Глава 17
Заросли камыша казались бескрайними. Маленькие иссиня-чёрные водяные птицы сновали под мелким дождем. Они то взмывали ввысь, то камнем падали в воду, без устали добывая пропитание для птенцов в гнездах.
— Нет, я не вернусь! — раздался громкий крик, распугав птиц, отдыхавших на крыше лодки.
Внутри каюты Шангуань Си с нескрываемым сокрушением смотрела на Се Сяо:
— Если ты не вернешься, я не смогу тебе помочь.
— Сестра, ты... ты поступаешь не по-товарищески.
— Дело не в товариществе. Чтобы это провернуть, нужно согласие старика. Я не могу решать такие вещи сама.
Се Сяо подозрительно прищурился:
— Ты же глава палаты. Неужели не можешь уладить такое пустяковое дело? Ты ведь просто морочишь мне голову, да?
— Ты называешь это «пустяковым делом»? С Гвардией шутки плохи, — Шангуань Си покачала головой, налила чашку чая и подтолкнула её к нему. — Старик ещё в прошлом году ясно дал понять: мы не лезем в дела властей.
Се Сяо на миг замер. Он залпом осушил чашку и грубо бросил:
— Ладно, сам справлюсь. В любом случае, я обязан вытащить человека.
— Ты совершенно не знаешь, как там всё устроено внутри, — спокойно возразила Шангуань Си. — К тому же ты ранен. Как ты собираешься действовать?
— Я... — Се Сяо раздраженно тряхнул головой. — Что-нибудь да придумаю.
Стук дождя по крыше лодки становился всё громче и чаще. Шангуань Си молча слушала его, а затем тихо произнесла:
— С прошлой зимы старик чувствует себя неважно...
Се Сяо резко вскинул на неё глаза. В её взгляде читалась искренняя тревога.
— Не может быть. Я наводил справки, никто не говорил, что он болен.
— Он человек гордый. Разве он станет показывать слабину перед чужаками? — Шангуань Си легко вздохнула. — Возвращайся. Будешь ты принимать дела банды или нет — обсудим позже. Но старик не молодеет. Сколько ещё таких трёхлеток он сможет тебя ждать?
Се Сяо нахмурился и принялся яростно чесать затылок, ничего не отвечая.
Шангуань Си не торопила его. Она больше не уговаривала, лишь сидела, слушая дождь и погрузившись в свои мысли. Спустя долгое время Се Сяо резко встал:
— Ладно! Я пойду с тобой! Пусть хоть казнит, хоть четвертует — я на всё согласен!
Увидев, что он наконец сдался, Шангуань Си тоже поднялась и улыбнулась:
— Пошли. Но прежде чем предстать перед отцом, тебе нужно привести себя в порядок. Сбрей бороду и переоденься. Ты высокий, в обычных лавках на тебя ничего не найдешь, придется подшивать одежду на заказ.
— Ты меня на смотрины к невесте ведешь или к отцу? — проворчал он.
К вечеру дождь прекратился. Губернатор Янчжоу устроил пир в честь Лю Сянцзо и Лу И. За ними прислали казенные паланкины. На этот раз Лу И не стал отказываться и охотно отправился на прием.
«Наконец-то этот чумной бог оставит нас в покое хоть на вечер!» — подумала Цзинься.
Она притаилась у окна на втором этаже. Дождавшись, когда паланкины скроются из виду, она сладко потянулась и распахнула створки. Ночной воздух после дождя был прохладным и свежим, напоенным тонким ароматом цветов.
— Начальник! Есть ещё кое-что. При Лу И я не смела об этом говорить, — она обернулась к Ян Чэнваню. — Молодой глава банды Уань — это тот самый человек в маске, который схватил меня в ту ночь.
— Что... это был он?! — Лицо Ян Чэнваня мгновенно стало серьезным.
Услышав это, Ян Юэ припомнил детали и закивал:
— И правда, рост совпадает. Высокий, длинноногий.
— А ты говорил, что он похож на мастера из пекарни! — подколола его Цзинься.
— Да ну тебя!
Ян Чэнвань хмуро посмотрел на ученицу:
— В ту ночь он был в маске. Ты уверена?
— Рост, голос, походка... И ещё — у него над левой бровью есть едва заметный шрам, — уверенно заявила Цзинься. — Если только у него нет брата-близнеца с точно такой же отметиной.
Ян Чэнвань долго молчал, а затем встал и обратился к ним:
— Собирайтесь. Нам нужно навестить банду Уань.
— Зачем это? — удивилась Цзинься.
— Отдать дань уважения.
Ян Чэнвань пошатнулся, и Ян Юэ поспешил подхватить его:
— Отец, нога опять разболелась?
— Пустяки, — мастер Ян выпрямился. — Мы должны идти немедленно. С этим нельзя медлить.
Молодые люди недоумевали.
— Если ты его узнала, то и Лу И, скорее всего, тоже. К тому же история с перевозкой денег... Лу И скоро начнет копать под банду Уань. Се Байли — мой старый друг, я обязан его предупредить.
— Се Сяо так знатно получил от Лу И, что его отец наверняка уже обо всем знает. Зачем нам идти? — Цзинься невольно коснулась пальцами заживающей царапины на шее.
— Между отцом и сыном глубокая трещина. К тому же Се Сяо был в маске. Не факт, что он во всём признался отцу, — Ян Чэнвань устало нахмурился. — В любом случае, мы должны там побывать. Если он знает — хорошо, а если нет — пусть подготовится.
— Но, отец, если Лу И об этом узнает? Он ведь нам жизни не даст, — с тревогой спросил Ян Юэ.
Цзинься активно закивала:
— Вот именно! Этот злыдень своего не упустит. Он так умеет подставить, что мало не покажется.
— Я просто иду навестить старого друга. В этом нет преступления. А если... — Ян Чэнвань не договорил и, прихрамывая, направился к выходу. — Посмотрим по обстоятельствам.
Цзинься и Ян Юэ озадаченно переглянулись и поспешили вслед за ним.
Халат прямого кроя из голубого шелка, изящный нефритовый пояс, белоснежные носки и чистейшие черные сапоги. Сапоги блестели, на одежде ни единой пылинки. А главное — лицо, выбритое так чисто, что не осталось ни намека на щетину.
Если бы рядом не стояла Шангуань Си, Цзинься ни за что бы не узнала в этом щеголе, выходящем из паланкина, того самого Се Сяо.
Се Сяо тоже замер, увидев их у ворот поместья Се. Но тут же с облегчением выдохнул — присутствие гостей было ему на руку. Он шагнул вперед и поклонился:
— Дядя Ян! Почему же вы не заходите внутрь?
Ян Чэнвань улыбнулся:
— Твои люди пошли доложить, мы ждем.
— Что за порядки! Как можно заставлять дядю Яна ждать на пороге? — Се Сяо возмущенно вскинул брови. — Сейчас я их проучу!
— Не горячись, племянник, — мягко остановил его Ян Чэнвань. — Я пришел впервые, так и положено. Они не виноваты.
Цзинься с хитрой улыбкой вставила:
— Молодой глава, в этом наряде вы просто сияете! Я вас почти не узнала.
Се Сяо сначала не придал значения её словам, решив, что она хвалит его новую одежду. Но спустя мгновение он уловил в её тоне скрытый смысл. Он настороженно посмотрел на неё и встретился с лукавым взглядом девушки.
«Нет, не может быть. Была ночь, я был в маске. Она не могла меня узнать», — подумал Се Сяо, но на душе стало неспокойно. Он невольно бросил на неё ещё пару взглядов.
Шангуань Си заметила его странное поведение и тоже посмотрела на Цзинься. Се Сяо был человеком гордым, поэтому рассказал ей о схватке на корабле лишь в общих чертах — мол, не смог спасти брата Ша и получил ранение. О том, что он брал Цзинься в заложницы, он умолчал. Поэтому Шангуань Си не понимала, откуда между ними это странное напряжение.
За воротами послышались быстрые шаги. Тяжелые черные створки распахнулись, и навстречу им вышел статный старик с длинной бородой. На нем была дорогая меховая накидка из соболя. Он бросился к Ян Чэнваню, и его голос прогремел, как колокол:
— Брат Ян! Сколько лет я ждал этого дня! Ты наконец-то пришел!
Ян Чэнвань с улыбкой поклонился другу. Се Байли осмотрел его с ног до головы и нахмурился:
— Когда-то я звал тебя в Цзяннань, но ты отказался. Я думал, ты хочешь снова возвыситься в столице. Но теперь... Зачем ты так себя истязаешь?
— Я постарел, ни на что уже не годен, — рассмеялся Ян Чэнвань. — А это мой сын Ян Юэ и девчушка Юань Цзинься. Они теперь ведут все дела.
Цзинься и Ян Юэ почтительно поклонились главе банды.
— Твой сын... — Се Байли с силой похлопал Ян Юэ по крепкому плечу. — Пролетело больше десяти лет, а он уже такой взрослый. Ростом в точности как мой... — Он осекся и замолчал.
— Отец, — тихо позвал Се Сяо, стоя за его спиной.
Услышав этот голос, Се Байли замер. Его спина напряглась. Се Сяо стоял в неловком ожидании, не понимая: то ли отец его не заметил, то ли просто не хочет видеть.
Шангуань Си легонько подтолкнула Се Сяо локтем. Тот был вынужден заговорить снова:
— Отец, я... вернулся.
Се Байли медленно обернулся. Он изо всех сил старался казаться спокойным, но тяжелое дыхание выдавало его чувства. Он долго смотрел на сына, не в силах вымолвить ни слова, будто боялся сорваться.
Три года. Целых три года они не видели друг друга. Хоть Се Сяо иногда и бывал в Янчжоу, и до Се Байли доходили вести о нем, оба были слишком упрямы. Се Сяо не хотел признавать вину, а Се Байли из принципа игнорировал его существование.
— ...Не видишь, что у нас гости? Живо подойди и поприветствуй, — наконец выдавил он из себя и, обернувшись к Ян Чэнваню, натянуто улыбнулся: — Видишь? Этот мальчишка с детства не знает приличий...
Голос его дрогнул, а глаза предательски затуманились.
Ян Чэнвань весело рассмеялся и хлопнул друга по плечу:
— Он и должен быть таким! Весь в тебя! Будь ты паинькой, разве смог бы основать такое дело?
Се Байли немного пришел в себя и снова взглянул на Цзинься.
— А эта девчушка... это ведь... та самая?
— Не узнал? — улыбнулся Ян Чэнвань. — Та самая, что подралась с твоим Сяо-эр и вместе с ним улетела в реку. Помнишь?
— Помню! Конечно, помню! — Се Байли громко захохотал.
— Разрази меня гром, так это ты! — вытаращив глаза, заорал Се Сяо, указывая на Цзинься пальцем.
Девушка, оправившись от удивления, тоже не осталась в долгу:
— Ах ты ж, чтоб тебя! Так это был ты?!
— Кхм! — Ян Чэнвань громко кашлянул, прикрыв рот ладонью, намекая Цзинься, что ей стоит вести себя как подобает девушке.
Се Байли рассмеялся ещё громче:
— Глядите-ка! Они совсем не изменились. Будто и не расставались. Пошли, пошли скорее в дом!
Он приобнял Ян Чэнваня за плечи и повел его внутрь. Цзинься и Се Сяо остались стоять, продолжая сверлить друг друга взглядами.
Их знакомство началось больше десяти лет назад. Тогда Се Сяо был совсем маленьким и приехал с отцом в столицу. Стоял морозный декабрь, валил густой снег. Во дворе дома дяди Яна он увидел маленькое розовощекое создание, похожее на круглый снежок. Он решил подразнить её и дернуть за косичку, но «снежок» мгновенно вцепился зубами в его запястье.
— Кто же знал, что девчонка кусается, как черепаха: если схватит — челюсти не разожмет! — с горечью жаловался Се Сяо своей «второй сестре» Шангуань Си. — Я тогда от неё натерпелся.
Цзинься оскалилась, демонстрируя ровный ряд белых зубов, и заносчиво тряхнула головой:
— Ты просто завидовал моим крепким зубам.
Шангуань Си прыснула со смеху:
— А что за история с рекой?
— Всё из-за него!
— Всё из-за неё! — в один голос воскликнули они.
Ян Юэ со вздохом пояснил Шангуань Си:
— Из-за одного кусочка пирога с османтусом. Драка была знатная. Боюсь, им стыдно признаться в деталях.
На самом деле, виноват был Се Сяо. Его ошибкой было то, что он решил подразнить маленькую Цзинься, как щенка, поднимая пирог высоко над головой. Но она была не из тех, кто терпит насмешки. Цзинься просто пошла на таран. Она не учла, что они стоят на берегу, и в итоге оба — вместе с пирогом — рухнули в ледяную воду. В тот холодный зимний день взрослые не на шутку перепугались.