Раскрывающаяся правда (1)

— Я спрашиваю, не знаете ли вы, ваше высочество, о том, что Розетта делала втайне от меня?

В голосе герцога Адриана звучала уверенность. Джошуа понял: это не просто проверка, герцог пришёл к этому выводу на основе разумных доводов.

Но, как бы там ни было, раскрывать все факты самому по-прежнему было неправильно. Вместо этого он решил выяснить, что именно подозревает герцог.

— Не понимаю, почему вы спрашиваете меня. Как я могу знать то, чего не знаете вы, учитель, проведший с юной госпожой столько времени?

— Возможно, вы и правы, — не отступал герцог.

Его фиолетовые глаза смотрели прямо на Джошуа. Взгляд, казалось, говорил: «Я знаю о тебе всё».

Джошуа почувствовал, что герцог видит его насквозь. Герцог продолжал, глядя на то, как Джошуа слегка опустил взгляд:

— Мне почему-то кажется, что вы, ваше высочество, что-то знаете. Вот я и спрашиваю. Вы ведь с детства были близки с Розой?

— Если я скажу, что не знаю, вы поверите?

— Ваше высочество, ситуация серьёзная. Неужели вы не можете рассказать всё, что знаете, ради Розы?

Как и ожидалось, герцог Адриан не просто проверял его на основе смутных подозрений. Джошуа тихо вздохнул.

— С чего вы, учитель, вообще взяли, что юная госпожа могла что-то делать у вас за спиной? Она не из тех, кто способен натворить дел втайне от вас.

— Возможно, после нашей встречи — да.

«После встречи»? Джошуа нахмурился, уловив странный оттенок в словах герцога, а тот продолжал:

— Но если она сделала что-то до того, как мы встретились, я об этом просто не мог знать, не так ли?

— Насколько мне известно, когда юная госпожа встретила вас, ей было восемь лет. Что она могла сделать в таком возрасте?

— ...

Наоборот, это Джошуа занервничал и начал допытываться:

— Учитель. О чём именно вы подозреваете?

Теперь тяжело вздохнул герцог.

— Дело в том, что последнее время мне снятся странные сны.

— Странные сны?

— Сны о Розе.

Джошуа, почувствовав недоброе, сжал кулаки.

— Во сне она была очень маленькой и худой. Сказано, что она взрослая, но она совсем не выглядела на свой возраст.

— ...

— И она... — герцог Адриан прикрыл глаза рукой, словно от одной мысли об этом становилось страшно. — Меня...

Он так и не договорил. Но Джошуа, кажется, понял, что ему снилось.

Вернее, это был вовсе не сон. То, что видел герцог, было прошлым.

Тем самым днём, когда Розетта, до того как повернуть время вспять, убила герцога Адриана своими руками.

— Лицо плачущей Розы и боль в сердце, которое пронзили, были такими живыми, что это не назвать просто сном.

«Она плакала в тот день». Впервые услышав об этом, Джошуа напрягся.

Он знал, что Розетта совершила это не по своей воле, будучи марионеткой маркиза Далласа. Слышал, что убийство герцога Адриана тоже было против её воли.

Но он не знал, что в тот день Розетта так горько плакала перед герцогом.

Она никогда не рассказывала Джошуа подробно о том, что случилось в особняке Адриан в тот день.

— Поэтому я думаю, что это не просто сон.

Джошуа думал, что, кроме него и Розетты, никто не помнит тот день. Но, похоже, герцог Адриан вспомнил прошлое именно таким образом.

Даже зная всё это, Джошуа всё ещё не мог рассказать правду. Он по-прежнему считал, что это должна сделать сама Розетта.

В конце концов, он мог дать лишь один ответ:

— Думаю, это не мне рассказывать.

— Ваше высочество.

— Думаю, вам лучше будет услышать это позже от самой юной госпожи. Так будет правильно. Но пока что...

Джошуа хотел что-то добавить, но тут раздался срочный стук в дверь, и, не дожидаясь разрешения герцога, в кабинет ворвался Себастьян.

— Хозяин, вам нужно выйти.

— Что случилось?

— Господин Лукас...

Герцог и Джошуа, догадавшись, в чём дело, вышли наружу. Как они и предполагали, издалека доносился полный ярости голос Лукаса:

— Да ты просто мошенник! Если бы ты действительно дорожил малышкой, ты бы так не поступил! Ты что, играешь человеческой жизнью? Как у тебя поворачивается язык торговаться чьей-то жизнью?! Пока ты тут разводишь канитель, малышке становится всё хуже!

— Лукас.

От низкого голоса герцога Адриана Лукас, схвативший Майкла за грудки, вздрогнул.

— Немедленно отпусти.

— Но, отец!

— Ты хочешь опозорить меня перед гостем?

— Тьфу...

Лукас отпустил одежду Майкла и отступил назад. Герцог подошёл к Майклу и извинился:

— Прошу прощения за сына.

— Ничего. Я понимаю, извинения не нужны.

Майкл, поправив помятую рубашку, улыбнулся, словно ничего не случилось.

— Итак, вы приняли решение? Как сказал молодой господин Адриан, времени у нас немного.

— Я внимательно выслушал ваше предложение. Но я не могу решать это единолично. Разве не важно мнение самой заинтересованной стороны?

— Значит, отказ?

— Но мы можем достойно отблагодарить вас другим способом.

Майкл мельком глянул на Джошуа и уклончиво ответил:

— Тогда мне, пожалуй, тоже нужно немного подумать. А пока я подготовлю способ лечения юной госпожи. Если передумаете, в любое время дайте знать.

Майкл с присущей ему грацией поклонился и развернулся. Проходя мимо Джошуа, он бросил на ходу:

— Похоже, вы, ваше высочество, не можете стать для Розы проводником.

— Что это значит... — Джошуа быстро обернулся, пытаясь схватить Майкла.

Но тот, не оборачиваясь, помахал рукой и быстро покинул особняк.

***

В особняке Адриан снова воцарилось тяжёлое молчание. Даже Магическая башня, на которую они надеялись, отреагировала негативно — надежда, казалось, исчезла.

— Может, лучше согласиться на предложение маркиза Рёшера и спасти Розу, отец?

— Брат, это на тебя не похоже.

Изабель, мельком взглянув на Джошуа, быстро возразила:

— Ты всегда уважал Розу.

— Но сейчас нет другого выхода.

— Чёрт.

Лукас со всей силы ударил кулаком по стене. Его правая рука, и без того повреждённая от многократных ударов, снова начала кровоточить, так как он отказывался от лечения.

Джошуа, молча слушавший разговор семьи Адриан, поднялся.

— Мне пора. Если с юной госпожой что-то случится, сразу же сообщите. Не провожайте.

Выйдя из особняка Адриан, Джошуа вернулся во дворец и сразу же направился в императорский дворец.

— Ваше высочество, по какому делу... — начал было слуга.

— Зачем ещё я могу прийти во дворец? Я пришёл увидеться с его величеством.

— Сейчас миледи Лилис на аудиенции у его величества.

— Ничего, доложи.

— Но, ваше высочество...

— Ты не расслышал?

Слуга замешкался. Джошуа, пройдя мимо него, постучал сам.

— В чём дело?

— Ваше величество, у меня срочное дело, поэтому я осмелился прийти без доклада.

После недолгого молчания разрешение императора было получено.

— Входи.

Когда Джошуа вошёл, миледи Лилис, одетая в роскошное платье, поклонилась ему.

— Приветствую ваше высочество первого принца.

— Давно не виделись. У меня срочный разговор к его величеству, не могла бы ты уступить нам место?

Император вмешался:

— Что за дело?

— Я скажу, когда мы останемся наедине.

— Ваше высочество, я умею хранить тайны. Нужно ли мне обязательно уходить?

Миледи Лилис бросила на императора многозначительный взгляд.

Император посмотрел на Джошуа, высвободил руку, которую держала Лилис, и махнул.

— Леони, выйди ненадолго.

— Но, ваше величество...

— Сын хочет поговорить с отцом, надо его выслушать.

Миледи Лилис слегка надула губы и вышла из гостиной. Только тогда Джошуа почтительно поклонился императору.

— Приветствую ваше величество.

— Да, давно не виделись. Заходил бы почаще. Луи частенько заглядывает, а ты, старший брат, совсем не показываешься. Чему же тогда Луи учиться?

Император был прав. Джошуа, если не было особой необходимости, не искал встреч с отцом.

Но до сих пор император никогда не указывал ему на это.

А тут вдруг упомянул Луи и сделал замечание.

Сначала Джошуа подумал, что отец просто его отчитывает, но на лице императора промелькнуло что-то похожее на сожаление.

Решив, что ему показалось, Джошуа заговорил:

— Прошу прощения. Я не смог в должной мере проявить внимание к вашим чувствам.

— Оставь свои любезности. Лучше скажи, зачем пришёл сегодня? Вряд ли просто справиться о моём здоровье.

Джошуа немного помедлил, затем снова заговорил:

— Насколько мне известно, во дворце хранятся вещи казнённого дома маркиза Далласа.

После казни маркиза Далласа его особняк и всё имущество были пущены с молотка. Вырученные средства поступили в императорскую казну.

Но некоторые вещи не стали продавать и оставили в дворцовом хранилище. Среди них были и многочисленные магические книги, принадлежавшие маркизу.

Придворные маги настояли на том, что эти книги нельзя допускать до чужих рук.

— Было такое. И что?

— Могу ли я осмотреть эти вещи?