Путь

Глава 581 Путь

Раз уж легендарный уровень был новым началом, то первым, о чём Панку, естественно, следовало задуматься, становился его собственный путь. Особенно теперь, когда он достиг легендарного ранга, где различия между магами и воинами становились куда более размытыми и скрытыми, понимание того, каким именно способом двигаться вперёд, приобретало чрезвычайную важность.

А раз речь заходила о выборе пути развития мага и пути развития боевых классов, то любой, кто стоял перед подобным выбором, был вынужден сначала разобраться в сущностных различиях между этими двумя направлениями на легендарном уровне.

Следовало понимать, что различие между магами и воинами заключалось далеко не только в дистанции боя. На легендарном уровне всё, что связано с дистанцией, определялось уже исключительно законами мироздания. Одни законы подходили для ближнего боя, другие — для дальнего, однако ни один закон не принадлежал исключительно магам или исключительно воинам. Иными словами, маг тоже мог использовать заклинания, основанные на «законах, подходящих для ближнего боя», а воин — боевые техники, основанные на «законах, подходящих для дальнего боя». Именно поэтому и появились такие несколько «экзотические» «профессии», как маги ближнего боя и воины дальнего боя.

Однако даже на легендарном уровне маг всё равно оставался магом, а воин — воином. Это различие существовало из-за фундаментальной разницы в образе мышления, а вовсе не из-за различий в системе силы.

Воины привыкли думать мышцами. Хотя легендарные бойцы пережили очень многое и могли обладать немалым жизненным опытом и мудростью в общении с людьми, в вопросах сражений и поиска собственного пути развития большинство воинов всё равно привыкали, любили — или, можно сказать, умели только — двигаться вперёд посредством «инстинкта» и «битвы». Даже если кто-то из них и пытался воспользоваться исследовательскими методами магов, как могли измениться так легко способы мышления, формировавшиеся тысячелетиями постоянных сражений?

Такова врождённая проблема различия между боевыми классами и заклинателями на уровне самого мышления. Долгая жизнь обычно лишь ещё сильнее укрепляла уже сформировавшийся образ мышления профессионала… или, иначе говоря, делала его ещё более упрямым.

К тому же магические искусства из-за влияния цивилизации Нетерила развились до чрезвычайно сложной и труднопостижимой системы. Перед лицом этих знаний, которые не могло полностью понять даже большинство магов, как боевой класс, владеющий менее чем сотней магических языков и настолько погружённый в наслаждение битвой, что не способен спокойно сосредоточиться, вообще мог чему-то научиться?

Поскольку большинство воинов обладало довольно простым складом ума, их боевые методы тоже были крайне однообразными. Очень часто они попросту не обладали тем разнообразием и гибкостью, которые были присущи магическим заклинаниям.

А что касается вопроса: «Что делать, если те немногие боевые методы, которыми владеет воин, оказались полностью подавлены противником?» — сами воины отвечали так:

— Ничего не поделаешь. Бежать!

В конце концов, у боевых классов никогда не было столь блистательного исторического наследия, каким обладала цивилизация Нетерила. Создаваемые ими боевые техники в большинстве своём были простыми и однообразными, а последующим поколениям недоставало знаний и творческого мышления, чтобы их улучшать. Например, базовая техника «Рывок» со времён Нетерила и до сегодняшнего дня не изменилась буквально ни на единый символ. За то же время заклинательные модели, созданные в ту же эпоху, успели породить десятки миллионов улучшенных версий, а техника «Рывок» так и осталась всё тем же самым «Рывком». При таком положении дел как боевые методы воинов могли не стать однообразными?

Так и сформировался замкнутый круг. Боевые классы с негибким мышлением создавали однообразные техники; потомки использовали эти однообразные техники в сражениях, и их собственное мышление тоже становилось негибким за тысячи лет однообразных битв; затем эти негибкие потомки уже не могли улучшить однообразные техники предшественников и передавали те же самые однообразные техники своим потомкам…

Нельзя было сказать, что сила воинов недостаточно велика. Просто по сравнению с магами, которые опирались на творческое мышление и исследования, основанные на знаниях, путь боевых классов был гораздо более тяжёлым, а гибкость в бою — значительно ниже. Когда же приходилось сталкиваться с «заговорами» Реки Судьбы, им было особенно трудно обладать столь же бесконечным количеством способов уклонения и обхода опасностей, как у магов. Поэтому, хотя порог вхождения у боевых классов был намного ниже, чем у заклинателей, со временем всё больше и больше воинов застревало на низших уровнях, а настоящими сильнейшими в большинстве своём становились именно могущественные маги.

И если говорить откровенно, хотя низкоуровневых воинов было куда больше, чем заклинателей, вероятность успешного продвижения к легендарному уровню у них на самом деле была гораздо ниже. Среди редких легендарных существ доля воинов составляла лишь чуть больше одной десятой. Поэтому… нынешнее положение воинов практически никто сознательно и не пытался изменить.

Что же до Панка, то на своём пути к легендарному уровню он, разумеется, продолжал выбирать тот путь, в котором был хорош и который ему нравился, — путь чистого мага. И способ продвижения, и стиль боя — всё оставалось именно таким. Возможно, вера некоторых воинов в то, что нужно просто проламываться вперёд кулаками, тоже была величественным и прямым путём, однако Панк ясно понимал, что совершенно не приспособлен к подобному способу движения вперёд.

После выбора собственного направления Панку также предстояло обдумать специализацию различных своих магических средств.

В памяти великого архимага «Учёного Дальних Небес» Вейдраши знания о легендарных заклинаниях были по-настоящему обширными. Эти многочисленные и разнообразные легендарные заклинания затрагивали применение самых разных распространённых и не очень законов. А если легендарный маг хотел довести до предела исследование определённого направления заклинаний, ему было необходимо выбрать свои основные и вспомогательные направления специализации.

В конце концов, объём знаний был слишком, слишком огромен. Ни один маг, только что достигший легендарного уровня, не нуждался… вернее, был просто не способен слишком глубоко и тщательно исследовать абсолютно все заклинания. Именно об этом и говорят выражения «знать многое, но не владеть ничем в совершенстве» и «жадный не может всё переварить».

Наилучшим и наиболее стабильным способом продвижения было то же самое, что Панк когда-то сделал ещё в начале своего пути профессионала, выбирая школы магии: одна-две школы как основная специализация, одна-две как вспомогательная и широкое ознакомление с остальными. Более того, именно такой выбор был многократно проверен бесчисленными сильнейшими эпохи Нетерила и считался лучшим вариантом для продвижения легендарного мага.

На легендарном уровне заклинания начали различаться не только по школам, но и по типам законов. Это означало, что Панк, как наиболее ортодоксальный заклинатель, помимо уже давно определённых основных и вспомогательных школ, которые он собирался продолжать развивать, должен был также выбрать свои основные и вспомогательные законы!

{Вот тут я немного не понял. Ортодокс это же в целом синоним порядка? То есть законопослушный. Но Панк хаотичен. То есть по такой логике он должен быть неортодоксальным.}

Разумеется, столь важные вещи, касающиеся будущего пути, нельзя было выбирать наугад. К тому же у Панка были чрезвычайно чёткие и строгие требования к своим основным и вспомогательным навыкам. После долгих размышлений тщательный и придирчивый отбор был абсолютно необходим.

К той части законов, которые должны были стать его основной специализацией, Панк предъявлял следующее требование:

«Даже находясь в тяжёлом ранении и без сознания, я должен быть способен мгновенно применять их без всяких препятствий, полагаясь лишь на инстинкты подсознания!»

Потому что, согласно представлениям Панка, основные законы должны были стать его главным средством ведения боя. Ни один профессионал не мог гарантировать, что всегда будет вступать в битву в идеальном состоянии. Только доведя основные навыки до уровня, сравнимого с инстинктом, можно было сохранить способность сражаться даже при тяжёлых ранениях.

Что же до вспомогательных законов, то здесь Панк требовал от себя способности уверенно и умело применять их в любое время и в любом месте.

По мнению Панка, подобные заклинания должны были в большей степени служить вспомогательными средствами при проведении легендарных экспериментов и исследований. Заклинатель, находящийся в безопасной лаборатории, естественно, мог позволить себе потратить больше времени на тщательное построение и подготовку модели заклинания. Поэтому в отношении этой части законов Панк считал достаточным просто хорошее владение, однако вся серия заклинаний вспомогательных законов должна была быть изучена им в огромном объёме, чтобы обеспечить разнообразие исследовательских методов.

Что же касается бесчисленных прочих заклинаний, служивших для общего ознакомления и компенсации слабых сторон, то здесь требования Панка были значительно ниже. В памяти великого архимага Вейдраши содержалось слишком много заклинаний, и за короткое время Панк никак не мог овладеть каждым из них в совершенстве. Поэтому он планировал просто ознакомиться с ними всеми и добиться того, чтобы при необходимости применения, в сочетании с заклинательными формулами и жестами, не допускать ошибок — этого уже было бы достаточно.