Приоритеты справедливости

Глава 533 Приоритеты справедливости

Так называемая «группа» — это сообщество, формирующееся по принципу поиска общего при сохранении различий. Однако для большинства разумных существ потребность в «поиске общего» обычно значительно превышает терпимость к «сохранению различий». Особенно ярко это проявляется в местах с отсталой идеологией, узким кругозором и низким средним уровнем образования. Когда в подобной группе появляется «инакомыслящий», отличающийся от большинства «чужак», такая группа начинает его отвергать, а нередко — совместно притеснять, чтобы подчеркнуть собственную «общность».

Если же никто не пытается исправить или ограничить подобное уже искажённое «групповое мышление», в глубинах человеческого сознания начинает зарождаться и шевелиться тёмное желание преследовать. Вскоре даже малейшая дискриминация перерастает в холодное насилие и открытую враждебность. А если к этому добавить ещё и элементы феодальных суеверий, а также стремление людей перекладывать ответственность и вымещать накопившееся недовольство — превращение объекта дискриминации в настоящую жертву преследования становится неизбежным.

Именно такая серьёзная, ничем не обоснованная «охота на ведьм» сейчас и происходила среди туженей. Более того, из-за чрезмерного количества суеверий и искажённой передачи слухов из уст в уста, эта изначально продиктованная тёмными желаниями травля быстро превращалась в подлинный страх, ненависть и ярость. А все эти беспочвенные утверждения и нелепые выдумки в сознании невежественных существ становились «истинной правдой».

Особенно учитывая присущую туженям извращённую расовую черту — склонность притеснять слабых — так и появилась «злая ведьма», ненавидимая и преследуемая всем племенем.

Когда тужени с воодушевлением принялись проклинать эту так называемую «злую девку», первым, кто не смог этого больше слушать, оказалась вовсе не рыцарь-девушка Одорелинда, а только что доевший куриную ножку Клэр. По мере того как обсуждение становилось всё громче, Клэр, будучи профессионалом уровня подмастерья, конечно же, отчётливо слышал содержание их разговора.

{Я не понимаю что за пиздец мне выдают. Несколько глав ранее говорилось что они с Линой ученики. Хотя может он от сильного потрясения повысился? Либо в тексте имелось ввиду что они её ученики, а не то что они уровня ученика. Если это произведение читают знатоки китайского, подскажите пж.}

Хотя после смерти своей любимой младшей сестры сердце Клэра почти постоянно было наполнено гневом и ненавистью, даже в таком состоянии, когда он сталкивался с несправедливостью прямо перед собой, пламя справедливости в его душе всё равно не могло не разгораться с новой силой.

Видя, как невежественные тужени без всякой причины преследуют девушку, которая, судя по всему, не совершила ничего плохого, как мог юноша, стремящийся к справедливости, спокойно наблюдать за этим? На самом деле, едва эти разговоры начались, Клэр уже с явным раздражением вскочил на ноги.

— Клэр, что ты собираешься делать?

Увидев, как её ученик внезапно поднялся с явной решимостью, Одорелинда, прекрасно его понимая, сразу догадалась о его намерениях. Сейчас он выглядел так, словно собирался выбежать и устроить жаркую дискуссию с этими неграмотными туженями. Ей пришлось немедленно подавить его пыл с помощью боевой энергии.

— Наставница, почему вы меня останавливаете? Эта девушка, о которой они говорят, очевидно, даже не является профессионалом, а их так называемые обвинения — чистейшая бессмыслица! Они преследуют ребёнка — разве такие люди не являются злом?

Что ж, туженям действительно «повезло»: из-за пьяных разговоров они были признаны злом «вестником справедливости» из законно-доброго лагеря. Если бы не более зрелая и рассудительная Одорелинда, удержавшая Клэра, то, судя по этим словам, сегодня «очищение от зла» могло бы коснуться более половины всего племени.

К счастью, в этот момент толстый тужень ещё не высказался, и предел терпения Одорелинды не был достигнут. Вернув ученика на место, она продолжала сдерживать звуки боевой энергией и серьёзно сказала:

— Дитя, ты ещё молод и не умеешь точно судить о зле. Эти жители не обязательно руководствуются тёмными намерениями — возможно, это лишь преувеличения после выпивки, возможно, они просто поверили слухам, а может быть, просто поддакивают окружающим. Хотя их поведение нельзя назвать «добрым», считать их злом сразу — слишком поспешно.

Немного помолчав, Одорелинда с ещё более серьёзным выражением лица посмотрела Клэру прямо в глаза и продолжила:

— Запомни, дитя: справедливость всегда распространяется и осуществляется только добровольно. Навязанная силой «справедливость» ничем не отличается от зла. Рыцарь справедливости должен следовать своему пути — это бесспорно, но он не должен насильно перекрывать путь тем, кто остаётся нейтрален.

Даже в такой момент Одорелинда не упустила возможности наставить своего ученика. Конечно, рыцарь законно-доброго лагеря вовсе не собиралась закрывать глаза на происходящее — ведь исправление невежественных заблуждений разумных существ тоже является проявлением справедливости. Просто она намеревалась заняться этим после завершения своей «мести».

Разумеется, при условии, что после мести она останется жива.

С мягкой улыбкой она продолжила обучение:

— Кроме того, при столкновении со злом важно уметь расставлять приоритеты. Мы не можем делать всё одновременно. В первую очередь нужно спасать невинных, затем — уничтожать самое опасное зло, и лишь в последнюю очередь — исправлять мелкое зло.

— Понятно, наставница! Сейчас в этом болоте скрывается величайшее зло — мы должны сначала уничтожить именно его!

Выслушав слова Одорелинды, Клэр решительно кивнул. Похоже, он полностью принял идею «приоритета борьбы с наибольшим злом». Ведь до того, как толстый тужень заговорил, и он, и его наставница считали, что дело с «злой девушкой» можно отложить. Особенно для Клэра, уверенного в своей способности искоренять зло, всё выглядело просто: сначала уничтожить «великое зло», а на обратном пути заодно наставить этих невежественных туженей — удобно и без проблем.

Однако…

Очень скоро, после пьяного высказывания толстого туженя, выражения лиц Клэра и Одорелинды резко изменились.

— «Злая ведьма» завтра на «Празднике урожая» станет «живой жертвой мертвеца» для умилостивления предков!

Эта новость вызвала бурю восторга среди всех туженей в таверне — и одновременно заставила лицо сидящей в углу рыцаря мгновенно помрачнеть.

«Живая жертва мертвеца»!

Клэр не знал, что означает этот термин, поэтому лишь чувствовал, что в нём нет ничего хорошего. Но Одорелинда, как странствующий рыцарь, прекрасно знала его значение.

За тысячу лет странствий она лишь слышала, что в некоторых крайне варварских племенах полузверей существуют подобные ужасающие и жестокие ритуалы. Она думала, что в племенах, имеющих контакт с людьми, такие бессмысленные и жестокие обряды давно исчезли.

Но сегодня выражение «жертва живого мертвеца» не только прозвучало открыто — оно вскоре должно было быть приведено в исполнение прямо у неё на глазах.

И самое тревожное для Одорелинды было то, что жертвой этого зверства должна стать всего лишь беззащитная, угнетаемая и подвергающаяся травле маленькая девочка.