобой, тем глубже становились мои чувства. Я больше не мог отрицать их.

Энтони пристально смотрел в глаза Розетты и прошептал:

— Ты мне нравишься, Розетта. Ты мне очень нравилась долгое время.

В этот момент в сознании Розетты снова всплыл образ Джошуа. Это было странное явление.

Но было неправильно думать о Джошуа, стоя перед Энтони. Это было бы неуважительно.

Розетта изо всех сил пыталась стереть Джошуа из своих мыслей.

«Я смутно догадывалась».

Розетта не была особенно проницательной, но и не была полностью бесчувственной.

Конечно, когда Энтони отправлял ей письма и подарки в детстве, она думала, что это пройдёт.

Она также думала, что его поступление в Иверринскую Королевскую Академию не имеет к ней никакого отношения.

Однако она наблюдала, как его отношение к ней менялось в течение последних семи лет, пока они проводили время вместе.

Было бы странно, если бы она не знала, что он испытывает к ней чувства.

Вот почему она колебалась, прежде чем принять его предложение быть партнёрами.

«Я знала, что нам когда-нибудь придётся поговорить на эту тему. Хотела избежать этого, если возможно, но…»

С того момента, как Энтони попросил её быть его партнёршей, эта тема стала неизбежной.

Розетта горько улыбнулась. У неё был только один возможный ответ.

— Спасибо за твою смелость, Энтони. Но мне жаль. Не думаю, что смогу принять твои чувства.

— Есть кто-то другой, кто тебе нравится?

Кто-то, кто ей нравится.

На вопрос Энтони Розетта слегка покачала головой, словно кто-то, кого она стёрла из своих мыслей, снова прояснялся.

Она никогда никого не любила с такими же чувствами, как юноши, признававшиеся ей.

— Нет, это не так. Но я думаю, было бы хуже принять твоё признание, не испытывая к тебе ответных чувств.

— Понимаю, я так и думал.

Энтони улыбнулся, почти с облегчением.

Розетта же чувствовала себя неловко.

Юноши, признававшиеся Розетте до сих пор, были друзьями, с которыми будет трудно встретиться снова, как только они уедут в Империю.

Но Энтони был другим. Для Розетты он был хорошим другом, с которым она хотела поддерживать дружбу и в будущем.

Остаёмся ли мы друзьями? Ей хотелось спросить, но она не могла заставить себя. Это было бы неискренне.

Но, словно зная её чувства, Энтони ярко улыбнулся и спросил вместо неё:

— Мы всё ещё друзья, верно?

— А?

Энтони спросил снова, увидев озадаченное выражение Розетты.

— Ты же не будешь делать вид, что не знаешь меня, только потому, что я признался? У нас же есть дружба, которую мы выстраивали годами.

— Это…

— Ты же не скажешь, что наша дружба была настолько незначительной?

— Конечно нет! Энтони, ты мой пятый друг.

Энтони рассмеялся.

— Что это за неоднозначный номер? Кто остальные четверо? Пипи, Мелоди, Клара, Тереза?

— Да, верно.

— Хм, думая об этих четверых, чувствую, что быть пятым естественно. Нет, может, мне следует быть гордым за то, что я пятый.

Энтони снова рассмеялся. Его лицо выглядело настолько освежённым, что невозможно было сказать, действительно ли с ним всё в порядке или он скрывает эмоции.

— В любом случае, это значит, мы всё ещё друзья, верно?

— Конечно.

— Тогда пообещай мне.

Энтони протянул мизинец.

— Не делай вид, что не знаешь меня в будущем.

— Конечно нет. Ты тоже меня не игнорируй.

— Не волнуйся. Этого не случится.

Розетта осторожно сцепила свой мизинец с его. Она чувствовала благодарность за деликатность Энтони.

Семь лет академической жизни подошли к концу именно так.

***

На следующий день Розетта попрощалась со своими друзьями из Королевства Иверрин.

— Обязательно пиши. Приезжай как-нибудь в Империю.

— Хорошо, обязательно. Розетта, и ты приезжай снова в королевство позже.

— Ладно. Тогда я правда уезжаю. Я буду очень по вам скучать.

— Пока!

Розетта, Мелоди и Энтони отправились в гавань в одной карете. Они провели там ночь и поднялись на борт большого пассажирского судна.

— Погода действительно прекрасная.

Энтони улыбался, глядя на освещённое солнцем небо. Несколько студентов-магов из Империи, стоявшие рядом, рассмеялись в знак согласия.

— Ты прав. Идеальный день для возвращения.

Студенты, изначально планировавшие вернуться по суше, последовали за Розеттой, услышав, что она плывёт на корабле. Они сказали, что пока она с ними, им не придётся волноваться, даже если появятся пираты.

Розетта чувствовала небольшую тяжесть от их доверия, но приняла это.

Вопреки их опасениям, в течение недели на корабле ничего не происходило. Розетта проводила время, разговаривая или играя в игры с другими пассажирами на борту.

Было настолько мирно, что почти скучно.

Так было до десятого дня. Погода стала пасмурной, и пошёл дождь. Волны также были сильными, отчего корабль довольно сильно качало.

— Я сейчас умру-у-у.

Энтони, пришедший в комнату Розетты, ухватился за стол и дрожал. Мелоди, необычно для себя, пожалела его и похлопала по спине.

— Ты принял лекарство от морской болезни?

— Принял, но я всё вырвал, даже лекарство.

— Фу.

Мелоди осторожно отодвинулась от него.

— Почему бы тебе не пойти поспать вместо этого?

— Не знаю, может, это только я, но меня больше тошнит, когда я один. Я останусь здесь.

— Хорошо, как хочешь.

Так трое детей проводили день, каждый занимаясь своим делом.

Внезапно снаружи стало шумно.

— Что происходит?

В этот момент Пипи и Гуггу, вылетевшие посмотреть, в чём дело, возбуждённо закричали.

*Пи-и! Пи-и-и!*

*Гу-у-у! Гугу!*

— Что?

Розетта, понимавшая слова Пипи, вскочила с места. Мелоди спросила с серьёзным лицом:

— Что случилось? Неужели…

— Да.

Розетта закатала рукава.

— Появились пираты.

— Я пойду с тобой…

Розетта усадила обратно пошатывавшегося Энтони, который пытался подняться.

— Ты оставайся здесь. Мы с Мелоди пойдём посмотрим.

— Хорошо. Ты сейчас только помешаешь.

— …

— Тогда пошли, Пипи!

— Голд, и ты тоже!

Розетта и Мелоди взяли своих фамильяров и вышли на палубу. Корабли с флагами с узором черепов уже окружали судно. Не было сомнений, что это пираты.

Члены команды суетились.

— Готовьте пушки! Не дайте пиратским кораблям подойти слишком близко! Всё кончено, как только они окажутся на палубе!

— Есть!

Однако прежде чем корабль успел даже выстрелить из пушек, ближайший пиратский корабль загорелся, и был выпущен большой пушечный снаряд.

— Все, укрыться!

Пока все метались в замешательстве, Розетта наложила защитное заклинание. Это было широкое защитное заклинание, покрывающее весь большой корабль.

Пушечный снаряд, летевший на высокой скорости, отскочил от невидимой стены. Розетта контролировала направление магии, и снаряд полетел прямо к пиратскому кораблю.