Глава 10.2

— Чёрт побери! Что там у вас с поисками?! Вы их ещё не нашли?!

Эуген, прибывший из имперской столицы, начал орать сразу же, как только добрался до горного перевала, где атаковали его отряд.

С собой он привёл троих способных магов из числа своих учеников.

Ученики стояли позади Эугена, низко надвинув капюшоны, и одним своим видом давили на солдат.

— Никчёмные идиоты! У вас были ружья, а вы так опозорились перед каким-то рыцарем и магом! Гарнетс-сама в ярости! Даже не думайте возвращаться в Империю, пока не найдёте этих воров!

Солдаты смотрели на Эугена с отвращением. Им совсем не нравился этот жирный маг, который лебезил перед начальством и был жесток к подчинённым.

— Однако, Эуген-сама. Даже если воры и скрываются в горах, тут сплошь опасные вершины, а район поисков слишком велик. Это будет не так просто…

Офицер, командовавший поисками, высказал свои опасения. Это был прекрасный солдат, верный своему долгу, и он ясно понимал: сколько бы людей сюда ни стянули, эта миссия легко не завершится.

— Хмф, без своих ружей вы просто жалкие простолюдины. С помощью моей магии найти, где прячутся воры, проще простого.

Эуген посмотрел на офицеров сверху вниз и начал читать заклинание звучным голосом.

Выглядел он при этом надменно и вычурно, словно намеренно красовался тем, что «творит великую магию».

Размашисто поводив своим броским посохом, Эуген пробормотал:

— Хе-хе, вижу.

Одновременно с этим тонкий свет, исходивший от кольца на его правой руке, указал куда-то примерно на середину ближайшей горы.

— В конце этого света стоит старая крепость. Там и логово воров!

— О-о-о!

Офицеры и правда были впечатлены. Как человек Эуген им не нравился, но его магию они ценили очень высоко.

Солдаты впереди шли с топорами и мечами, прорубая заросли, а группа Эугена продвигалась следом.

Поскольку им приходилось идти по бездорожью в горах, двигались они совсем не быстро.

И всё же мысль о том, что впереди ждут те самые напавшие, опозорившие Империю, сама собой придавала сил.

Но—

— Эуген-сама, сколько ещё нам идти до места назначения?

Спросил Эугена один из офицеров, уже не скрывая раздражения.

Хотя выступили они ещё до полудня, небо уже начинало наливаться багрянцем.

Сколько бы солдаты ни шли, пейзаж вокруг ничуть не менялся, и их всё сильнее охватывало ощущение, будто они бродят по кругу.

— …Уже недалеко. Совсем скоро мы придём, совсем скоро!

Эуген тоже начал нервничать. Место, на которое указывало кольцо, не должно было быть так далеко, однако они всё никак не могли до него добраться. Более того, судя по пройденному расстоянию, они давно должны были перевалить через целую гору, но всё продолжали бесконечно карабкаться вверх.

(Что-то здесь не так… Неужели поставили барьер, сбивающий путников с пути? Нет, быть того не может. Чтобы меня одурачил барьер какого-то заурядного мага…)

После того как он уже так расхвастался перед солдатами, отступать было поздно.

— Эуген-сама.

Почтительно заговорил один из его учеников.

— Уверен, вы уже и сами это поняли, но, похоже, здесь поставлен барьер. Прошу простить нас — мы только сейчас это осознали.

— Так вы наконец заметили, болваны?!

Эуген тут же воспользовался случаем, чтобы отругать ученика.

— Из-за вас мне пришлось зря тратить время, проверяя вашу никчёмность!

Эуген решил целиком переложить ответственность на учеников.

— Да, простите нам нашу незрелость. В качестве искупления позвольте нам разрушить этот барьер.

Ученики к такому давно привыкли. Служа при Эугене уже долгое время, они прекрасно знали, как обращаться со своим учителем. И вовсе не ненавидели его. При всех своих неприятных качествах как наставник по магии он был первоклассным. Поэтому ученики нередко подстраховывали Эугена.

— Хорошо.

Высокомерно разрешил Эуген.

Сразу после этого трое учеников начали читать заклинания. Наслаивая их друг на друга, точно в хоровом круге, они усиливали эффект и наращивали магическую мощь. Каждый из них по отдельности был вполне способным магом, но по-настоящему их сила раскрывалась именно в группе. Это тоже было плодом наставничества Эугена.

Под действием их магии пейзаж вокруг начал понемногу меняться. Пространство, искажённое барьером, пыталось вернуться в норму.

— Вот оно!

Вскрикнул один из солдат. В конце светового луча, исходившего от кольца Эугена, они увидели очертания старой крепости.

До неё оставалось уже совсем недалеко.

— Наглые воры! Сейчас вы получите своё наказание!

После того как его заставили блуждать впустую, Эуген уже не скрывал гнева — на его лбу вздулись вены.

Солдаты подняли ружья, готовясь по приказу перейти в атаку.

— Итак, вы всё-таки сумели прорваться через барьер.

Впереди на их пути появился беловолосый мужчина.

Из пустоты — из места, где ещё миг назад никого не было.

— И всё же сломать его — достойно похвалы. В вас есть определённый талант.

Это был Юри. Стоя перед имперской армией без малейших признаков волнения, он похвалил тех, кто разрушил его барьер.

— Юри! Ты ублюдок, ты жив?!

При виде Юри, которого он считал убитым, лицо Эугена исказилось от потрясения.

— Эуген. Заклинание, которое ты наложил на Эмму и карету, было довольно искусным, но, впрочем, для тебя это вполне естественный уровень. К сожалению, особого прогресса в твоей магии я не вижу. Похоже, ты всё так же распыляешься на пустяки и не можешь как следует сосредоточиться на магии.

Юри нахмурился. Даже когда дело касалось врага, его интересовала только магия.

— Я спрашиваю, почему ты жив! Я должен был тебя убить!

— А, точно, ты ведь выстрелил мне в спину из ружья, да? Но если ты маг, не лучше ли было бы воспользоваться магией?

Когда Эуген предал Гримуар, он и правда выстрелил Юри в спину из ружья.

Он не стал использовать магию, потому что боялся, что Юри почувствует её в тот самый миг, когда она будет активирована. Чтобы убить Юри — единственного мага, которого признавал сильнее себя, — Эуген отказался даже от собственной гордости мага.

— Впрочем, что так, что так — всё равно было бессмысленно. Тот Юри, в которого ты стрелял, был иллюзией. Мне это было удобно, так что я просто притворился мёртвым. Но ты правда не заметил? Я думал, ты всё понял и просто решил оставить меня в покое. У тебя совсем нет чутья к магии.

— Стреляйте! Стреляйте!

Завизжал Эуген, словно безумец. Солдаты, уже державшие Юри на прицеле, разом открыли огонь. Юри тут же провёл узоры по левой руке, и в пространстве перед ним развернулся синий магический круг.

Он отразил все пули, выпущенные в него.

— Невозможно! Барьер, способный остановить пули, невозможен!

Глаза Эугена расширились. Ему были известны магические барьеры, способные блокировать физические объекты. Он и сам умел такими пользоваться. Но они не были всемогущими. По прочности они едва дотягивали до деревянной доски. От стрел защититься ещё можно, но остановить куски железа, выпущенные взрывом пороха, почти невозможно.

— Ты не можешь, потому что сам считаешь, что не можешь. Магия способна на всё. Если чего-то ещё нет — просто создай это. Пользоваться только той магией, которой тебя научили, — вот твоя плохая привычка, Эуген.

Юри сказал это так легко, будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся. Но это и было высокомерие гения. Магия насчитывала тысячелетнюю историю и достигла совершенства в процессе шлифовки. Поэтому обычно магию следовало изучать, а не создавать. Таков был общепринятый взгляд. Уже сама мысль о том, чтобы придумать нечто новое, считалась ересью.

— Не смей насмехаться надо мной!

Эуген начал читать заклинание. В отличие от того раза, когда он искал крепость, сейчас он сплетал слова с невероятной скоростью, не заботясь о том, как выглядит со стороны. И это тоже было доказательством его постоянных усилий.

— [Огненный волк!]

Наконец он направил посох на Юри. С его конца возник сотканный из пламени волк.

— Как и всегда, ты хорош лишь в том, чтобы пользоваться уже существующей магией.

Юри ничуть не запаниковал, хотя огненный волк уже мчался к нему.

Магия, которую использовал Эуген, была довольно продвинутым заклятием. Огонь, наделённый волей, который преследует врага где угодно и не боится ни мечей, ни ружей, — без преувеличения, смертельная техника.

В ответ Юри провёл узоры уже по правой руке и одновременно коротко произнёс древние слова.

— [Замри], — сказал он.

И огненный волк, уже подступивший совсем близко к Юри, остановился. Красное пламя стало превращаться в белые кристаллы льда.

— Пламя замёрзло?! Это невозможно!

Эуген не смог сдержать возмущения перед абсурдностью магии Юри.

— Вот поэтому ты ни на что и не годишься — всё твердишь «невозможно» да «так нельзя». Магия тем и занимается, что делает невозможное возможным.

Щёлкнув пальцами правой руки, Юри разбил огненного волка, превратившегося в ледяную глыбу.

— Да как…

Толстый маг рухнул на колени. Он был потрясён тем, как легко разрушили его коронную магию.

— Половина солдат — обходите вражеского мага с тыла! Барьер только спереди! Остальные — подавляющий огонь! Мы тоже поддержим магией!

Приказы начал отдавать уже не Эуген, а один из его учеников. Он сразу же верно определил слабость физического барьера, остановившего пули.

— Верное решение. Но слишком медленно.

Юри улыбнулся.

— А вот и страшный рыцарь пришёл.

Перед солдатами встал черноволосый рыцарь, преградив им путь с мечом в одной руке.

— Дальше дороги нет.

На лице Муракумо появилась хищная, жёсткая улыбка.