Промежуток времени
Глава 599 Промежуток времени
— Вектор, ты вернулся?
Неторопливо отложив в сторону магический кристалл, который держал в руках, Панк медленно повернул голову и посмотрел на магического ворона Вектора, появившегося за пределами портала.
— Кар-кар… босс, я… вернулся…
Отвечая на слова Панка, магический ворон, одновременно переступая порог портала и опуская голову, немного отрешённо произнёс эти слова.
Да, после целых десяти лет скитаний Вектор действительно вернулся в магическую башню Панка.
На самом деле причина, по которой Вектор, способный летать со скоростью не ниже скорости света, вернулся только сейчас, заключалась исключительно в том, что Панк заранее отдал ему жёсткий приказ:
«Даже если тебе посчастливится выжить и сбежать, ты обязан отправиться в другие государства и не имеешь права возвращаться в магическую башню раньше чем через десять лет».
Поэтому Вектору, не способному ослушаться приказа, пришлось с телом, наполовину почти обугленным после чудовищного жара, безостановочно скитаться по миру на протяжении десяти лет.
А затем…
Хотя сам Вектор уже совершенно не хотел возвращаться к своему «хозяину»…
Пока он оставался виртуальной душой, он был обязан безоговорочно подчиняться всем приказам мага.
Поэтому после десяти лет бессмысленных странствий, едва истёк установленный срок, Вектор немедленно отправился обратно к легендарной магической башне в Королевстве Хатак.
Или, если говорить точнее, не сам Вектор вернулся по собственной воле.
Это его тело самостоятельно полетело назад — к внешне прекрасной до совершенства, но по сути холодной и безжалостной магической башне.
Именно поэтому в портале и состоялся тот самый короткий и безразличный обмен репликами.
Во время этого разговора голос Панка звучал так, словно он просто разговаривал сам с собой о каком-то совершенно незначительном цветке или травинке.
А голос Вектора был настолько тусклым и подавленным, словно являлся лишь механическим ответом, продиктованным правилами вежливости.
На самом деле после этого десятилетнего путешествия характер Вектора заметно изменился.
Возможно, пережив встречу со смертью, он обрёл какое-то новое понимание.
Возможно, наоборот, окончательно утратил надежду относительно смысла собственного существования.
Когда он снова встретился со своим хозяином, от прежнего болтливого и шутливого ворона не осталось почти ничего.
Он больше не произнёс ни одной забавной фразы.
Он лишь молча опустил голову.
Даже Панк не мог понять, о чём сейчас думает магический ворон.
Возможно…
Вектор уже понимал, что его ждёт.
И понимал также, что любые мольбы, уговоры или попытки сыграть на прежних отношениях совершенно бессмысленны.
Однако независимо от того, насколько изменился характер Вектора, отношение Панка к этому бесполезному «инструменту» осталось прежним.
Хотя занятый исследованиями заклинатель действительно был несколько удивлён тем, что магическому ворону удалось пережить такое бедствие и вернуться живым, это совершенно не мешало ему по-прежнему не считать Вектора чем-то значимым.
Осмотрев следы ожогов на теле ворона, Панк затем тщательно проверил его душу, чтобы убедиться, что тот не принёс в башню ничего «нежелательного».
После этого маг с абсолютно бесстрастным выражением лица не сказал ни слова и просто отправил магического ворона в хранилище магической башни.
Панк прекрасно видел, что Вектор уже испытывает огромное недовольство своей ролью «одноразового расходного инструмента».
Кроме того, сам Панк вовсе не был специалистом по модификации душ.
Он не обладал способностью насильно изменить мышление виртуальной души.
Поэтому в такой ситуации он, разумеется, не собирался и дальше позволять Вектору свободно разгуливать снаружи.
В конце концов, магический ворон знал о нём слишком много.
Поэтому, руководствуясь всё той же идеей максимально рационального использования ресурсов, Панк просто поместил Вектора в хранилище как обычный магический материал.
Достаточно было использовать простую магическую формацию, чтобы лишить Вектора контроля над этим телом.
После этого ставший молчаливым магический ворон мог честно пролежать в лаборатории сотни миллионов лет в качестве образца для исследований.
А когда в будущем у Панка появится время заняться изучением виртуальных душ, он сможет просто достать душу Вектора и положить её на экспериментальный стол.
На этом этапе «бережливый» заклинатель наконец выжал из магического ворона последние остатки его ценности.
А Вектор, в свою очередь, снова получил место, где сможет погрузиться в долгий сон.
Вплоть до того момента, когда портал в хранилище окончательно закрылся, лишённая контроля над телом виртуальная душа магического ворона больше не сказала Панку ни единого слова.
Разумеется, Панка совершенно не интересовали чувства Вектора.
Сейчас он был занят куда более важными исследованиями.
О чём думает какой-то «экспонат», никогда не входило в круг забот хладнокровного заклинателя.
Говоря об исследованиях, во время ожидания реакции Союза Безмолвных на свою провокацию по отношению к Реке Судьбы Панк вовсе не собирался бездельничать.
Согласно его расчётам, председатель, о котором говорила Птица Скверны, должен был выйти на него не раньше чем через полторы-две тысячи лет.
За этот промежуток времени Панк намеревался всерьёз освоить как минимум одно истинно-легендарное заклинание.
Даже учитывая невероятную сложность истинно-легендарной магии, которую чрезвычайно трудно не только изучить, но и довести до уровня «предельного мастерства», требования Панка к самому себе оставались очень высокими:
«Как минимум достичь уровня уверенного боевого применения. Только тогда результат можно считать удовлетворительным».
Значение истинно-легендарных заклинаний было очевидно само по себе.
Между заклинателем, владеющим истинно-легендарной магией, и заклинателем, который её не знает, существует колоссальная разница в силе, практически не поддающаяся компенсации.
И дело вовсе не в том, что истинно-легендарное заклинание обязательно является неким абсолютным приёмом, способным мгновенно уничтожить противника.
Главная ценность заключается в другом:
истинно-легендарная магия предоставляет заклинателю огромные преимущества и создаёт возможности для перелома ситуации в свою пользу.
Без всякого преувеличения можно сказать, что если маг, владеющий истинно-легендарным заклинанием, сразится с магом, который им не владеет, то первый, опираясь на преимущества истинно-легендарной магии, будет способен уверенно удерживать инициативу и давить противника на протяжении всего боя — если только не совершит серьёзной ошибки.
А второму, столкнувшемуся с таким противником…
Если у него не окажется какого-нибудь чрезвычайно мощного козыря...
По мнению Панка, останется практически единственный вариант:
сражаться и одновременно искать возможность для бегства.
Поэтому чем раньше удастся освоить истинно-легендарное заклинание, тем быстрее значительно возрастут шансы на выживание на ранних этапах легендарного уровня.
Особенно учитывая, что примерно через полторы тысячи лет Панку предстоит встреча с загадочным и непредсказуемым председателем Союза Безмолвных.
Чтобы избежать ситуации, в которой переговоры закончатся неудачей и у него не останется даже возможности сбежать, осторожный маг считал абсолютно необходимым иметь при себе хотя бы одно истинно-легендарное заклинание с высокой разрушительной мощью.
Поэтому, руководствуясь предусмотрительностью и постоянным чувством небезопасности, сразу после провокации Реки Судьбы Панк немедленно приступил к изучению и исследованию легендарной магии.
{Вот будет ржака если окажется что Река Судьбы не восприняла это как провокацию и не активировала ни один из своих механизмов}
Он был полностью уверен, что сможет освоить хотя бы одно истинно-легендарное заклинание менее чем за тысячу лет.
И именно в этот момент Панк снова искренне осознал, насколько ему повезло.
В нынешнюю эпоху, когда легендарные существа разобщены и скрываются поодиночке, каждая модель истинно-легендарного заклинания представляет собой сокровище, которое любой легендарный заклинатель хранит как свой главный секрет.
Кто знает, сколько легендарных магов не смогли получить ни единой модели легендарного заклинания даже после достижения уровня Утренней Звезды?
А нынешний Панк, напротив, мог выбирать между несколькими моделями истинно-легендарных заклинаний, сохранившимися в воспоминаниях Великого Архимага Вейдраши.
Если бы о такой удаче стало известно окружающим, бесчисленное множество старых легендарных магов наверняка позеленели бы от зависти и начали бы плеваться кровью от досады.
{Если кто вдруг не понял в прошлых главах, заклинания легендарного уровня и истинно-легендарные заклинания (не помню как я называл их раньше) это разные вещи. Истинно-легендарные заклинания в разы мощнее просто легендарных заклинаний.}