Истинный смысл последнего экзамена

Чэнь И изо всех сил старался нацепить на лицо маску предельной серьёзности, хотя в мыслях изрыгал проклятия, от которых покраснели бы даже портовые грузчики.

«Да что ж это за дрянь такая! Собачья работа! Как же, чёрт возьми, сложно!» — мысленно вопил он.

Изображать, что тебя теснит этот неуклюжий увалень, — задача не для слабонервных. А уж делать вид, что пропускаешь удары, которые читаются ещё до того, как противник сжал кулак, — это вообще высший пилотаж актёрского мастерства. Будь это настоящий бой, Чэнь И уже давно отправил бы этого великовозрастного болвана, не имеющего ни малейшего понятия о технике боя, на тот свет одним точным ударом.

Однако У Цзянъюнь, похоже, поймал кураж. Обретя уверенность, он начал кое-как применять то, чему его учили последние три месяца. Движения стали чуть менее хаотичными, а удары — чуть более осмысленными.

Лицо инструктора Цзя Ши, до этого черное, как грозовая туча, наконец-то приобрело... относительно нормальный оттенок.

Подгадав момент, Чэнь И разыграл грубейшую ошибку: якобы потерял бдительность, открылся и позволил У Цзянъюню опрокинуть себя на лопатки.

У Цзянъюнь, чьё сердце колотилось где-то в горле от переизбытка адреналина, тут же рухнул сверху, вцепившись в противника мертвой хваткой, словно боялся, что тот испарится.

— Я... я победил? — завопил он, заикаясь от восторга, и повернул голову в сторону судьи. — Инструктор! Инструктор! У-у-у, я правда победил?!

Цзя Ши явно не горел желанием отвечать, но, глубоко вздохнув и натянув дежурную улыбку, произнёс:

— Да. Победа присуждается... У Цзянъюню.

Сы Цзюньни едва заметно скривила губы. Ей показалось, что инструктор выдавил эти слова с таким скрежетом зубовным, что на его шее вздулись вены.

У Цзянъюнь разрыдался от счастья. Слёзы брызнули из глаз, как из перерезанного шланга, а сам он начал бормотать что-то нечленораздельное.

Остальные члены учебного отряда, искренне радуясь за товарища, гурьбой бросились обнимать победителя. Сцена выглядела донельзя трогательной, но в голове Сы Цзюньни всплыло лишь одно определение: «Горячие головы и беспросветные идиоты».

Тем временем Чэнь И с выражением глубокой скорби и негодования поднялся с земли.

— Докладываю, капитан! Я проиграл! Противник... противник был...

Чэнь И полдня готовил себя к этому моменту, но так и не смог заставить свой язык повернуться, чтобы похвалить У Цзянъюня. Совесть взбунтовалась. В итоге, махнув рукой и зажмурившись, он выпалил:

— Это моя ошибка. Готов понести наказание.

Воцарилась тишина. Чэнь И выглядел настолько «убитым горем», что бурные празднования показались бы неуместными.

«Горячие головы», хоть и были наивными простаками, сердца имели добрые. Они тут же переключились на проигравшего.

— Ты был великолепен, правда! — начали утешать его бойцы. — Просто У Цзянъюнь внезапно выдал серию...

— Да, брат Чэнь И, ты очень сильный! — поддакнул сам У Цзянъюнь с невинным и глуповатым видом.

От этого «утешения» у Чэнь И едва не лопнуло терпение. Он бросил молящий взгляд на своего капитана: «Спаси меня от этого позора!»

Капитан же, чьи глаза смеялись, несмотря на суровое лицо, перехватил этот взгляд. После короткой немой перепалки он рявкнул, изображая свирепость:

— Чэнь И! А ну тащи свою задницу сюда! Проиграть школьнику, который даже аттестат не получил?! Позор! Штраф — лишение зарплаты на шесть месяцев! И будешь стирать форму на весь отряд целый год! С глаз моих долой, ничтожество!

— Вас понял! — с облегчением выдохнул Чэнь И, словно ему только что простили смертный грех.

Теперь неловко стало уже У Цзянъюню. Он засеменил следом за уходящим «проигравшим»:

— Брат... прости, я не хотел... Я сам не ожидал, что я такой крутой... Брат, а сколько у тебя зарплата за полгода? Я возмещу... Брат...

Чэнь И был на грани срыва. Ему хотелось заорать: «Да отвали ты от меня!», но роль требовала молчания.

Сы Цзюньни всё поняла. Уголки её губ дрогнули в усмешке. Смысл последнего экзамена стал кристально ясен. Это был спектакль. Правда, никто не ожидал, что в первом же раунде попадётся У Цзянъюнь — элитный S-ранг с уникальной особенностью: «Силен с сильным, слаб со слабым, истинный уровень неизвестен».

Спектакль едва не провалился. Те, кто был поумнее в отряде, уже почуяли неладное. В конце концов, с чего бы генералу Му и толпе офицеров приходить смотреть на договорные матчи? Сомнения и подозрения витали в воздухе.

В этот критический момент Сы Цзюньни поняла: её выход. Если не вмешаться, этот цирк... может закончиться провалом всей педагогической затеи.

Поэтому, когда инструктор Цзя Ши спросил, кто следующий, рука Сы Цзюньни взмыла вверх.

Ей, возможно, показалось, но она готова была поклясться, что все присутствующие — кроме «горячих голов» из учебки — дружно выдохнули с облегчением. Сяо Эньцзэ с любопытством и азартом уставился на неё: как же она выкрутится из этой ситуации?

Вечно хмурое лицо Цзя Ши озарила улыбка.

— Отлично! Сы Цзюньни, на выход!

Сы Цзюньни с каменным лицом вышла в центр плаца. Высоко подняв голову, она сложила руки в традиционном приветствии перед строем солдат Заставы Динбэй:

— Сы Цзюньни. Пробуждённый четвёртого этапа.

Ответ не заставил себя ждать. Из строя военных вышел крепкий боец.

— Чжао Сэнь. Первый легион Заставы Динбэй. Пробуждённый пятого этапа. Прошу наставлений.

Только сейчас до многих дошло: Сы Цзюньни уже достигла четвёртого этапа!

— Сестра Ни! — восхищённый шёпот пронесся по рядам новобранцев. — Вот это уровень! Не зря она наша королева!

Бой начался мгновенно. Все взгляды прикипели к двум фигурам в центре.

Сы Цзюньни, верная своей привычке, атаковала первой, захватывая инициативу!

Чжао Сэнь отступил на шаг, гася инерцию её удара, и тут же контратаковал, метя в плечо...

Схватка была яростной. Удары — тяжёлыми, звук столкновения плоти — глухим и жёстким. По сравнению с предыдущим балаганом, разница была колоссальной.

У Цзянъюнь смотрел, разинув рот. Если бы против него вышел этот Чжао Сэнь, он бы, наверное, отправился в нокаут с первого же щелбана.

Сам Чжао Сэнь перед выходом переживал, что ему придётся участвовать в фарсе, подобном первому бою. Актёр из него был ещё хуже, чем из Чэнь И. Но теперь он успокоился. Эта девушка-саппорт оказалась невероятно талантливой! Её навыки рукопашного боя впечатляли даже больше, чем её основная способность.

В нём проснулся азарт. Но тут он вспомнил о приказе... Едва Чжао Сэнь собрался «случайно» подставиться и проиграть, как Сы Цзюньни, сблизившись в клинче, тихо шепнула:

— Забудь пока обо всём. Давай просто нормально подеремся. Брат Сэнь, не сдерживайся!

Глаза Чжао Сэня загорелись. Солдаты получили приказ аккуратно проиграть курсантам, но сути этого приказа не понимали и, честно говоря, тяготились им. А вот предложение подраться по-настоящему — это совсем другое дело!

Чжао Сэнь послушно врубил полную мощность. Его удары стали жёсткими, безжалостными, нацеленными на то, чтобы нанести реальный урон.

Сы Цзюньни только этого и ждала. Её глаза сверкнули. Она мгновенно подстроилась под ритм Чжао Сэня. В ход пошла даосская техника перемещения: шаги стали лёгкими, почти невесомыми, движения — непредсказуемыми.

Чжао Сэнь вдруг почувствовал себя неуютно. Ему казалось, что он бьёт по воздуху или по воде — сила уходила в пустоту. Он начал нервничать.

Одно дело — поддаться, и совсем другое — проиграть по-настоящему. Если он проиграет всерьёз, то одним наказанием дело не ограничится — сослуживцы засмеют! Позора не оберёшься на год вперёд!

Ни о какой жалости больше не шло и речи. Чжао Сэнь дрался на пределе возможностей, пытаясь победить любой ценой. Но даже так он не мог нанести Сы Цзюньни критического удара.

Му Инцай и Лун Сяо переглянулись с довольным видом. Ситуация, которая грозила превратиться в фарс, была спасена умелыми действиями Сы Цзюньни.

Присутствующие мастера высокого уровня видели происходящее куда глубже, чем новички. Это была не просто драка — это была демонстрация высшей школы боевых искусств, древней техники, которую не освоить без десятилетий упорных тренировок.

Если Чжао Сэнь проиграет — это будет не стыдно.

Но чего никто не ожидал, так это того, что Сы Цзюньни... решит добавить драмы!

Чжао Сэнь выбросил ногу в прямом ударе. Он просто хотел остановить её напор, создать дистанцию и хоть раз попасть по ней, чтобы не выглядеть полным профаном.

И вдруг, ко всеобщему изумлению, Сы Цзюньни, которая до этого уклонялась от всего, приняла удар на себя и отлетела, словно тряпичная кукла!