Недоразумение

— Что? Мне кажется, произошло какое-то недоразумение. Чтобы я питал злой умысел к господину Карвальду, оскорблял его и даже принудил к поединку?! Полнейший абсурд.

Почувствовав, что атмосфера накалилась, преподаватель по рукопашному бою поспешно вклинился в наш с Лейсиром разговор.

Для него было бы идеально вывернуть все так, будто мы что-то не так поняли.

В крайнем случае он пытался сузить цель своей предполагаемой злобы с «детей из знатных семей» до одного лишь «Карвальда».

Но, к несчастью, его косноязычия не хватило, чтобы скрыть эти потуги.

— Я тоже считаю это абсурдом. В конце концов, нас с профессором не связывает ровным счетом ничего, ни прямо, ни косвенно. Какая может быть причина для личной неприязни?

Я говорил вежливым тоном, но при этом слегка вздернул подбородок, придавая себе откровенно надменный вид.

Сделать акцент на имени персонажа было хорошим ходом.

А вот он, в отчаянной попытке доказать свою невиновность, упустил последний шанс свести свою злобу к простому «личному конфликту».

— Д-да, совершенно верно.

Профессор кивнул, соглашаясь со мной, хотя на лице его было беспокойство.

Вполне естественная реакция.

Он же не мог признаться, что ненавидит и преследует без всякой причины человека, с которым его ничего не связывает.

— Я всего лишь беспокоился. Ведь за господином Карвальдом стоит могущественное герцогство. Я опасался, смогут ли студенты по-настоящему полноценно с вами спарринговать. Как вы и сами ранее сказали, мне также нужно было убедиться, что вы отнесетесь к поединку лишь как к поединку. В конце концов, я преподаватель. Мой долг — помогать студентам расти и защищать их.

Он, казалось, был весьма доволен собой, словно только что выдал безупречное объяснение.

По мне, так оно было полно дыр, и при желании я мог бы легко его опровергнуть.

Но вместо того, чтобы давить дальше, я решил отступить.

— Если вы и впрямь так думаете, то это было бы прекрасно…

— Уверяю вас, это правда.

Я позволил своему подозрению просочиться в слова, нарочито многозначительно оборвав фразу.

Профессор, стремясь закрепить свою отговорку как факт, тут же поспешил с ответом.

Его поведение было неприятным, но на этот раз я решил спустить все на тормозах.

«Если профессора уволят в первую же неделю занятий, этот курс просто-напросто закроют, верно?»

Учитывая, что в конце семестра меня, возможно, ждет настоящий бой, я не мог этого допустить.

Поэтому пока я решил замять это дело. Словно листок, что может унести малейшее дуновение ветерка.

Если преподаватель по рукопашному бою позже позволит себе хоть намек на подозрительное поведение, зерно сомнения, что я посеял сегодня, прорастет и опутает его.

Если же пройдет больше месяца и профессора все-таки уволят, академия, скорее всего, найдет временного инструктора, чтобы продолжить курс.

Есть шанс, что преподаватель будет изо всех сил стараться избежать увольнения, но только если он попытается стать прилежным, образцовым учителем, что для меня тоже было бы неплохо.

— Рад это слышать, но впредь давайте воздержимся от действий, которые могут вызвать недопонимание. Ради вашего же блага, профессор. Ведь если вас хотя бы заподозрят в неприязни к высшей аристократии, это обернется для вас немалыми хлопотами.

Хоть я и сказал это, я вовсе не давал ему совет из заботы о его будущем.

Это было предупреждение: если он попытается снова со мной связываться, я не спущу все на тормозах.

— Да… вы правы, ваша светлость.

Лицо профессора вспыхнуло, когда он это произнес.

Полагаю, мой поучительный тон задел его самолюбие.

И все же он не мог разозлиться и потребовать ответа, почему я пытаюсь учить взрослого человека. Вместо этого он повел себя так покорно — неужели все дело в разнице в статусе?

Этот факт был одновременно и удачей, и почему-то немного горьким.

— Но разве вы не говорили, что не можете делать для меня поблажек лишь потому, что я из герцогской семьи? Так почему вы называете меня «господином» и обращаетесь на «вы», вместо того чтобы видеть во мне студента?

— Э-это… потому что… я не думал, что господин Карвальд… то есть, я не думал, что вы действительно будете посещать мой курс, вот и все.

— О, вот как?

— Да, причина в этом. Как я уже говорил, я искренне забочусь о своих студентах как преподаватель… я бы не стал оказывать вам особое внимание в ущерб остальным.

Он что, серьезно только что назвал себя превосходным педагогом?

Он не просто бесстыдник, у него, похоже, и совести нет.

Даже я, читавший оригинал, не знал, что Лейсир посещал курс рукопашного боя во втором семестре, настолько незаметным был этот статист, а характер у него, оказывается, такой яркий.

— Понимаю. Мне просто было интересно, если обращение «господин» и формальности — это не особое отношение, то что тогда? Я подумал, может, вы пытались запугать остальных студентов, показав, что даже сын герцога может столкнуться с несправедливостью, если перейдет вам дорогу.

— Я… я бы никогда так не поступил!

— Или, может быть, поставив в неудобное положение человека из знатной семьи и устроив из этого представление, вы почувствовали некое превосходство?

— Х-ха-ха… какое нелепое недоразумение…

Будь он третьесортным злодеем, разве он не думал бы именно так? Судя по реакции профессора, похоже, оба моих предположения попали в точку.

Это даже не прием для создания катарсиса в первых главах — насколько же все очевидно. Один лишь типаж, никакой глубины. Что ж, потому он и статист.

— Рад, что это было недоразумение. В любом случае, прошу вас впредь воздерживаться от действий, которые могут ввести других в заблуждение. Вы постоянно заставляете меня сомневаться в вашей педагогической компетенции.

— …

Если бы я надавил еще немного, я, вероятно, смог бы заставить его извиниться, но на самом деле мне не нужны были его извинения.

Даже если бы он их принес, это было бы не за принуждение к поединку, и уж точно не искренне.

Он бы просто пробормотал «простите» и затаил обиду.

— Теперь, когда недоразумение разрешилось, я бы хотел приступить к вашей лекции, профессор.

— Т-тогда, вы оба, вернитесь на свои места. Живо.

Поняв, что продолжение разговора лишь усугубит его положение, преподаватель по рукопашному бою поспешно отправил нас с Лейсиром по местам.

Что ж, еще одна проблема как-то разрешилась.

Возвращаясь туда, где я стоял, я наконец заметил выражения лиц других студентов.

Если мне не кажется, они смотрели на меня с благоговением.

— Го… господин Карвальд. Это было д-действительно поразительно. Впечатляюще… как и ожидалось от аристократа…

Лиоликин подкрался ко мне и прошептал свою лесть.

«Он и сам аристократ, разве нет?»

«У него что, такой скудный запас комплиментов? И зачем вообще хвалить меня в такой момент?»

Мне было любопытно, но если бы я спросил, могло показаться, что я напрашиваюсь на похвалу, поэтому я воздержался.

Именно в этот момент преподаватель начал, собственно, урок.

— Поскольку у нас есть студенты, которые пришли на этот курс впервые, а также чтобы проверить, не забыл ли кто-то за каникулы то, что мы проходили в прошлом семестре, сегодня мы сосредоточимся на основах. Так что не толпитесь, разойдитесь.

Как только студенты рассредоточились, преподаватель продемонстрировал базовую стойку.

Затем он прошел между студентами, тщательно поправляя каждому осанку.

«Неужели он и вправду искренне преподает, пусть и с таким паршивым характером?»

Я на мгновение задумался, но, кажется, ошибся.

Студенты, похоже, не привыкли к такой любезности профессора. Видимо, в прошлом семестре он вел себя иначе.

Может, он пытается выслужиться в надежде, что студенты не станут сплетничать о сегодняшнем инциденте.

— Поскольку Карвальд впервые изучает рукопашный бой, я уделю вам особое внимание — не в качестве поблажки, а просто чтобы вы не отставали от остальных, так что не поймите неправильно.

Преподаватель по рукопашному бою действительно изо всех сил старался меня обучить.

До такой степени, что я засомневался, а не является ли это тем самым особым отношением.

В любом случае, для меня это было хорошо.

Так что я с благодарностью принял это «не особое» особое наставление, несмотря на все его заверения.

***

После того как занятие по рукопашному бою закончилось.

Я собирался вернуться в свою комнату, чтобы умыться перед обедом, когда меня окликнул чей-то голос.

— У нас есть что обсудить?

— Не будь таким колючим.

Лейсир слегка нахмурился, критикуя мой тон.

Но я не почувствовал в его выражении никакой отрицательной эмоции.

Это было скорее «опять он за свое», чем что-то серьезное.

«Неужели он все еще не отказался от своего плана с книжным приятелем?»

Это меня немного насторожило, но у меня и самого был к нему разговор, так что я решил подыграть.

— Лиоликин. Это может занять какое-то время, так что не жди меня — иди в столовую и поешь с Тридриком.

— С-слушаюсь, господин.

Отослав Лиоликина, я вместе с Лейсиром сменил местоположение.

Мы отошли за здание учебного корпуса.

Сюда редко кто заглядывал, а в этот час все уже направились в столовую, так что вокруг было безлюдно.

— Что ты хотел сказать?

По моему тону можно было догадаться — это была не моя реплика.

Это Лейсир обратился ко мне.

— Это ты попросил поговорить, так почему спрашиваешь меня?

— Прежде чем я успел сказать хоть слово, ты заявил, что это может занять время, и отправил Лиоликина обедать. А потом даже привел нас в это уединенное место. Так что я решил, что у тебя тоже есть ко мне разговор. Я ошибся?

Он был прав.

Как я уже говорил, мне тоже было что сказать Лейсиру.

Но я отрицал это, отказываясь признать правду. Так я мог бы подвести к своей теме естественным образом.

— Не то чтобы у меня был к тебе разговор. Мне просто нужен был предлог, чтобы отделить от нас Тридрика и Лиоликина.

— Зачем?

— Я хочу держаться от них подальше.

— Почему? Разве они не твои подчиненные, и своего рода друзья?

На каждую мою реплику Лейсир отвечал вопросом.

Он был идеальным собеседником. Как раз то, что мне было нужно.

— Вовсе нет. Они сами ко мне прицепились, желая использовать мой статус и влияние. И вместо того, чтобы они использовали меня, я решил использовать их сам… но теперь, оглядываясь назад, я уже и не уверен, кто кого использовал.

На первый вопрос я ответил как обычно, но на втором предложении я намеренно постепенно понизил голос.

А когда произносил последнюю фразу, я слегка склонил голову, опустил взгляд и пробормотал слова себе под нос, словно разговаривая сам с собой.

«Зачем я так себя веду?»

Если бы это был роман, ответ вы бы нашли в последней главе арки о вечеринке в честь открытия семестра.

Или можно было бы просто перейти к следующей главе.

В конце концов, в веб-новеллах первые двадцать пять глав обычно бесплатные.