Глава 27

Услышав звон разбитой посуды, Гао Цин на мгновение замешкался. Но Юань Цзинься, не раздумывая, бросилась вперёд. Она с грохотом распахнула дверь и резко замерла.

Рука Лу И обхватывала талию Шангуань Си. Они стояли очень близко друг к другу. Самое главное — на лице госпожи Шангуань застыл испуг.

— Это... господин Лу, госпожа Шангуань — порядочная женщина! То, что вы делаете, совершенно непозволительно, — нахмурилась Юань Цзинься с видом праведного гнева.

Гао Цин и Ян Юэ промолчали, но по их взглядам было ясно: они тоже подумали, что сановник Лу решил применить к даме силу.

Несмотря на это, Лу И совершенно спокойно отпустил её.
— Я всего лишь проверял мастерство госпожи Шангуань, — нахмурился он. — Чего вы ворвались с таким шумом? Ты, убери здесь всё, — приказал он барышне Юань.

Шангуань Си уже пришла в себя. Её лицо снова стало бесстрастным.
— Я давно слышала, что мастерство господина Лу необычайно, — произнесла она. — Сегодня я убедилась в этом лично. Я признаю своё поражение. Моё почтение.

«Они правда просто тренировались?»

Юань Цзинься подозрительно переводила взгляд с одного на другого, но не заметила ничего подозрительного.

— Живее убирай и выметайся! — Лу И посмотрел на неё уже с явным раздражением.

Делать было нечего. Барышня Юань собрала осколки фарфора. Класть их было некуда, поэтому она подхватила их подолом платья и разом вышвырнула в озеро.

Услышав всплеск, Лу И усмехнулся. Он больше не обращал на неё внимания. Он снова закрыл дверь, повернулся к Шангуань Си и со вздохом произнёс:
— Жаль, что ваш молодой глава всё ещё страдает от внутренних ран. Иначе, учитывая его навыки, той ночью на корабле мы могли бы сразиться по-настоящему.

Видя, что госпожа Шангуань молчит, он продолжил:
— Стоит признать, он человек чести. Не сумев спасти Ша Сючжу на корабле, он с невылеченными ранами рискнул ворваться в здание суда. Едва сам там не остался. Полагаю, это доставило вам немало хлопот.

Шангуань Си подняла на него глаза. Она не подтверждала и не отрицала его слова.
— Раз господин сановник всё же пригласил меня для беседы, давайте перейдём к делу. Назовите вашу цену.

— Госпожа Шангуань действительно привыкла к бурям. Какая решительность! — Лу И одобрительно улыбнулся.

---

Юань Цзинься в бамбуковой шляпе скучала на палубе. Она разглядывала соседнее судно банды Уаньбан. На носу той лодки стоял молодой лодочник в соломенном плаще. За поясом у него виднелся короткий нож с рукоятью в виде акульей пасти. Заметив, что барышня Юань пристально смотрит на лодку, он сердито уставился на неё.

Юань Цзинься ничуть не испугалась. Она приняла вызов и уставилась ему прямо в глаза. Она смотрела на него нагло, даже не моргая.

Лодочник никогда не встречал таких девиц. Спустя некоторое время он почувствовал себя неловко и отвёл взгляд. Барышня Юань тряхнула головой и ещё раз оглядела его с ног до головы. Только после этого она успокоилась.

— Ты всё-таки девушка. Так пялиться на мужчину... Тебя могут неправильно понять, — Гао Цин видел всё это и не удержался от замечания.

Юань Цзинься повернулась к нему:
— Что понять?

Её глаза были ясными, взгляд — прямым и неподвижным. Гао Цину стало не по себе от такого пристального внимания. Он поспешил отойти.
— Что с тобой не так? Глаза не болят?

— Немного болят, — она несколько раз моргнула, давая глазам отдых. — Наставник говорил: сыщик должен быть полон праведного духа. Самое малое — нельзя отводить взгляд при встрече с противником. Нельзя уступать в решительности. Повернись-ка, давай с тобой попробуем!

— Ну уж нет! — решительно отказался Гао Цин.

Ян Юэ тоже вмешался:
— Не связывайся с ней. Она в этом деле мастера переспорит. Она так даже орла измором возьмёт.

«Взять орла измором» — это обязательный этап приручения дикой птицы. Охотник должен смотреть орлу в глаза, не отрываясь ни на миг. Сутки напролёт — это минимум, а три дня и две ночи — обычное дело.

Пока они разговаривали, из каюты вышла Шангуань Си. Она выглядела спокойной, лишь между бровей залегла складка. Она сдержанно улыбнулась Юань Цзинься и Ян Юэ. Не дожидаясь вопросов, она легко перепрыгнула на свою лодку. Молодой лодочник получил приказ и направил судно прочь. По воде разошлись круги.

— Ты видела того парня? Лицо красное, кадык не такой, как у обычных людей — он открыт, — Юань Цзинься толкнула Ян Юэ локтем. — Это мастер внутренних стилей. А нож на поясе — новенький, скорее для украшения.

— Мастер внутренних стилей... — присвистнул Ян Юэ. — И ты всё равно на него так пялилась?

— Просто смотрела, от меня не убудет. Чего мне бояться? — она придвинулась к его уху и прошептала: — Раз она берёт с собой таких охранников, значит, пришла подготовленной. Мы зря за неё переживали.

— Тебе жаль, что не удалось подраться? — усмехнулся Ян Юэ.

— Вовсе нет. Я вот думаю, может, это господину Лу жаль, что не удалось воспользоваться случаем... — Юань Цзинься хихикнула и тряхнула головой.

Вдруг краем глаза она заметила изысканную вышивку на подоле одежды Лу И. Она мгновенно среагировала и тут же сменила тон.
— Но господин Лу определённо не такой человек! Я сейчас обдумала своё поведение и раскаиваюсь. Как я могла судить о благородном человеке по своим ничтожным помыслам? Это было крайне неправильно!

Ян Юэ удивился лишь на мгновение. Благодаря многолетней дружбе он сразу всё понял.
— Хорошо, что ты это осознала, — громко отчитал он её. — Больше никогда не смей так думать о господине Лу.

Юань Цзинься закивала, как курица, клюющая зерно:
— Да-да, ты совершенно прав. Такой человек, как господин Лу... Его облик величественен, одежды прекрасны, словно цветы, а дух его велик и пребывает с нами...

Гао Цин не понял, что она бормочет. Но Лу И всё прекрасно расслышал. Он скрестил руки на груди и кивнул, перебивая её:
— «Облачный владыка» из «Девяти напевов». Не ожидал, что ты читала книги.

— Господин Лу, как вы здесь оказались? — Юань Цзинься обернулась и изобразила крайнее удивление.

Лу И не стал её разоблачать. Он небрежно спросил:
— А какие там последние две строчки?

— Вздыхаю, о господине помышляя...

Едва произнеся это, Юань Цзинься поняла, что попала в ловушку. Она инстинктивно замолчала. Последние строки звучали так: «Вздыхаю, о господине помышляя, и сердце моё полно тревоги и печали». Они описывали тоску по возлюбленному.

Лу И посмотрел на неё с лукавой усмешкой:
— Неужели ты в меня влюблена?

Лицо Юань Цзинься окаменело. В этот миг она была готова откусить себе язык. Хотела похвалить — и на тебе, процитировала классику на свою голову! Сама себя подставила. Будь она в другой ситуации, она бы выпалила: «Размечтался! Да чтоб я на тебя позарилась!» Но Ян Юэ вовремя больно ущипнул её за руку. От боли слова застряли у неё в горле.

— Господин Лу молод и талантлив. В столице полно девушек, которые в вас влюблены. Она не единственная, — с улыбкой ответил за неё Ян Юэ.

— Вот как? — Лу И слегка наклонился к ней, желая услышать ответ именно от неё.

Юань Цзинься уставилась на него, едва не задыхаясь от возмущения.
— ...Будем считать, что так. Если вам от этого радостно.

Лу И сделал вид, что задумался. Спустя мгновение он вздохнул:
— Это лишь лишние хлопоты. Радоваться тут нечему.

Он покачал головой и неспешно вернулся в каюту. Позади осталась Юань Цзинься, у которой от ярости едва пар из ушей не шёл.

Нарядная лодка продолжала медленно скользить сквозь туман и дождь.

Ян Юэ, укрывшись соломенным плащом, приставил ладонь козырьком к глазам и посмотрел вдаль.
— Почему до сих пор ничего не слышно? Неужели семья Чжай Ланье не заинтересовалась господином Лу? Быть не может... Цзинься, может, отдохнём немного?.. Ах ты, негодница! Если будешь и дальше дёргать, плащ развалится!

Юань Цзинься, которой некуда было деть свою досаду, принялась усердно выдирать соломинки из его плаща. Палуба была усыпана мусором.

— Подумаешь, просто при рождении удачно выбрал себе отца. С чего это все должны на него заглядываться? — ворчала она.

— Не говори так. Если честно... — Ян Юэ отступил на пару шагов, спасая плащ. — Даже если не брать в расчёт семью, господин Лу и лицом, и статью вышел. Ты разве не слышала, что в управе болтают? Говорят, будь сейчас жив красавец Вэй Цзе, он бы и тот ему уступил.

Юань Цзинься презрительно фыркнула:
— Тот самый Вэй Цзе, на которого люди до смерти засмотрелись? Мужчина должен быть либо ученым, либо воином. Какой толк от смазливого личика?

— В том-то и дело, что он и в науках силён, и в бою мастер.

Юань Цзинься на миг лишилась дара речи.
— Ну и что, — пробурчала она под нос. — Я тоже не промах.

Постепенно над озером поплыли звуки музыки. Ветер доносил их обрывками, но было ясно, что играют на нескольких лодках сразу. Юань Цзинься прислушалась и прикинула: поблизости было не меньше восьми-девяти судов.

— На какой же из них Чжай Ланье? — высматривал Ян Юэ.

— Я разузнала, — лениво отозвалась Юань Цзинься. — Барышня Чжай прекрасно разбирается в музыке и мастерски играет на цине.

Вскоре из тумана медленно выплыло большое судно. Оно было богато украшено резьбой и росписью. Оттуда лились чистые звуки циня, проникая сквозь пелену дождя. Присмотревшись, они увидели на фонарях иероглиф «Чжай». Должно быть, это была та самая лодка. Гао Цин поспешил в каюту доложить Лу И. Получив приказ, он велел лодочнику править на сближение.

Когда лодки поравнялись, Гао Цин громко произнёс:
— Мой господин услышал изысканную игру на цине и выражает своё восхищение. Не соблаговолит ли хозяйка встретиться с ним?

Спустя мгновение из каюты высунулась круглолицая служанка.
— Моя госпожа привыкла искать друзей через музыку, — сказала она. — Если хотите встречи, не желает ли ваш господин сначала исполнить свою мелодию?

Не дожидаясь ответа Гао Цина, Юань Цзинься радостно крикнула:
— Конечно, конечно! Подождите минутку!

Она вприпрыжку бросилась в каюту, напрочь забыв о недавней обиде.
— Господин Лу! — доложила она. — Эта барышня Чжай — непростая особа. Она хочет искать друзей через музыку... Скорее, сыграйте что-нибудь, пусть она послушает!

С этими словами она проворно подтащила к нему цинь и поставила прямо перед ним.

Она знала, что Лу И силён в боевых искусствах, но никогда не слышала о его музыкальных талантах. Юань Цзинься была уверена, что он не умеет играть. Она всем сердцем надеялась поиздеваться над ним.

Она была ещё молода, и все её детские чувства были написаны на лице. Разве мог Лу И этого не заметить? Он лишь мельком взглянул на её сияющее лицо и всё понял. Он не стал её разоблачать. Он опустил взгляд на струны и долго не поднимал рук, чтобы начать игру.