Вот она победа

Клон Элриана, оставленный им заранее в пещере культистов, стоял в темной кладовой. Вскоре, несмотря на все преграды, появились еще пятеро клонов и сам оригинальный Элриан. Отличить их было нетрудно: клоны носили обычную одежду, а их глаза светились ярким фиолетовым светом. Настоящий же Элриан был облачен в легкую броню глубокого черного цвета.

На первый взгляд, доспехи не казались особо прочными, но на деле они входили в число самых надежных в мире. Броня не только усиливала защиту, но и повышала физические, регенеративные, ментальные и многие другие способности Элриана.

Клоны разошлись по пещере мгновенно, заняв позиции у каждого возможного выхода.

И когда первый культист увидел клона он рванулся вперед, выхватывая кривой кинжал с зеленым отблеском яда.

Но его клинок даже не коснулся ближайшего клона.

Клон взмахнул мечом — и пространство перед нападающим искривилось.

Тело культиста разорвало пополам, словно невидимые лезвия прошлись по нему в десятке мест одновременно.

Кровь брызнула на стены.

Бой начался.

Десятки культистов обрушились на клонов Элриана, и пещера взорвалась хаосом. Каждый из нападающих был не просто опытным бойцом — они были элитой. Маги, чьи заклинания выжигали камень дотла. Мечники, чьи клинки за долгие годы пролили реки крови. Они не просто атаковали — они демонстрировали своё превосходство, выкрикивая проклятия, осыпая противника градом смертоносных чар.

И всё это не имело никакого значения. Клон Элриана, который убивал одного противника за другим, даже не пошевелился, когда в него вонзились три меча одновременно. Лезвия не пробили плоть — они раскрошились, словно ударились о скалу. В следующее мгновение клон просто шагнул вперед — и тела трех нападающих разлетелись в стороны, кости переломаны от одного толчка.

Другой клон, окружённый кольцом магов, спокойно шёл сквозь огненные смерчи и ледяные шипы, даже не замедляясь. Заклинания гасли, едва касаясь его кожи, словно сама реальность отказывалась вредить ему. Один из магов в ужасе отпрянул — но было поздно. Рука клона прошла сквозь его грудь, вырвав сердце одним движением.

Разрыв в силе был катастрофическим. Даже без магии, даже без техник, даже без настоящего усилия — клоны Элриана просто превосходили их во всём. Скорость, прочность, реакция, инстинкты — всё было на уровне, недоступном для понимания этих так называемых мастеров

Один из мечников, ветеран сотен битв, бросился вперёд с криком, вкладывая в удар всю свою ярость. Его клинок, способный разрубать доспехи как бумагу, встретил ладонь клона. Лезвие замерло в воздухе, зажатое между пальцами. А затем рассыпалось в пыль. Прежде чем мечник успел осознать произошедшее, его голова уже летела прочь от тела.

Вскоре все выжившие оказались загнаны в гигантское помещение — то самое, где должен был быть призван дракон. По крайней мере, так планировалось… до появления Элриана.

Культисты стояли, зажатые между шестью клонами. Малейшее движение — и смерть. Все понимали это настолько ясно, что даже не думали о сопротивлении. Они уже смирились с поражением. Несмотря на численное превосходство, они не просто не могли убить это бедствие… Так что же им оставалось? Ждать прибытия второго.

Кариус спокойно вошёл в зал. На его лице не было ни раздражения, ни злобы — лишь пустое спокойствие, будто его планы не рухнули в одно мгновение.

— Привет, головастик, — усмехнулся он.

Ответом стали два стремительных рывка. Скорость Элрианов давно вышла за пределы понимания — не только обычного человека, но даже опытного воина. Кариус, не ожидавший такой атаки, был рассечён пополам. Кровь хлынула из обеих половин тела… но Элриан не расслабился.

Буквально через секунду взметнулся столб пламени.

— Вау, вот это уже удивительно, — раздался голос Кариуса, выходящего из огня невредимым. — Видимо, придётся быть серьёзным.

Оригинальный Элриан, до сих пор стоявший в стороне, наконец сдвинулся с места. Вместе с клонами он начал сходиться к Кариусу.

Тот в ответ лишь щёлкнул пальцами.

Из ниоткуда возникли воины. Но это не были люди. Пустые доспехи, наполненные магической энергией, пришли в движение, сверкая холодным металлом.

Элриан замедлил шаг, анализируя ситуацию. Его клоны замерли в боевых стойках, готовые к новой схватке.

Первая волна бронированных воинов ринулась в атаку. Их движения были неестественно плавными, словно они не подчинялись законам физики. Мечи рассекали воздух с удивительной скоростью.

Один из клонов принял удар на предплечье - не смертельный, но достаточно ощутимый, чтобы заставить задуматься. Если так пойдет дальше, поражение станет реальностью.

Шесть теней и оригинал синхронно отступили, создавая дистанцию. Кариус не преследовал. Он лишь стоял за шеренгой своих марионеток, наблюдая за Элрианом с неподдельным, почти научным интересом.

И тогда воздух загудел.

Там, где секунду назад стояли семь фигур, теперь кружились черные вихри. Сливаясь воедино, смерчи обрушились на армию оживших доспехов с ревом разъяренного зверя. Камни вырывало с корнем, металл скручивало в причудливые формы, магические нити рвались с треском разряжающейся энергии.

Через мгновение от грозной армии остались лишь бесформенные обломки, разбросанные по пещере, словно игрушки забытого ребенка.

Элриан остановился и замер в ожидании. Он следил за каждым движением Кариуса, готовый к любому развитию событий, но тот лишь стоял, спокойно наблюдая за ним. Его поза, расслабленная и уверенная, словно говорила: Я полностью открыт — попробуй, если осмелишься.

Но Элриан не решался напасть.

Как бы он ни старался заглушить эту мысль, он боялся Кариуса. Боялся настолько, что даже ненависть, пылавшая в его груди, не могла пересилить этот холодный, сковывающий страх. Всего одна встреча — и в душе Элриана уже поселился ужас перед новым сражением. Ловушка воспоминаний лишь укрепила его, напомнив, насколько опасен этот противник.

Да, он ненавидел его. Да, он жаждал его смерти. Но разум твердил одно: с Кариусом нельзя действовать опрометчиво. Малейшая ошибка — и всё будет кончено.

Кариус устал ждать.

Он материализовался перед клоном быстрее, чем успел моргнуть Элриан. Удар. Глухой хруст. Тело клона, словно тряпичная кукла, отлетело к стене, оставив в камне паутину трещин. Когда пыль рассеялась, стало видно - голова клона была раздроблена, но он все еще пытался подняться, кости скрежетали, мышцы судорожно сокращались.

По спине Элриана побежали ледяные мурашки

–Призыв

Тьма ожила.

Она не просто заполнила пещеру – она поглотила её, как чудовищный зверь, смыкающий челюсти над добычей. Камни стен, потолок, даже сам воздух – всё растворилось в абсолютной черноте, лишённой даже намёка на свет. Будто сама реальность поняла, чего хочет Элриан, и безропотно подчинилась, стирая границы между возможным и невозможным.

Элриан позволил себе едва заметную улыбку - победа была уже в его руках. Кариус не успел призвать Ари, а значит, рассеять его тьму теперь было невозможно. Оставался лишь бесконечный цикл: смерть за смертью от рук Элриана, пока тот не сочтёт мучения достаточными и не скрутит поверженного врага в магические цепи.

Но в следующий миг ледяной голос прорезал тьму:

— Призыв!

В тот же миг реальность затрещала по швам.

Тьма, которую вызвал Элриан, внезапно заколебалась, будто встретив что-то равное себе. Воздух наполнился треском ломающихся пространств, а каменные обломки рушащейся пещеры начали всплывать вверх, словно гравитация перестала существовать.

И тогда проявилось Нечто.

Там, где должна была быть лишь пустота, начали проступать очертания другого мира. Сначала — как туманное отражение в разбитом зеркале: искривлённые линии, неестественные углы, геометрия, противная самому понятию реальности. Потом — чётче.

Чужая территория.

Небо — но не небо, а бесконечное количество кровоточивших глаз . Земля — но не земля, а плоть, живая и пульсирующая, покрытая сетью жил, по которым текла не кровь, а непонятная черная жидкость.

Тьма и этот мир сошлись в битве за главенство. Как бы странно это ни звучало, два измерения сражались так, что увидеть их схватку было невозможно. Но можно было ощутить.

Безумие.

Элриан еще никогда не чувствовал столь подавляющей ауры. Они не бились магией, волей или силой тьмы — их сражение подпитывалось любовью и влиянием на этот мир. И вскоре тьма начала побеждать.

Но вдруг — резкий удар в сознание.

Всего на секунду Элриан потерял концентрацию, но этого хватило, чтобы другой мир перехватил верх.

— Наконец-то могу расслабиться, — вздохнул Кариус, усмехаясь. — А ты заставил меня постараться. Хвалю.

— Как?.. — только и смог выдавить Элриан. — Призыв!

Но вместо бездонной пустоты под его ногами возник лишь маленький черный круг, бурлящий. Осознав, что этого недостаточно, Элриан попытался ударить Кариуса — и замер.

Вся его сила испарилась.

Оглядевшись, он увидел: три из шести клонов мертвы. Оставшихся он отозвал.

— Твоя магия не особенная, — Кариус мягко провел пальцами по волосам Элриана, будто гладя ребенка. — Но… интересная. Ты призываешь часть мира, который любит тебя. И там ты почти что бог. Впрочем, это зависит от того, как долго ты тренировался.

Улыбнувшись, Кариус со всей силы врезал ногой в грудь Элриана.

Тот услышал, как ломаются ребра — хруст сухих веток под сапогом. Боль пронзила тело, острая и жгучая, но хуже было другое — пустота. Его сила, его магия, сама тьма… всё исчезло, будто перекрытое невидимой печатью.

Элриан отлетел назад, сокрушая остатки скалы, и рухнул на колени. Кровь хлынула изо рта. Он судорожно схватился за грудь и повалился на спину.

— Ты… плачешь? — Кариус нахмурился, услышав странные звуки. — Боже, не бойся. Я быстро закончу.

Еще один удар — и Элриан вновь отлетел.

Но под ним шевельнулась лужа тьмы.

Она рванула к Кариусу, и тот, ослепленный уверенностью в победе, не успел увернуться.

Клинок тьмы пронзил его сердце.

Смерть Кариуса разорвала связь с его миром — по крайней мере, до тех пор, пока он не возродится вновь.

Элриан, стиснув зубы, поднялся и призвал трех клонов.

— Призыв, — произнесли они в унисон.

И перед ними материализовался Кариус.

Тот огляделся и усмехнулся:

— Опять твоя тьма?

Но теперь у Элриана было преимущество — клоны, каждый из которых призвал свою территорию. Казалось, у Кариуса нет шансов.

Или так думал Элриан.

Внезапно в кромешной тьме возник еще один Кариус.

Затем еще. И еще.

Четверо Элрианов и четверо Кариусов замерли, их силуэты едва различимы в мраке.

Тьма содрогалась, разрываемая на части.

Каждый Кариус был точной копией оригинала — тот же холодный взгляд, та же уверенная ухмылка. Их было четверо. Пятеро. Десять.

— Удивительно, — раздался хор голосов. — Ты правда думал, что клоны дадут тебе преимущество?

Элриан почувствовал, как его тьма сжимается.

Один из Кариусов шагнул вперед — пространство исказилось.

И один из клонов Элриана разлетелся на куски, словно его тело было из стекла.

— Ну, вообще, дало… — усмехнулся Кариус. — Но ненадолго.

Он не стал ждать.

В следующий миг Элриан был разорван на куски.

Он умер.