Глава 30

Обычно Юань Цзинься за словом в карман не лезла, но в споре с ним всегда проигрывала. Она немного помялась, не найдя что ответить, и понуро побрела к выходу.

Едва она занесла ногу над порогом, как услышала за спиной голос Лу И:
— Впредь, когда рядом никого нет, тебе лучше не входить в мою комнату. В этом мире не скрыться от подлых сплетников. У меня, Лу, может и нет безупречной репутации, но я всё же хотел бы сохранить остатки чести.

Эти слова прозвучали как-то странно. Она замерла и с сомнением обернулась:
— Подлых сплетников?

— Сегодня, чтобы помочь вам в расследовании, мне пришлось уделить время барышне Чжай. Но я и подумать не мог, что за моей спиной всякие ничтожества станут называть меня «похотливым бесом», — Лу И отвернулся и больше не смотрел на неё.

— ...

Тут до Юань Цзинься наконец дошло, в чём дело. Она вспомнила шаги за окном, на которые не обратила внимания. Оказывается, Лу И стоял там и всё слышал. Теперь было поздно жалеть о своём длинном языке. Она лихорадочно соображала, как всё исправить, и в итоге решила признаться честно:
— Господин Лу, я виновата! Я просто хотела выручить брата Яна и сболтнула лишнего. Проявите великодушие, простите меня на этот раз. Я больше никогда так не буду!

— Сболтнула лишнего? — Лу И слегка вскинул бровь.

В этот момент барышня Юань сообразила мгновенно:
— Нет-нет-нет! Те слова были наглым враньём, полной чепухой и просто безумием! Ваше превосходительство, пожалуйста, простите меня.

Лу И по-прежнему не обращал на неё внимания. Его пальцы как бы невзначай коснулись резной полки стеллажа.
— Ещё и пыль повсюду... — пробормотал он себе под нос.

Юань Цзинься на миг замерла, но тут же подхватила:
— Я сейчас всё уберу! Я помогу вам прибраться!

— Неужели это уместно?

— Уместно, ещё как уместно! Мой долг — сделать так, чтобы вашему превосходительству жилось уютно, — засуетилась она.

Лу И больше ничего не сказал. Он вернулся к столу и продолжил изучать карту. Всем своим видом он показывал, что её здесь больше нет.

Приняв это за молчаливое согласие, Юань Цзинься принесла воду и тряпку. Она закатала рукава и принялась усердно всё отмывать. К такой работе она привыкла с детства, поэтому дело спорилось. Сейчас она старалась вдвойне, надеясь, что Лу И сменит гнев на милость и простит ей те два ляна и три мао.

Через некоторое время вошёл Гао Цин. Увидев эту картину, он удивлённо на неё посмотрел, но спрашивать ничего не стал. Он поклонился Лу И:
— Ваше превосходительство, я уже отправил людей проверить то, что вы велели. Будут ли ещё поручения?

— Пока ничего срочного, — Лу И обмакнул кисть в тушь и поднял на него взгляд. — Ты трудился последние два дня. Иди отдохни, возвращайся завтра утром.

— Благодарю, господин. Разрешите идти.

Перед уходом Гао Цин снова покосился на Юань Цзинься. Та как раз воевала с ножкой стола. Ножка была украшена резными листьями. Выглядело красиво, но в углублениях скопилась пыль. Барышня Юань то выковыривала её ногтями, то терла тряпкой, работая с огромным рвением. Посмотрев на Лу И, который сохранял полную невозмутимость, Гао Цин подумал, что это похоже на игру кошки с мышкой. Он не понимал, зачем сановнику Лу понадобилось так изводить маленького сыщика, и лишь покачал головой.

Наступил полдень. Лу И, не обращая внимания на Юань Цзинься, вышел из комнаты — вероятно, обедать. Любопытство взяло верх. Она подошла к столу с тряпкой. Руки её продолжали тереть поверхность, но глаза так и впились в карту.

Это действительно был план Янчжоу. Она без труда нашла гостиницу, здание суда, дом Чжаев, где была вчера, и пристань...

«Он смотрел на эту карту полдня. Что же он там искал?»

Барышня Юань нахмурилась, вспоминая, как двигались пальцы Лу И. Он вёл косую линию, уходящую в левый верхний угол. Северо-запад! Она несколько раз внимательно осмотрела северо-западную часть карты, но не нашла ничего подозрительного.

Пока она размышляла, Лу И вернулся. Увидев, что она всё ещё здесь, он нахмурился:
— Ты ещё не закончила? Мне нужно отдохнуть.

— Закончила, уже закончила! — Юань Цзинься быстро сделала последние взмахи тряпкой и улыбнулась. — Господин Лу, посмотрите: стол, стулья, шкаф — всё блестит! Я работаю на совесть. Тут так чисто, что можно языком лизать, честное слово!

Лу И промолчал, просто глядя на неё.

Юань Цзинься сама поняла, что сморозила глупость. Она неловко хихикнула и снова заискивающе улыбнулась:
— Господин Лу, я ведь осознала свою вину... Тот долг... Может, вы...

Лу И помолчал немного и вдруг спросил:
— Всего два ляна. Даже если бросить их в воду, всплеска почти не будет. Неужели ради такой мелочи стоит так унижаться и гнуть спину?

Улыбка медленно сползла с лица Юань Цзинься. Она опустила голову и по привычке принялась ковырять носком сапога порог.
— Конечно, стоит. Вы, люди наверху, не знаете, как тяжело нам внизу. Вы ведь в курсе, сколько людей кормят Восточный и Западный заводы, Северная и Южная гвардии? Сколько денег на них уходит каждый год? А нам на три ведомства выделяют всё меньше и меньше. Начальство требует экономить на всём. Аренда этой лодки стоит как моё жалованье за целый месяц. Если наставник пойдёт к господину Лю просить эти деньги, тот его отчитает. Уж лучше я буду гнуть спину сама, чем это придётся делать ему.

Лу И слушал молча. А она продолжала:
— К тому же, это всего лишь уборка, а не продажа себя в рабство. Я в этом деле мастер, так что мне совсем не обидно. Неужели я выгляжу такой уж несчастной?

Лу И потёр лоб и, не отвечая, прошёл вглубь комнаты.

— Господин Лу... ваше превосходительство... а как же деньги?.. — Юань Цзинься не сдавалась.

— Есть два дела. Первое: после обеда сходи разузнай, где сейчас живёт барышня Чжай, и передай ей вот это, — Лу И протянул ей шкатулку. — И выясни, что она любит, чем увлекается и что предпочитает из еды.

Юань Цзинься принюхалась к шкатулке.
— Благовония? — спросила она.
— Мускус и борнеол.

По весу шкатулки она прикинула, что содержимое тянет лянов на тридцать-сорок. Интересно, Лу И платит из своего кармана или за счёт казны?

Лу И вдруг пристально посмотрел на неё:
— Глава зала Шангуань — человек хороший. Я видел, как ты сладко называешь её «сестрицей». Банда Уаньбан здесь давно. Если дом Чжаев стоит у воды, через неё ты найдёшь его быстрее.

— Вы хотите, чтобы я пошла к госпоже Шангуань? — Честно говоря, после случая на лодке Юань Цзинься и сама хотела навестить её. Но слова Лу И заставили её заподозрить, что он читает её мысли.

— Есть проблемы?
— Никаких, господин Лу!

Лу И продолжил:
— Второе дело. Сегодня во вторую стражу отправляйся в ту башню, где жил Чжоу Сяньи. Зажги лампу и открой окно — всё должно быть точно так же, как в ночь его самоубийства. И жди там.

«Как в ночь самоубийства? Ещё и ждать?» У Юань Цзинься по спине пробежал холодок.
— Господин Лу, вы что, собираетесь проводить обряд? Или призрака ловить?

Лу И сердито на неё посмотрел.
— И долго мне там сидеть? — осторожно спросила она.

— Когда петух прокукарекает в третий раз, погасишь свет и спустишься... И ещё: никому об этом не говори.

От этих слов ей стало совсем не по себе, но отказать она не смела.
— А... деньги?..
— Обсудим это позже, — сухо ответил он.

Раз «позже», значит, надежда есть. Юань Цзинься радостно поклонилась и вышла.

Полдень уже миновал, в гостинице было тихо — все отдыхали. Она решила, что наставник тоже спит. В надежде, что Ян Юэ оставил ей поесть, она отправилась на кухню. Там она увидела брата Яна: он сидел в углу и увлечённо вырезал цветы из редьки.

— Брат Ян! Есть что поесть?
Он кивнул на пароварку.

Юань Цзинься открыла крышку и увидела миску золотистого риса, обжаренного с яйцом. Обрадовавшись, она отставила шкатулку и принялась за еду.

— Что это?.. — Ян Юэ принюхался к шкатулке. — Мускус и борнеол. Дорогие вещи, откуда они у тебя?

— Да не мои это. Сановник Лу велел отнести барышне Чжай, — проглотив порцию риса, ответила она. — Ещё велел узнать, что она любит и чем занимается. Похоже, он всерьёз ею увлёкся.

Ян Юэ отложил редьку и выпрямился. В его голосе послышалось оживление:
— Это подарок для барышни Чжай?
— Ага.
— Я пойду с тобой!

Не ожидая, что так скоро увидит её снова, Ян Юэ принялся бегать по кухне. У Юань Цзинься даже в глазах зарябило.

— Ты говорила, у неё слабое здоровье. Значит, нужно что-то для укрепления крови и духа... Сварить суп из чёрной курицы? Нет, слишком жирно... — бормотал он. — Может, ласточкины гнёзда?..

— На гнёзда у нас денег не хватит, — напомнила барышня Юань.

— Нужно что-то полезное, вкусное, лёгкое и чтобы жевать было не трудно. Чтобы она съела и ещё захотела... — Ян Юэ ломал голову.

Юань Цзинься даже слушать его устала.
— Пшённые лепёшки! Как думаешь, подойдёт? — наконец придумал он.

Она закивала:
— Отлично, просто замечательно! Сделай побольше, я тоже хочу.

Пшено на кухне было. Ян Юэ принялся усердно мыть крупу и молоть её в муку. Он делал всё очень тщательно. Через полчаса он достал из пароварки готовые лепёшки. Когда они немного остыли, он выбрал самые красивые и аккуратно завернул их в чистую бумагу. Остальные он тоже упаковал и сунул Юань Цзинься за пазуху.

— Идём скорее, их лучше есть горячими!

Они разузнали, на каких пристанях бывают люди из Уаньбан, и отправились к ближайшей. Там стояли десятки лодок, было шумно и людно. Пока Ян Юэ искал флаг банды, Юань Цзинься заметила знакомую фигуру. Она присмотрелась и усмехнулась:
— Сегодня нам везёт! Сразу встретили того, кто нам нужен.

Ян Юэ проследил за её взглядом. У причала стоял рослый, широкоплечий мужчина. Он стоял к ним спиной и привязывал лодку. Его бамбуковая шляпа была низко надвинута на глаза.

— Брат, неужели старик отпустил тебя погулять? — Юань Цзинься обошла мужчину и весело заглянула ему в лицо.

Это был Се Сяо. Увидев её, он сначала опешил, а потом улыбнулся:
— Ты как здесь оказалась? А я как раз собирался тебя искать.

— Зачем это? — тихо подразнила его барышня Юань. — Тебе мало того, что ты натворил той ночью? Весь Янчжоу на уши поставил. Будь я твоим отцом, заперла бы тебя месяца на три под замок.

— Откуда ты знаешь... — Се Сяо осекся и подозрительно на неё посмотрел. В этот момент подошёл Ян Юэ и вежливо поклонился.

— А где госпожа Шангуань? — Юань Цзинься огляделась.
— Её здесь нет. Вчера возникли дела, и она уехала в Цзяньнин. Ещё не вернулась.