День рождения Джошуа

— Роза.

— ...

— Розетта Адриан.

— А? Что?

Розетта, засмотревшаяся на Джошуа, лишь спустя мгновение осознала, что её зовёт Майкл, и обернулась к нему. За это короткое время Майкл уже успел мастерски совладать с выражением лица.

Он приблизился к ней почти вплотную и мягко улыбнулся.

— Ты близка с первым принцем?

— Ты...

Розетта вздрогнула и испуганно огляделась. К счастью, никто, кажется, не слышал его неподобающего тона.

Она понизила голос:

— Как ты можешь так говорить?

— Я же не из империи.

— Это так, но если бы кто-то другой услышал, вышло бы очень неловко. Хотя, даже если бы принц услышал, он бы ничего не сказал...

— Так что, Роза, ты близка с Его Высочеством первым принцем?

Майкл великодушно исправился. Успокоенная этим, Розетта, немного поколебавшись, осторожно ответила:

— Ну, не знаю.

— То есть не близка?

— Мы не в том положении, чтобы обсуждать близость. Его Высочество — принц.

— А если бы принц не был членом императорской семьи? Как думаешь, что бы тогда было?

Она никогда не задумывалась о таком.

«Если бы принц не был принцем...»

Стали бы их отношения иными?

Если оглянуться назад, именно из-за того, что Джошуа был принцем, между ними было столько преград.

В детстве, чтобы изменить будущее, им часто нужно было встречаться и разговаривать, но Джошуа было трудно покидать дворец, поэтому Розетте приходилось приходить под предлогом визита к Офелии.

Если не так, они встречались ночью в лесу или общались только голосами через Сильвера.

Да и не только это. Времени, проведённого порознь, было куда больше, чем вместе в столице, и в эти периоды они даже не могли нормально переписываться.

Из-за строгой дворцовой цензуры Розетта не могла писать так часто, как семье или друзьям. Иногда она всё же отправляла письма, но, боясь, что их прочитают, не писала ничего сокровенного.

Не изменилось ничего и теперь, когда они стали взрослыми. У них оставались нерешённые дела, но возможности поговорить наедине почти не было. Даже наоборот, они виделись реже, чем в детстве.

«А что, если бы принц был обычным аристократом?»

Может, они могли бы часто видеться с малых лет?

Общаться семьями, чаще навещать Офелию, быть с Джошуа на равных и даже шутить?

И, возможно, будущее с Джошуа...

Дойдя до этой мысли, Розетта резко пришла в себя.

— Если бы принц не был членом императорской семьи, мы, наверное, были бы ближе. Он ведь дружен с моей семьёй. Но это бессмысленные предположения.

Голос её прозвучал немного резко. Это была своего рода защитная реакция. Желание скрыть то, о чём она не хотела, чтобы кто-то догадался.

— В общем, я пойду к своим. Ты тоже пообщайся с людьми.

— Подожди, Роза...

Боясь, что Майкл начнёт расспрашивать дальше, Розетта почти убежала к Лукасу. Тот разговаривал с друзьями и, увидев её, радостно поприветствовал, представляя их:

— Малышка, это мои друзья. Некоторых ты знаешь.

— Ага.

Действительно, пару человек, друживших с Лукасом с детства, она знала в лицо. Когда Розетта поздоровалась с ними, Лукас предупредил приятелей:

— Вы это, даже не вздумайте глазеть на нашу малышку.

— Брат!

Розетта, чувствуя неловкость, прикрыла лоб рукой, пытаясь его остановить, но Лукасу было всё равно.

Дольше оставаться там было невозможно, и она отошла.

Поговорила с Даниэлем и Инес, потом направилась к Изабель, которая была с сэром Ротеном.

На самом деле в глубине души ей хотелось подойти к Джошуа и поздравить его, но он был окружён такой толпой, что сделать это было невозможно.

«Хотелось бы и к императрице подойти, но там тоже много народу».

Так время шло, атмосфера бала накалялась, и приблизился момент вручения подарков.

Представители семей по очереди подходили к Джошуа, сидевшему на возвышении, и вручали дары.

Джошуа, даже не открывая, сразу передавал их распорядителю, так что содержимое увидеть было нельзя, но уже упаковка была роскошной. И размеры у всех были немалые.

«Внутри, должно быть, тоже что-то очень дорогое».

Чем больше подарков приносили, тем сильнее Розетта падала духом.

Наконец подошла очередь Даниэля. Он нёс коробку длиннее собственной руки и, приблизившись к Джошуа, опустился на одно колено.

На лице Джошуа, до этого безучастно принимавшего дары, мелькнул интерес.

— Что это?

— Меч. Я заказал его специально для вас, Ваше Высочество, подумал, что он вам подойдёт.

Джошуа жестом остановил распорядителя, который по привычке потянулся принять коробку, и встал сам. Даниэль, перед которым внезапно оказался Джошуа, открыл коробку, показывая содержимое.

Джошуа с серьёзным лицом взял меч. Лезвие, отливающее мягким серебром, под цвет его волос, сверкнуло в свете люстры.

Когда Джошуа медленно поворачивал меч, рассматривая его, отражённый свет падал на гостей. В том числе и на Розетту. Она чуть прищурилась от ярких бликов, но продолжала неотрывно смотреть на Джошуа.

— Прекрасный меч.

Наконец Джошуа удовлетворённо улыбнулся и убрал меч обратно в коробку.

Распорядителю, уносившему подарок, велели быть осторожнее. И в этот миг, подняв голову, Джошуа встретился взглядом с Розеттой.

Не отводя глаз, он смотрел на неё какое-то время. Взгляд его, хоть этого и не могло быть, словно спрашивал: «Розетта, а что приготовила ты?»

Розетта опустила глаза и принялась теребить сумочку. Когда она набралась смелости и снова подняла голову, Джошуа уже смотрел в другую сторону.

Последним подошёл Луи Эрнхардт, сводный брат Джошуа.

— С днём рождения, брат.

Луи улыбнулся, словно ангел, и сделал знак своему распорядителю. Тот приблизился с коробкой.

Коробка была очень маленькой по сравнению с предыдущими дарами. Меньше двух сложенных вместе ладоней. Зато украшена она была богаче всех.

— Каждый год, когда приближается день рождения брата, я долго ломаю голову над подарком. И вот, мне невероятно повезло: в герцогстве Лилис недавно открыли шахту, и там нашли огромный алмаз.

Распорядитель открыл коробку, и показался алмаз. Среди гостей пронёсся восхищённый шёпот:

— Боже, алмаз такого размера!

— Неужели такие существуют? Я впервые вижу.

Розетта, хоть и старалась не подавать виду, тоже была поражена. Даже для неё, выросшей в доме Адриан и видевшей множество драгоценностей, размер алмаза, подаренного Луи, был впечатляющим.

Однако ни Джошуа, смотревший на подарок, ни Офелия, сидевшая рядом, не выглядели довольными.

Розетта лишь потом поняла скрытый смысл дара Луи.

«Он сказал: алмаз из герцогства Лилис».

На дне рождения Джошуа, где присутствовала Офелия, он намеренно сделал намёк на герцогов Лилис. Смысл был очевиден.

«Это борьба за власть».

Но Джошуа невозмутимо подозвал своего распорядителя.

— Благодарю. Я отдам этот алмаз ювелиру, чтобы сделали ожерелье для матушки. Ведь хоть сегодня мой день рождения, разве не матушку следует поздравлять? Если бы не она, меня бы тоже не было.

— Д-да, конечно.

Луи ответил слегка разочарованно.

«Принц тоже не лыком шит».

Пока Розетта мысленно восхищалась, Луи отошёл. Вскоре Джошуа обвёл взглядом гостей и заговорил:

— Вот и настал мой день рождения в очередной раз. Как же быстро летит время. Хочу выразить благодарность вам, кто, не уставая, год за годом посещает этот праздник. Надеюсь, вы все хорошо проведёте время.

Под аплодисменты бал, ненадолго прервавшийся, продолжился. Все разбились на группы и веселились.

Джошуа сидел на возвышении и разговаривал с Офелией. Он был настолько невозмутим, что посторонний вряд ли бы догадался, кто здесь виновник торжества.

Розетта, беседуя с гостями, то и дело украдкой поглядывала на него. И каждый раз их взгляды встречались — словно он тоже наблюдал за ней.

Джошуа беззвучно шевельнул губами, произнося что-то. Но Розетта не смогла разобрать слово.

Она удивлённо округлила глаза, безмолвно спрашивая: «Что?», но Джошуа лишь усмехнулся и снова заговорил с Офелией.

«Но как там императрица?»

Розетта невольно посмотрела на дочь герцога Лилис, стоявшую в центре зала, словно главная героиня.

Та, долгое время не выходившая из своего особняка, сегодня явилась на бал. Разодетая в пух и прах, вызывающе ярко.

И без того заметная из-за цвета волос, она была в таком роскошном платье и украшениях, что со стороны могла показаться именинницей.

Разительный контраст с Офелией, чьё платье, хоть и из дорогой ткани, было сдержанного фасона.

«И второй принц здесь... Честно говоря, думала, он не придёт».

Хотя присутствие Луи было само собой разумеющимся.

Семейные дела сложны, но Луи Эрнхардт — официально признанный принц, брат Джошуа. Его отсутствие на дне рождения брата, скорее, вызвало бы ненужные разговоры.

Розетта всё это понимала, но ей было неприятно.

Если бы не эти двое, все, кого она любила, были бы счастливы. Нет, трагедия бы вовсе не случилась.

Тут Луи внезапно повернулся в её сторону. Заметив её, он медленно направился к ней.

Розетту захлестнула тревога, она попыталась улизнуть к Лукасу, но Луи оказался проворнее.

Он мгновенно оказался рядом и поздоровался невинным голосом:

— Давно не виделись, принцесса?