Глава 12.0

Внезапно кулак, словно молот, обрушился на лицо Скана с такой силой, что тот отлетел в сторону, едва успев удержаться на ногах. За спиной Элриана появился высокий, мускулистый мужчина, весь в крови, с резкими чертами лица и холодным, яростным взглядом. Это был Окан. Его глаза горели, но он сдерживал себя, словно натянутая тетива.

– Мама! – раздался детский крик, и маленький мальчик бросился в объятия Дайморы.

– Бежим! – закричал Окан.

Он схватил ребенка, взял Даймору за руку и бросился в лес. Однако на их пути встали шесть фигур в черных мантиях, с мечами наготове. Окан быстро передал ребенка жене и встал в боевую стойку.

– Окан, научишь меня снимать чары? – спросил Элриан, пытаясь скрыть страх.

– Не время, – прорычал Окан. – Если моя семья выживет, я научу тебя всему, даже своим секретным техникам.

– Стойте, может, поговорим? – оправившись, Скан подошел к людям в мантиях. – Если вы сдадитесь, мы пощадим вас. Босс просто хочет поговорить, он не желает вашей смерти. Ты сам начал эту драку.

– Ты врешь, – холодно ответил Окан.

– Как ты понял? Ты просто предвзято относишься к нам из-за того, что мы члены банды. Мы тоже люди, Окан. Мы хотим только добра.

– Твой меч дрожит, – усмехнулся Окан.

– Черт, – пробормотал Скан, взглянув на свой меч. – Ну что ж, тогда убейте его!

– Бегите, я их задержу! – закричал Окан.

Элриан не стал ждать. Он схватил Даймору за руку, и они бросились вглубь леса. Ветви хлестали их по лицам, корни деревьев цеплялись за ноги, но они бежали, не оглядываясь. Ребенок, прижатый к груди матери, плакал, но Даймора шептала ему успокаивающие слова. Внезапно Элриан остановился, услышав шаги позади.

– Это не Окан, – прошептал он, сжимая кулаки. – Даймора, беги дальше.

Она кивнула и, бросив на него последний взгляд, побежала вглубь леса. Элриан остался стоять, его дыхание было тяжелым, но он старался успокоиться. Через мгновение из-за деревьев вышел Скан. Его лицо было в крови, но он улыбался, держа в руке короткий меч.

– Зачем ты остался? – спросил Скан, медленно приближаясь.

– Я не позволю тебе добраться до них, – твердо ответил Элриан, хотя внутри он дрожал от страха. Он не был воином, но сейчас ему нужно было стать им.

Скан бросился в атаку. Его меч сверкнул в воздухе, но Элриан, инстинктивно отпрыгнув, избежал удара. Сердце его бешено колотилось, а в голове пульсировала одна мысль: «Только бы выжить».

Скан атаковал снова, более расчетливо. Меч скользнул по воздуху, задев рукав Элриана. Тот почувствовал, как холодное лезвие едва не коснулось его кожи. Он отступил, споткнулся о корень дерева и упал. Скан быстро приблизился, поставил ногу на грудь Элриана и занес меч.

– Меня зовут Карл! – закричал Элриан.

Меч Скана дрогнул и вонзился в землю. Элриан растворился в тенях и появился за спиной Скана, ударив его ногой в бок с невероятной силой. Благодаря магии теней и циркуляции маны, он стал невероятно силен.

Скан сделал переворот и встал на ноги. Удар не причинил ему серьезного вреда. Элриан продолжал растворяться в тенях, появляясь то тут, то там, создавая звуки шагов и рычания диких зверей. Скан вертелся, пытаясь уловить его движение, но ночь была на стороне Элриана. Он был тьмой среди тьмы.

Однако Скан не был глуп. Он создал десяток светящихся шаров и рассеял их по территории, лишив Элриана преимущества. Скан бросился в атаку направив свой удар в бок Элриана, но меч лишь оттолкнул Элриана, не причинив вреда.

Элриан отпрыгнул на безопасное расстояние и замер. Скан, раздраженный, снова бросился к нему, но запутался в магических нитях. Элриан взмахнул рукой и Скана разрезало на десяток маленьких кусочков.

– Черт, как больно, – пробормотал Элриан, убирая остатки нитей с бока. Бросив взгляд на куски мяса на земле, он побежал за Дайморой.

......

Спустя час Даймора, Окан и их сын сидели у костра, а Элриан расположился в тени дерева. К удивлению всех, Окан остался жив, хотя и получил множество ран. Когда они встретились, то разбили небольшой лагерь, чтобы немного отдохнуть перед тем, как продолжить путь.

Элриан внимательно наблюдал за тенью дерева, которая казалась необычно глубокой и словно обвивала его бок. Это показалось ему странным и завораживающим — ведь не каждый день тени проявляют к тебе такое внимание. Пока он размышлял об этом, к нему подсел Окан.

— Что делаешь? — спросил он усталым голосом.

— Разглядываю тени, — честно ответил Элриан.

— Понятно. Наверное, интересно. Я уйду на рассвете и хочу попросить тебя защищать мою семью. Понимаю, это эгоистично, но... пожалуйста, — в голосе Окана звучали нотки отчаяния.

— Ты обещал научить меня зачарованию, не забудь, — напомнил Элриан.

— За эту ночь я напишу книгу, которая поможет тебе освоить всё необходимое.

— Тогда ладно, я помогу твоей семье, — быстро согласился Элриан. — Но у меня есть ещё один вопрос, и ты должен ответить.

— Конечно.

— Почему ты и Габриэл так близки? Ты ведь ради него бросил свою семью.

— Ха-ха, это да? — Окан усмехнулся, вспоминая что-то неприятное. — Мы с ним были членами банды ещё с тех пор, когда она не была такой могущественной. У Габриэла даже сложилось что-то вроде дружбы с боссом. Мы просто давние друзья и не раз выручали друг друга.

— А ты не знаешь, почему он хочет покинуть банду?

— Думаю, это уже личное... — Окан замялся, видимо вспомнив о поступке Элриана. — Он хочет завести семью. По крайней мере, так он мне говорит.

— Понятно, — сухо ответил Элриан.

Он мог понять желание Габриэла, но как человек, который без колебаний убил ребёнка, мог мечтать о семье? Габриэл уничтожил чужую семью, но теперь сам хочет создать свою? У Элриана были смешанные чувства. Он считал Габриэла своим учителем и даже хорошим человеком, но после того случая всё изменилось.

— Ты довольно силён, — вдруг сказал Окан, словно решив перевести тему. — Скан, хоть и не был опытным мечником, но всё же был талантливым и сильным противником.

— Нет, мне просто повезло, — не стал принимать похвалу Элриан. — Была ночь, что давало мне преимущество. К тому же он был ранен и измотан. Просто везение, не более.

Элриан был уверен, что если бы не ночь, он бы проиграл. У него было слишком мало атакующих заклинаний, только «каменный пулемёт», который не отличался особой силой. Даже если бы он использовал его в бою, это вряд ли помогло бы одержать победу над Сканом, а лишь истощило бы его ману. Конечно, если бы Элриан потратил больше времени на тренировки, всё могло бы сложиться иначе.

.......

На утро, когда первые лучи солнца начали пробиваться сквозь густую листву деревьев, Элриан проснулся. Рядом с ним лежала небольшая, слегка помятая и испачканная тетрадь. Он взял её в руки, ощущая шероховатость страниц под пальцами. Открыв её, он сразу же нахмурился. Почерк Окана был настолько неразборчивым, что казалось, будто страницы исписаны не буквами, а какими-то загадочными символами. Элриан вздохнул, но всё же начал вчитываться.

— Ну и каракули, — пробормотал он себе под нос. — Писал, будто в последний раз.

Однако, после нескольких минут напряжённого изучения, он смог разобрать текст. Чем больше он читал, тем больше понимал, что всё, что было написано в тетради, он уже знал. Это были базовые принципы зачарования, которые он освоил ещё давно. Ничего нового, ничего, что могло бы помочь ему в его поисках.

— Ему не хватило времени, — заключил Элриан, закрывая тетрадь. — Или он просто не хотел делиться всем.

Он не мог поверить, что человек, которого Габриэл называл «гением в зачарованиях», мог ограничиться лишь азами. Возможно, Окан действительно был в спешке, либо он обманул Элриана. Как бы то ни было, это означало, что Элриану придётся снова иметь дело с Оканом и его семьёй в будущем.

Решив отложить эти мысли на потом, Элриан поднялся и направился к Дайморе и её сыну. Они всё ещё спали, укрытые тонким одеялом. Элриан осторожно положил руку на плечо Дайморе и слегка потряс её.

— Нам пора идти, — тихо сказал он, когда она открыла глаза.

— Хорошо, — сонно ответила она, протирая глаза.

Её голос был спокойным, но в нём чувствовалась усталость. Она не задала вопросов, не спросила, куда делся Окан. Видимо, она уже всё понимала. Элриан заметил, как её взгляд на мгновение скользнул в сторону, где накануне стоял их лагерь, но она быстро собралась и начала будить сына.

Мальчик проснулся не сразу, но, когда открыл глаза, в них не было ни капризов, ни слёз. Он просто молча встал, потянулся и начал собирать свои вещи. Элриан наблюдал за ним с лёгким удивлением. Ребёнок, который должен был бы плакать или жаловаться, вёл себя так, будто уже привык к трудностям.

Спустя пятнадцать минут они уже двигались по узкой лесной тропинке, направляясь к ближайшему городу. Там можно было купить припасы, новую одежду и, возможно, найти информацию, которая помогла бы им понять, что делать дальше.

Даймора шла рядом с сыном, её лицо было спокойным, но в глазах читалась глубокая печаль. Она не спрашивала об Окане, и Элриан понимал, что она, вероятно, уже смирилась с тем, что они больше не увидятся. Она держалась с достоинством, но в её молчании чувствовалась тяжесть утраты.

Мальчик, напротив, не выглядел подавленным, но его молчание было красноречивым. Он не жаловался, не задавал вопросов, но по его взгляду было видно, что он недоволен ситуацией. Он шёл, крепко сжимая руку матери, и время от времени бросал на Элриана быстрые, оценивающие взгляды.

Элриан чувствовал себя немного неловко. Он не привык к тому, чтобы заботиться о ком-то, особенно о ребёнке. Но он понимал, что теперь это его ответственность, и отступать было некуда.

— Мы дойдём до города к вечеру, — сказал он, чтобы прервать тяжёлое молчание. — Там мы сможем отдохнуть и купить всё необходимое.

Даймора кивнула, но ничего не ответила. Мальчик же лишь слегка нахмурился, но продолжал идти.

Элриан вздохнул и снова погрузился в свои мысли. Он понимал, что путь в город — это только начало. Впереди их ждали куда более серьёзные испытания.

....

Элриан, Даймора и мальчик сидели в комнате таверны, которая, честно говоря, оставляла желать лучшего. Стены были покрыты потёртыми обоями, местами отклеившимися и обнажавшими старую штукатурку. Пол скрипел при каждом шаге, а из окна, затянутого пыльной занавеской, едва пробивался тусклый свет уличного фонаря. В углу стояла кровать с тонким матрасом, а рядом — небольшой деревянный стол, на котором лежала потрёпанная свеча. Воздух был пропитан запахом сырости и старого дерева.

— Я отойду ненадолго, — сказала Даймора, уже направляясь к двери.

— Конечно, — спокойно ответил Элриан.

Он понимал, что ей, вероятно, нужно побыть одной. И он не хотел бы, чтобы на полпути она вдруг расплакалась. Да и если бы что-то случилось, Элриан был уверен, что успеет прийти ей на помощь.

— Дядя, не могли бы вы ещё раз показать мне магию? — попросил уставший мальчик.

— Конечно, — немного обескураженно ответил Элриан. Он никак не ожидал, что в его возрасте кто-то назовёт его дядей. — Называй меня Элриан. А как тебя зовут?

— Меня зовут Лео.

Элриан улыбнулся, видя, как глаза Лео загораются от любопытства и ожидания. Он поднял руку, и в воздухе начали появляться нити. Каждая из них переливалась всеми цветами радуги, словно в них были заключены все оттенки заката, сияние звёзд и глубина океана. Они извивались в воздухе, создавая причудливые узоры. Лео замер, его дыхание стало тише, будто он боялся спугнуть это чудо.

Элриан, видя, как мальчик заворожённо смотрит на нити, решил подарить ему нечто по-настоящему волшебное. Он щёлкнул пальцами, и нити начали стремительно разлетаться по комнате, словно тысячи светлячков, танцующих в ночи. Они сплетались в формы, которые казались невозможными, и вот, в центре комнаты, начал появляться дракон. Его чешуя сверкала, как драгоценные камни, переливаясь от глубокого изумрудного до огненно-красного. Крылья, раскинутые в пыльном воздухе комнаты, казались такими огромными, что вот-вот разорвут стены таверны. Из его пасти вырывались клубы дыма, а глаза горели ярким золотым светом, словно два миниатюрных солнца. Дракон рычал, и звук был настолько реальным, что Лео инстинктивно отпрянул назад, хотя знал, что это всего лишь магия.

Но на этом чудо не закончилось. Рядом с драконом появился рыцарь — не просто воин, а герой из сказки. Его доспехи сияли, будто выкованные из чистого лунного света, а плащ развевался, словно под порывами невидимого ветра. В руках он держал меч, который светился холодным голубым пламенем, и каждый его взмах оставлял за собой след из искр, рассыпающихся в воздухе, как звёздная пыль. Рыцарь двинулся на дракона с грацией и силой, которые могли принадлежать только существу, созданному магией.

Битва разгоралась. Дракон взмыл вверх, его крылья задевали потолок, и казалось, что комната вот-вот рухнет под его весом. Он выдохнул поток огня, который рассыпался на тысячи искр, но рыцарь, словно предвидя это, отразил удар своим щитом, и огонь рассеялся в воздухе, оставив после себя лишь тёплый ветерок. Лео замер, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища.

Элриан, наблюдая за реакцией мальчика, решил добавить ещё больше волшебства. Он щёлкнул пальцами, и комната наполнилась звуками — грохотом копыт, звоном мечей, ревом дракона. Воздух заискрился, и вокруг дракона и рыцаря начали появляться новые фигуры — маленькие огненные птицы, которые кружили вокруг, оставляя за собой следы из золотого света, и тени, скользящие по стенам, словно наблюдатели из другого мира.

«А я неплох», — не мог не похвалить себя Элриан. Прямо сейчас он был на пределе, тратя безумное количество ментальных сил, чтобы поддерживать всё это. Взглянув на Лео, он увидел, что мальчик плачет. Элриан отвлёкся, и всё волшебство исчезло.

— Лео, что такое? — запаниковал Элриан.

— Почему каждый раз, когда приходит тот дядя, всё всегда рушится? — заплаканным голосом начал говорить Лео. — Почему мама хочет, чтобы я называл его папой? Разве папа — это не тот человек, который всегда рядом и поможет тебе? Тогда почему каждый раз всё заканчивается так? Из-за него даже моя любимая книга про рыцаря потерялась.

Элриан замер, чувствуя, как его сердце сжимается от слов Лео. Он опустился на колени перед мальчиком, стараясь поймать его взгляд.

— Лео, — начал он, но на этом и остановился. Он просто не знал, что сказать.

Лео вытёр слёзы кулаком, но его голос всё ещё дрожал:

— Но почему он не может просто исчезнуть?

Элриан услышал звук открывающейся двери и увидел в проходе Даймору. Она выглядела на удивление лучше, чем когда уходила. Она быстро подбежала к своему ребёнку.

— Лео, дорогой, что случилось?

Вместо ответа он просто плакал. Элриан же вышел из комнаты и закрыл дверь. Он мало чем мог помочь, поэтому решил уйти, чтобы не видеть это зрелище.