Клод

Когда Лакш сказала, что хочет купить Эмму, я и правда на миг заколебался. Отдавать её прямо Империи мне не хотелось, но если через Лакш — может, это ещё было бы приемлемо, подумал я.

Я ненавижу Империю. Это правда. Но если смотреть на вещи трезво, приходится искать компромиссы. Мы злодеи. Мы движемся ради денег. Стоит потерять это из виду — и ничего хорошего не выйдет.

Как и сказала Лакш, нападать на имперскую компанию, возможно, с самого начала было уже чересчур. Но ходили слухи, что эта компания «творит бесчинства по разным местам». Слухи о том, что, прикрываясь властью Империи, они собирают сокровища отовсюду. И мне показалось, что будет чертовски приятно вырвать такую добычу у них прямо из-под носа, вот я и пошёл на это.

Но когда я услышал историю Эммы, стало ясно: та компания, скорее всего, выполняла особое задание. Что-то связанное с древней цивилизацией. С самого начала они искали именно Эмму и ради этого силой прочёсывали разные места. Вероятно, именно отсюда и разрослись те слухи. Никаких сокровищ они вообще не везли. Провал — полный провал. И вдобавок за всем этим стоял имперский премьер-министр Гарнетс, фигура совсем не мелкая.

Разумнее всего было бы тихо отдать Эмму и на этом закончить.

— Но я неразумен. Будь я разумным, я бы вообще не занимался разбоем.

Я ведь вспомнил. Тот момент, когда вошёл в карету и увидел лицо Эммы.

Давнее обещание.

Настало время его исполнить. Пусть я и злодей, но у меня всё равно есть честь, которую я обязан сохранить.

Эмма, скорее всего, и есть тот ребёнок из прошлого. Нет, даже если это не так, я всё равно должен сделать это. Иначе я стану настоящим чудовищем. А этого я хотел избежать. Ненавидел бы себя за это больше всего. Тогда, в прошлом, я как раз и хотел не стать таким.

Эмма разговаривает с такими чудиками, как я, Муракумо и Юри, без всякого страха, смеётся с нами открыто, без оглядки. И это вовсе не то, что можно считать само собой разумеющимся.

Бояться незнакомых людей — естественно. Не важно, королевской ты крови или простолюдин. Люди высокого положения — короли, знать — при встрече с чужими сперва принимают надменный вид, стараясь сразу занять верх.

А простолюдины, живущие в тесном мирке и почти не покидающие своей земли, начинают с того, что отвергают чужаков. Потому что больше всего на свете ненавидят перемены в своём мире. Для них неизвестное — не что иное, как страх. Они даже не пытаются понять.

Вот какие они — обычные люди. Я этого насмотрелся более чем достаточно.

Будь Эмма обычным человеком, она бы просто сжалась от страха, и мы, наверное, заперли бы её в какой-нибудь пустой комнате. А потом либо выдали бы Империи, либо продали Лакш — и на этом всё бы кончилось.

Но так не случилось.

Возможным это сделала сила, которую обрела Эмма. И уж точно это не та сила, с которой рождаются.

Муракумо сказал, что Эмма жила в лесу вместе с матерью. А раз они жили не в деревне и не в городе, а в лесу, значит, на то были свои причины. Может, они были преступницами. А может, у них был другой цвет глаз. Или кожи. Или они верили в другого бога.

Как бы там ни было, Эмма с самого рождения была чужой, и нетрудно представить, что ей приходилось терпеть притеснения. Наверняка это не прекратилось и после того, как она попала в замок в качестве принцессы. Эмма, конечно, сказала, что с ней «всё было в порядке», но к такому не привыкают. Я это знаю. Я сам не выдержал и в итоге скатился до злодея.

Но Эмма ни разу не отказалась от того, чтобы говорить с людьми и жить с улыбкой. Сколько бы раз её ни игнорировали, сколько бы раз ни смотрели на неё свысока, она, наверное, ни разу не пала духом.

Для меня Эмма была существом из разряда «а что, если?..»

— Так что я её защищу.

Есть и обещание, конечно, но если говорить совсем просто — Эмма мне нравится. Вот и всё.

Я спустился с гор в ближайший городок. Я часто пользуюсь этим местом, чтобы собирать сведения.

На этот раз я хотел разузнать о поисковом отряде Империи, который, скорее всего, скоро сюда явится. Здесь меня знают как странствующего торговца, и я нарочно продаю всякий хлам из нашей добычи.

Ценные вещи сбывать нельзя: сразу начнут копать, откуда они взялись. Так что иметь дело с тем, что может оставить след, мне невыгодно.

Даже покупки в городе я свожу к необходимому минимуму. В маленьком городке слухи о том, кто и что купил, разносятся с поразительной скоростью. Люди начинают подозревать по сущим пустякам. Поэтому, когда возможно, я стараюсь закупаться через Лакш. Правда, это обходится дороже.

Исключение только одно — алкоголь. Если человек пьёт, никому и в голову не придёт счесть его подозрительным. Просто подумают: «Любит выпить».

Но даже тут, если пить слишком много, начнут задаваться вопросом, откуда у тебя деньги на выпивку. Так что я пью только на то, что зарабатываю в этом городе. Чтобы меня наконец начали воспринимать как своего, мне понадобился почти год регулярных походов в таверну. Теперь и хозяин, и местные завсегдатаи встречают меня уже по-доброму.

Я разложил принесённый товар на площади, поставил цену чуть повыше, а потом, позволив покупателям её сбить, распродал всё. Вышел вполне приличный заработок. Раз уж мне это изначально ничего не стоило, уйти в минус тут просто невозможно.

Заодно я собрал сведения от покупателей и других торговцев на площади. По всему выходило, что Империя стягивает немало солдат, чтобы искать логово разбойников. Кроме того, допросили, похоже, почти всех жителей города. Я прямо видел, в какой они ярости.

После этого я направился в таверну.

— Давненько тебя не было.

Окликнул меня знакомый голос.

— Уезжал по делам далеко отсюда.

— Хорошо заработал?

— Так, понемногу.

Мы перекинулись такими вот ничего не значащими фразами.

Сведения об имперской компании, на которую мы напали, я, кстати, тоже получил здесь. Заказывая выпивку, я держал уши открытыми. Теперь главным предметом разговоров стало то, что неподалёку на эту компанию напали разбойники.

Для меня это было очень кстати.

Я сразу же сам заговорил об этом с лысым хозяином таверны.

— Похоже, дело принимает неприятный оборот? Меня по дороге сюда тоже солдаты допрашивали. Морока ещё та, хотя я вообще ничего не знаю.

— Ещё бы. Имперская армия сейчас крови жаждет. Собираются прочёсывать горы, представляешь.

— Прочёсывать горы? Но тут же кругом одни горы. Их тут больше, чем жителей в этом городе. Неужели они правда думают так легко кого-то найти?

— Да вряд ли. Скорее, делают это для вида. Если после нападения разбойников они ничего не предпримут, совсем потеряют лицо. Да и сверху им потом влетит. Тяжёлая у солдат работа.

С этими словами хозяин поставил передо мной заказанную выпивку.

Первую кружку я осушил одним махом и тут же заказал вторую.

— И кто там командует солдатами? Надеюсь, не какой-нибудь никчёмный аристократ?

Спросил я в шутку.

— В имперской армии происхождение ничего не значит. Там всё решают заслуги. Сейчас поисками методично занимается какой-то серьёзный военный, но вроде бы скоро из столицы пришлют мага. Вот тогда он и примет командование.

— Мага? В Империи? Разве они не истребили их всех подчистую?

— Нет, остался один маг по имени Эуген, предавший Гримуар. Говорят, тип заносчивый, и солдаты его не жалуют. Я тут уже наслушался на него жалоб от тех, кто сюда заходил.

Хозяин усмехнулся.

— Тогда, значит, и прочёсывание гор у них пойдёт не слишком-то гладко?

— Ну, всё-таки он маг, а значит, искать умеет. Наверное, будет с помощью хрустального шара или ещё чего-нибудь высматривать логово разбойников.

Маги бывают разные. Как и говорит старик, одни способны разве что гадать — сбудется или нет, — а другие, вроде Юри, могут практически всё. Раз его ценит Империя, значит, магические способности у этого Эугена должны быть приличные. Недооценивать его нельзя.

— Магия, значит. Да хоть магия, хоть ружья — лишь бы всё это поскорее закончилось. А то делу только мешает.

— И не говори.

Ответил уже не хозяин, а кто-то из посетителей. Я допил вторую кружку и заказал третью.

— Кстати, а что вообще эти разбойники украли? Должно быть, что-то невероятное?

— Этого, похоже, никто не знает. Даже солдатам ничего не сообщили. Поначалу шли разговоры о каком-то «великом сокровище», но что-то история мутная.

Сказав это, хозяин нарочно понизил голос.

— Похоже, дело связано с древней цивилизацией.

Это нетрудно было предположить любому, у кого есть голова на плечах. Всем известно, как Империя одержима древними цивилизациями. Но раз об Эмме никто не знает, значит, это, вероятно, держат в тайне.

Всё, что мне было нужно, я уже узнал. Если расспрашивать дальше, это будет выглядеть подозрительно.

Допив третью кружку, я молча поднялся из-за стола.