Глава 8

Восемь мокрых ящиков из черного камфорного дерева стояли в каюте. Лу И оценил их взглядом — размеры совпадали с теми, что называла Цзинься. Он уже хотел было приказать Ян Юэ открыть ящики, но, подняв глаза, обнаружил, что парня и след простыл. Ян Юэ, едва сгрузив ящики, умчался варить имбирный отвар для Цзинься, даже не дожидаясь распоряжений.

Будь это Цзиньи-вэй, никто не посмел бы и шагу ступить без приказа. А в «Шести дверях», похоже, дисциплина хромает на обе ноги. Лу И достал кинжал, срезал восковую печать, сбил медный замок и открыл ящик.

Золотой кувшин с драгоценными камнями и узором цапли, серебряный чайник с изображением черепахи и журавля, украшенный перьями зимородка, серебряный лев, большая нефритовая чаша с ручками в виде тигров... В восьми ящиках лежали горы золотой посуды, драгоценности, серебряная утварь, всевозможные изделия из нефрита, шелка и свитки с каллиграфией. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — стоимость всего этого баснословная.

В нижней каюте Цзинься уже переоделась в сухое и вытерла мокрые волосы. Как раз подоспел Ян Юэ с горячим имбирным отваром. Она выпила его залпом и наконец почувствовала, как тепло разливается по телу.

— Он точно хочет прикарманить эти подарки, — задумчиво произнесла она, закидывая в рот остатки имбиря со дна чашки.

— Да не может быть... — Ян Юэ все еще сомневался. — Мы же с тобой всё знаем, мы из «Шести дверей», он это понимает.

— А может, он сейчас придет, чтобы заткнуть нам рты, — предположила Цзинься.

— Ты имеешь в виду... вот это? — Ян Юэ провел ребром ладони по горлу.

Цзинься сначала изобразила руками форму золотого слитка:
— Скорее всего, сначала даст нам вот это, чтобы проверить, понятливые мы или нет. А если будем артачиться, тогда уже... — она резко провела рукой по шее.

У Ян Юэ вытянулось лицо:
— Я бы и рад быть понятливым, но если отец узнает... Ты рискнешь взять деньги?

Цзинься помедлила, затем неуверенно сказала:
— Шеф же велел нам не лезть в это дело. Так что нам всё равно, кто их украл и у кого они сейчас. К тому же, я столько времени в воде проторчала, не за спасибо же я мерзла? Взять плату за труды не грех... Кстати, а он-то зачем в воду полез?

Ян Юэ на миг опешил, потом вдруг встрепенулся и направился к выходу:
— Я там видел черный кунжут на кухне, пойду сварю тебе танъюань.

— Стой! — окликнула его Цзинься, подозрительно прищурившись.

Под её взглядом Ян Юэ заерзал:
— Ну... ты только нырнула, а он тут как тут. Я хотел соврать, но разве его обманешь?

— Ты...

Пока они оба нервничали, в дверь постучал матрос и передал, что господин регистратор Цзиньи-вэй приглашает их в верхнюю каюту.

— Точно заткнуть рты хочет?! — встревожился Ян Юэ. — Может, я сначала отцу скажу?

— Не суетись, пойдем глянем. Чего его бояться, — Цзинься потащила его наверх.

Постучав в дверь каюты Лу И, они услышали спокойное: «Войдите».

Войдя, они увидели Лу И. Он был одет в простой халат цвета лотоса, мокрые волосы распущены по плечам. Он полулежал в кресле из самшита, имитирующем бамбук, и хмуро разглядывал ящики на полу.

— ...Смотри, серебряный лев с перьями зимородка! — Цзинься толкнула локтем Ян Юэ.

Тот украдкой глянул и прошептал:
— ...Кувшин с золотым львом и цилинем, кубок с попугаем и личи... Тот кубок, небось, лянов пять весит.

— Не меньше, — цокнула языком Цзинься.

Увидев, что эти двое мелких сыщиков бесцеремонно шепчутся, Лу И холодно поднял брови:
— Вы тайком нырнули, чтобы присвоить эти дары себе, так?

Цзинься остолбенела. Ящики стоят у него в каюте, ясно же, что это он хочет их прикарманить, а теперь еще и с больной головы на здоровую валит!

Ян Юэ в панике замахал руками:
— Как можно, господин! Клянусь, мы ныряли только ради расследования!

— А глава Ян об этом знает? — продолжил допрос Лу И.

— Нет, — быстро выпалила Цзинься.
— Да, — одновременно с ней сказал Ян Юэ.

Они переглянулись. Лу И удивленно поднял бровь.

— Да.
— Нет.
Они снова ответили хором, поменяв показания. Цзинься злобно зыркнула на Ян Юэ: мол, чего ты показания меняешь? Обычно такой тормоз, а тут вдруг проснулся. Ян Юэ с досадой хлопнул себя по лбу.

Видя, как они путаются, Лу И остался весьма доволен и спросил, указывая на Ян Юэ:
— Как вы узнали, что ящики под водой? Говори.

— ...Э-э... м-м... — Ян Юэ под давлением обвинения растерялся и начал мямлить: — ...Ну, это... на ящиках был воск... ой, нет, воск был на полу... и следы... вот так мы и догадались...

Если поначалу Лу И еще терпел, то на слове «догадались» его терпение лопнуло. Он жестом остановил Ян Юэ и посмотрел на Цзинься:
— Теперь ты.

Цзинься развела руками:
— Честно говоря, просто ткнули пальцем в небо. Сами не ожидали, что так повезет и правда найдем их под водой.

— Вот как, — кивнул Лу И с каменным лицом. — Тогда попробуйте угадать, засуну ли я вас обоих в ящики и брошу в реку?

— Господин регистратор такой шутник, ха-ха... — Цзинься выдавила сухой смешок, но, видя ледяной блеск в его глазах, решила выложить правду: — Во-первых, солдаты не надышались благовониями, а выпили снотворное. Судя по следам в трюме, особенно от сапог, это сделали свои же. Их было не меньше шести, не считая тех, кто стоял на стреме. Во-вторых, если бы ящики вынесли с корабля, он бы стал легче, но осадка судна не изменилась со вчерашнего дня. В-третьих, воска в трюме было слишком много. Для простой защиты от сырости столько не нужно, значит, готовились погружать ящики в воду.

— Ты все это вычислила, но намеренно скрыла, и еще утверждаешь, что не собиралась присвоить? — медленно произнес Лу И.

— Ван Фансин и его люди под подозрением, я не могла сказать это при них, — заискивающе улыбнулась Цзинься. — К тому же мы не были уверены, что ящики под водой, хотели сначала найти, а потом доложить вам.

В эту вторую часть Лу И явно не поверил. Он отхлебнул чаю, прокручивая в голове поведение Ван Фансина. Его паника не выглядела наигранной. А вот его адъютант и некоторые солдаты вели себя странно... Кража такого масштаба — дело нешуточное. Организатор должен обладать авторитетом, быть как минимум младшим командиром, чтобы подбить остальных на такое.

Не успев допить чашку, Лу И уже все понял. Он поставил чашку и указал пальцем на Ян Юэ:
— Ты. Иди и пригласи сюда Ван Фансина и того адъютанта.

Ян Юэ опешил, но перечить не посмел и поспешил выполнять.

Позвать их сюда? Неужели Лу И хочет вернуть им дары? Цзинься терялась в догадках, что он задумал.

Вдруг Лу И снова заговорил:
— Если я правильно помню, вернувшись, вы сначала доложили главе Яну, а уже потом полезли в воду, так?

Раз уж он всё видел, отпираться было бессмысленно. Цзинься кивнула.

— Вы подробно доложили главе Яну о ситуации на корабле?

Цзинься насторожилась и ответила уклончиво:
— В общих чертах.

— Значит, глава Ян знает, что воры — это кто-то из своих на корабле.

— Он не знает, я не говорила ему о своих догадках, — Цзинься знала, что Цзиньи-вэй способны раздуть из мухи слона. Чтобы избежать обвинений в попытке кражи, она решила взять всё на себя. — Это было моё любопытство, я сама решила нырнуть и проверить.

Длинные пальцы Лу И постукивали по полированному подлокотнику. Он склонил голову, разглядывая её, и спустя некоторое время спросил:
— Ты служишь в ямене, зачем тебе торговать на ночном рынке?

— ...Это лоток моей матери. Ей нездоровилось, я помогала, — Цзинься не понимала, к чему этот вопрос.

Лу И кивнул:
— Похоже, ваша семья живет небогато. Неудивительно, что мать хочет выдать тебя замуж в семью учителя, чтобы сэкономить на плате за обучение.

— Вы... вы подслушивали! — Цзинься задохнулась от возмущения, лицо её залилось краской. Как он мог услышать такой позор?!

Лу И спокойно продолжил:
— Так что, нырнув в воду, ты на самом деле надеялась сорвать куш. Если не забрать всё, то хотя бы урвать кусок.

В этом он был прав. Глядя на содержимое ящиков, понимаешь: одной какой-нибудь вазы с цилинем хватило бы, чтобы забыть о нужде. Цзинься полезла в воду не только чтобы проучить наглеца, но и в надежде на легкую наживу. Теперь, когда её мысли были раскрыты, она молча сверлила его взглядом. Наконец, она развела руками с видом полной невинности:
— Господин, видит небо, я ничего не взяла. Все ящики у вас.

— Тебе действительно повезло, — бесстрастно заметил он.

Цзинься скрипнула зубами, но вслух возразить не посмела. Про себя же она кипела: «Я с утра пораньше полдня в воде барахталась, ничего не получила, чуть не утонула, а ты мне тут дело шьешь! Это называется повезло?! Да чтоб тебе так везло, и всей твоей родне!»

За дверью послышались шаги. Вошли Ян Юэ, Ван Фансин и адъютант.

— Э-э... это... это... — Ван Фансин с порога уставился на восемь мокрых ящиков.

Лу И встал и поклонился:
— Только что нашли. Не те ли это дары, что пропали с вашего корабля?

— Да, да, они! — Вне себя от радости, Ван Фансин забыл о приличиях и бросился проверять содержимое. Тем временем Лу И жестом велел Цзинься и Ян Юэ выйти. Цзинься, желая досмотреть спектакль, сделала вид, что уходит, но тихонько обогнула каюту и присела под окном.

Ян Юэ махал ей рукой, призывая уйти, но она не сдавалась и затащила его тоже подслушивать.

В каюте Ван Фансин убедился, что все сокровища на месте, и с облегчением выдохнул. Обернувшись к Лу И, он радостно спросил:
— Где вы их нашли?

— Прямо на вашем корабле.

— На нашем корабле? — удивился Ван Фансин.

— Ящики были спрятаны в водонепроницаемом отсеке на дне трюма. А как они там оказались, думаю, вам лучше спросить у вашего адъютанта, — Лу И улыбался, но взгляд его был острым как нож и направлен прямо на смуглого офицера за спиной Ван Фансина.

Ван Фансин резко обернулся, не веря своим ушам:
— Ша Сючжу?!

Адъютант по имени Ша Сючжу стоял прямо, грудь его тяжело вздымалась, а глаза злобно сверлили Лу И... Цзинься недоумевала, как Лу И узнал, что это дело рук Ша Сючжу. Рискнув, она приподнялась, чтобы взглянуть на адъютанта. Это был высокий мужчина, больше семи чи ростом. Из-за службы на границе его кожа была темной и грубой, а суставы пальцев — крупными и узловатыми, что выдавало человека, привыкшего к тяжелому труду или боевым искусствам.