Период Вакуума

Глава 544 Период Вакуума

— Раз уж пришла, зачем тогда прятаться и скрываться, Одорелинда? Твои колебания боевой энергии заметнее, чем маяк в ночной тьме. Твой страх и трусость совершенно лишены смысла.

Панк холодно насмехался, пристально глядя в непроглядно-чёрную чащу леса. Хотя из-за чрезвычайно бурных колебаний боевой энергии Одорелинды Панк не мог без помощи прорицательной магии разглядеть, кто именно находится рядом с женщиной-рыцарем, однако благодаря своему острому зрению он всё же заметил мелькнувшее среди кустов пушистое длинное ухо.

Сопоставив это с информацией, которую ранее сообщала проекция Осквернённой Птицы — о том, что «Третье Дитя Бога является туженем с человеческой кровью», — Панк без труда пришёл к выводу: рядом с женщиной-рыцарем находится именно этот важнейший «Третий Божий Сын»!

{Ага, значит в той главе это была ошибка перевода... Поправлю.}

Услышав ледяную издёвку Панка, Одорелинда, понимая, что скрываться дальше бессмысленно, просто открыто вышла из зарослей.

Пусть на её доспехах висели сухие ветки и клочки листвы, пусть вокруг царила холодная ночная тьма — взгляд женщины-рыцаря всё равно пылал, словно горящий факел. Её длинные волосы по-прежнему развевались сами по себе под воздействием яростных колебаний боевой энергии.

— Зло… ты будешь наказано!

Глядя прямо в холодные глаза Панка, женщина-рыцарь одной рукой заслонила собой маленькую Кайшу, а другой угрожающе указала на мага, яростно выкрикнув своё обвинение.

Однако Панк совершенно не собирался обращать внимание на разгневанную Одорелинду.

На самом деле, если бы он не опасался случайно задеть хрупкого «Третьего Божьего Сына», то ещё в тот момент, когда только обнаружил женщину-рыцаря, уже обрушил бы на неё шквал заклинаний. В конце концов, в бою Панк не был человеком, любящим тратить время на бессмысленную болтовню — разве что если требовалось намеренно вывести противника из себя.

Но сейчас…

Хрупкий Третий Божий Сын стоял прямо рядом с женщиной-рыцарем, а значит, о безразборной магической бомбардировке не могло быть и речи.

Поэтому, пока он противостоял Одорелинде, разум Панка лихорадочно просчитывал способ вывести Третьего Божьего Сына из зоны боя, не причинив ему вреда.

Однако… очень скоро Панк обнаружил, что ему вовсе не придётся ломать голову над тем, как удалить с поля битвы этого хрупкого, словно тончайшее стекло, «Третьего Божьего Сына».

Потому что ещё прежде, чем Панк успел произнести вторую фразу, женщина-рыцарь, чьи глаза уже налились кровью, а волосы стремительно начали окрашиваться в кроваво-красный цвет, громко крикнула стоящей позади маленькой Кайше:

— Разорви его!

— Разорвать?

На мгновение Панк не понял, какой смысл несёт этот яростный приказ Одорелинды.

Но когда он с лёгким недоумением перевёл взгляд на Кайшу за спиной женщины-рыцаря, уголки его губ сами собой изогнулись в холодной усмешке.

Оказалось, что Кайша, уже давно привыкшая безусловно подчиняться любым приказам — разумным или нет, — в тот же миг, как услышала крик Одорелинды, инстинктивно разорвала свиток у себя в руках.

И в тот момент, когда запечатывающая магическая формация вместе с бумагой распалась на части, рядом с Кайшей внезапно возникло огромное полупрозрачное энергетическое существо — толстое и круглое, словно гигантский шар.

Похоже, создатель свитка заранее встроил в него готовую программу действий: едва выскочив из свитка, гигантский зверь без малейшего колебания одним движением «проглотил» ошеломлённую маленькую крольчонку.

А затем, вместе с сидящей внутри его живота и всё ещё пребывающей в оцепенении Кайшей, чудовище размером примерно с небольшой автомобиль тут же рвануло прочь от поля боя.

— О? Мастерское заклинание школы призыва сущностей — «Бегущий Зверь»?

Это заклинание не относилось к особо редким призывным техникам, поэтому Панк, обладавший обширными знаниями, мгновенно его узнал.

Однако, несмотря на то что Кайша ускользала прямо у него на глазах, Панк по-прежнему спокойно стоял на месте.

Он не собирался преследовать её.

И уж тем более не собирался применять заклинания для перехвата.

В конце концов, удаление «Третьего Божьего Сына» от опасного поля боя вполне соответствовало и интересам самого Панка.

Глядя, как полупрозрачный «Бегущий Зверь» за считанные мгновения исчезает вдали, развив скорость в пятьдесят три раза выше скорости звука, Панк лишь молча проигнорировал ауру женщины-рыцаря, становившуюся всё более яростной, после чего совершенно спокойно обратился тихим голосом к лазурной метке у себя на ладони:

— Кейн, Третий Божий Сын покинул поле боя при помощи призывного заклинания. Сейчас она движется на северо-запад со скоростью пятьдесят три маха. Твоя задача — перехватить её.

С помощью «Метки Связи» Панк невозмутимо связался с Кейном.

Пока что развитие событий ни на шаг не отклонилось от первоначального плана. Теперь, когда Третий Божий Сын сбежал, как раз нашлось занятие для скучающего Кейна.

Из «Метки Связи» донёсся, как и всегда, легкомысленный и преувеличенно-театральный голос Кейна. Судя по свисту ветра, он уже мчался в погоню за «Третьим Божьим Сыном», но даже на ходу всё равно не удержался от привычной болтовни:

— Чт-о-о за чертовщина! Она не могла убегать хоть чуточку ближе ко мне? Теперь мне что, через половину Смоляной Топи переться, чтобы её прикончить?!

— Поторопись. Если она выйдет из зоны восприятия, тогда уже тебе придётся заниматься поисками.

— Да не переживай, не переживай. Десяти минут хватит, и я гарантирую, что притащу Третьего Божьего Сына обратно. Кстати, я оставил «Улыбку» в маленькой роще. Если закончишь с этой безумной бабой раньше — не забудь встретиться с «Улыбкой».

— Мне не нужны твои напоминания!

Спокойно произнеся последнюю фразу, Панк прервал связь через «Метку Связи».

По мнению Панка, поручить Кейну преследование «Третьего Божьего Сына» было практически беспроигрышным решением. В конце концов, Третий Божий Сын даже не являлся профессионалом, так что попытка спастись от мастера выглядела совершенно нереалистичной.

«Но… оставлять “Улыбку” одну в той роще на десять минут — не слишком ли это опасно? Пожалуй, лучше всё-таки поскорее закончить с этой женщиной-рыцарем».

Панк не беспокоился о Третьем Божьем Сыне, однако по отношению к оставшейся далеко от поля боя «Улыбке», которая оказалась в десятиминутном периоде полного отсутствия защиты, у него всё же возникало смутное чувство тревоги.

Хотя он и был уверен, что Одорелинда никак не сможет воздействовать на далёкую «Улыбку» прямо у него под носом…

Но стоило ему подумать об этом ничем не защищённом «десятиминутном вакууме», как в глубине души всё равно начинало медленно зарождаться необъяснимое беспокойство:

«Нужно как можно быстрее устранить этого врага. Иначе… кто знает, какие ещё фокусы выкинет механизм “Божественной Конкуренции Реки Судьбы"».

Молча подавив тревогу за «Улыбку» в глубине сердца, Панк сосредоточился на стоящем перед ним противнике, решив как можно скорее убить Одорелинду.

За те несколько секунд, пока он разговаривал с Кейном, стоявшая перед ним женщина-рыцарь уже полностью превратилась в кровавого асуру.

Её тело покрывали роскошные узоры, сотканные из крови; ледяная боевая энергия покрыла серебряный доспех слоем инея и льда.

Под танцем синей и алой энергии Одорелинда с острым, как клинок, взглядом выглядела словно богиня мести, выползшая из самого ада, источая убийственное намерение.

— Злобный заклинатель! Это ты убил моего доброго ученика! Именем справедливости Одорелинды — ты должен принять очищение смертью!

Похоже, войдя в это состояние «битвы насмерть», женщина-рыцарь значительно утратила рассудок.

Хотя Панк совершенно не скрывал переговоров через связь, Одорелинда, казалось, вообще не осознавала, что именно означал разговор между Панком и Кейном.

Сейчас для неё существовало лишь одно-единственное желание — поставить на кон всё, включая собственную жизнь, и уничтожить стоящее перед ней зло!