Плата за магию (1)

И в этот момент из-за одеяла раздался громкий лай Сильвера: «Гав!»

И не только лай — послышался крик Пипи: «Тревога, Розетта! Тревога!»

«Что случилось?» — раздался голос Джошуа из магического передатчика.

— Не знаю, сейчас выясню.

Розетта откинула одеяло и выскочила из кровати. Тут же она увидела Сильвера, который метался взад-вперёд у кровати, не зная, что делать, и Пипи, подпрыгивающего на голове у волка.

Розетта первым делом зажала Сильверу пасть, чтобы не разбудить остальных.

— Тсс, Сильвер. Люди могут проснуться, можешь вести себя потише? Я всё равно не понимаю, что ты говоришь.

Сильвер виновато опустил хвост. Розетта погладила его по спине в знак извинения.

— Пипи, можешь объяснить ты? Что случилось?

Пипи уселся ей на плечо и защебетал:

Пи-ип! Пи-ип!

Сильвер говорит, что с герцогом Адрианом, кажется, что-то случилось!

— С папой?

Сильвер, которому всё ещё зажимали пасть, кивнул.

«С учителем что-то стряслось?»

— Не знаю, что именно, но, похоже, да. Сильвер, оставайся здесь. Пипи, пойдём со мной.

Розетта, оставив в комнате Сильвера, который смотрел на неё умоляющими глазами, бросилась было к кабинету герцога Адриана.

Пип!

Но Пипи дёрнул её за волосы. Оказалось, нужно не в кабинет, а в спальню. Розетта сменила направление и со всех ног побежала в спальню отца.

Она постучала, но изнутри не донеслось ни звука. Не колеблясь ни секунды, Розетта распахнула дверь и вбежала.

— Папа!

Герцог Адриан сидел на кровати. Правой рукой он сжимал левую сторону груди, а его дыхание, обычно ровное даже после изнурительных тренировок с мечом, было тяжёлым и прерывистым.

— Папа, что случилось? Тебе плохо?

Подойдя ближе и вглядевшись в его лицо, она увидела, что лоб покрыт холодным потом. Герцог, даже когда Розетта оказалась рядом, не открывал глаз и продолжал тяжело дышать.

Она не могла понять: то ли он не чувствует её присутствия, то ли ему настолько плохо, что нет сил ответить.

— Я позову лекаря, сейчас же...

Розетта уже хотела дёрнуть шнур вызова, но передумала и решила бежать сама. В этот момент герцог Адриан схватил её за руку.

— Всё хорошо, Роза. Папа... правда в порядке. Иди в свою комнату и ложись спать.

— Какое же это «хорошо»! — Глаза Розетты наполнились слезами.

Герцог Адриан был для своих четверых детей идеальным отцом. Казалось, он защитит их от любой беды — так оно и было на самом деле. Он никогда не показывал им, что ему больно или тяжело. Поэтому Розетта могла беззаботно капризничать и чувствовать себя в безопасности только рядом с ним.

Она никогда раньше не видела его в таком состоянии. Естественно, она запаниковала.

— Что у тебя болит? Нужно позвать лекаря, чтобы он осмотрел тебя.

Герцог Адриан, не в силах подняться, притянул к себе Розетту, наблюдавшую за ним, и крепко обнял. Его всегда тёплое тело сейчас горело, как в лихорадке.

— Папа правда в порядке. Просто приснился кошмар. Успокойся, моя девочка.

— Но...

— Похоже, я тебя напугал. Всё хорошо. Всё уже хорошо.

Это герцогу было плохо, а получалось, что он успокаивал её. Не желая доставлять ему ещё больше беспокойства, Розетта изо всех сил старалась сдержать слёзы.

Когда ей наконец удалось перестать плакать, дрожь, которую она чувствовала в теле отца, тоже почти утихла.

Розетта вытерла мокрые щёки и спокойно всмотрелась в лицо герцога Адриана. В темноте его черты казались гораздо спокойнее, чем раньше.

— Точно не нужно позвать лекаря?

— Да. Кстати, это я тебя разбудил?

— А? Нет. Сегодня что-то не спалось, я читала книгу.

— А зачем ты пришла в папину комнату?

— Пипи сказал мне, что с тобой что-то случилось.

— Пипи?

— Да.

На самом деле здесь был ещё и Сильвер, но Розетта решила об этом умолчать.

Пипи, почувствовав на себе взгляд герцога, гордо выпятил грудь. Герцог, вместо того чтобы ругать, похвалил его.

— Вот как. Фамильяры — они такие удивительные существа.

Пип!

— Папа правда в порядке, так что иди спать. Уже поздно.

— Папа.

Розетта подошла ближе.

— Что тебе приснилось? Это был не обычный сон, да?

— Ну...

Герцог Адриан улыбнулся и потёр глаза.

— Кошмар. Ужасный кошмар.

Если даже он использовал слово «ужасный», то что же это был за сон? Розетта всё ещё не могла успокоиться и продолжала расспрашивать.

— А что именно тебе снилось?

— Ну... это не то, что можно тебе рассказывать.

— Я уже взрослая. Выслушать содержание кошмара мне ничего не стоит.

— Даже если ты взрослая, для меня ты всегда ребёнок. И ты, и Лукас, и Изабель, и Даниэль.

— Но...

— К тому же там было то, чего никогда не случится на самом деле, так что можешь не волноваться. А теперь иди.

Герцог Адриан с твёрдым выражением лица легонько подтолкнул Розетту в спину. Сила была не такой, чтобы её сдвинуть, но Розетта машинально поднялась с кровати.

— Хорошо, папа. Но если что-то случится снова, ты должен мне сказать.

Розетта уже собралась выйти из тёмной комнаты, как вдруг вздрогнула.

«Я выхожу, оставляя папу... впервые за двенадцать лет».

Если быть точной, в прошлом Розетта убила герцога Адриана не в спальне, а в кабинете. Но сама ситуация — она выходит, а он остаётся — заставила её вспомнить то, что она хотела забыть.

В этот момент герцог окликнул её.

— Роза.

— Да?

Герцог улыбнулся в темноте.

— Папа очень благодарен тебе за то, что ты стала моей дочерью.

Перед её глазами всплыло его лицо из далёкого прошлого, когда он, беспокоясь, просил её ни за что не возвращаться к маркизу Далласу.

Того прошлого больше не существовало, но Розетта почувствовала неловкость, словно обманывает отца. Подавляя непонятное желание заплакать, она улыбнулась.

— А я благодарна тебе за то, что ты стал моим папой.

«Ты даже не представляешь, как мне повезло, что в тот день двенадцать лет назад ты, а не маркиз Даллас, первым нашёл меня».

— Спокойной ночи.

***

Когда Розетта с Пипи вернулась в комнату, Сильвер радостно закружился вокруг неё. Розетта, думавшая, что волк уже ушёл, была рада его видеть.

— Сильвер, ты ещё здесь.

Услышав её голос, Джошуа спросил из магического передатчика:

«Что случилось?»

— Да ничего особенного. Хотя нет, случилось.

«...?»

— Папе, кажется, приснился кошмар.

«Что за кошмар?»

— Он не сказал, так что я не знаю. Но, похоже, что-то серьёзное...

Розетта хотела подробно описать состояние герцога Адриана, но осеклась.

Она не хотела никому рассказывать, что он так мучился, что не заметил даже её присутствия. Даже если этим «кем-то» был Джошуа.

«Серьёзное?»

— Нет, ничего. В общем, сейчас ему уже лучше, так что можешь не волноваться.

«Может, мне навестить его утром?»

— Думаю, не стоит. Хотя, конечно, если вы придёте, я буду только рада.

«Джошуа».

— Пока язык не привык. Поймите. Я ведь больше двенадцати лет называла вас «ваше высочество».

Джошуа недовольно проворчал:

«А я ведь тебя называю просто Розетта».

— Это другое. Вы же принц.

Розетта, пока он не высказал ещё больше недовольства, снова надела ожерелье на шею Сильверу.

— В любом случае, уже поздно. Я отправляю Сильвера, так что вы тоже ложитесь спать.

«...Ладно».

С этими словами передатчик отключился. Розетта с сожалением посмотрела на ожерелье и поцеловала Сильвера в лоб.

— Береги принца. Хорошо, Сильвер?

Сильвер гавкнул: «Гав!» — словно говоря: «Можешь на меня положиться!» — и выпрыгнул в окно.

Розетта уже собралась лечь в кровать с Пипи, но ей почему-то было неспокойно, и она снова направилась в спальню герцога Адриана.

Она осторожно приоткрыла дверь и на цыпочках вошла внутрь. Но герцога в кровати не было.

«Куда же он пошёл?»

Обычно она просто вернулась бы в свою комнату, но после недавнего случая ей было не по себе. Розетта направилась в кабинет.

Из-под двери кабинета не пробивалось ни лучика света.

«И здесь его нет?»

На всякий случай она открыла дверь и вошла, но то, что она увидела внутри, заставило её вздрогнуть. Ноги подкосились, и она опустилась на пол у самого порога.

— Роза?

На самом деле внутри не было ничего особенного. Просто герцог Адриан сидел за столом в полной темноте.

Но эта безобидная картина заставила Розетту вспомнить прошлое.

Тот день, когда она пришла убить его по приказу маркиза Далласа, тот самый миг, когда она столкнулась с ним в тёмном кабинете лицом к лицу.

— ...Роза? Ты в порядке?

Сознание помутилось. Голос герцога Адриана, уже подошедшего к ней вплотную, доносился словно издалека, едва слышно.

Его испуганное лицо тоже расплывалось перед глазами.

Что-то подступило к горлу, она закашлялась, и её вырвало алой кровью.

— ...!

Крик герцога Адриана, в спешке зовущего лекаря, тоже доносился словно сквозь вату.

Последнее, что она почувствовала — как отец осторожно подхватил её на руки. А затем Розетта полностью потеряла сознание.