Возмездие

У учеников класса В были разные мнения по делу Ике и Ямаучи. Но поскольку все поверили тому, что сказали им Хондо и Миямото, по крайней мере, никто не думал, что Ике и Ямаучи виновны. Уже на следующий день большинство парней спросили двух интересующих их людей об этом инциденте. Несмотря на то, что часть их обычного энтузиазма, конечно, вернулась, Ике и Ямаучи все еще были немного напряжены. Они не только подвергались риску исключения, но и их репутация в классе, особенно среди девочек, еще больше ухудшилась. Теперь дело было не только в том, что они были парой надоедливых извращенцев. На этот раз они подвергли класс риску. В конце концов, класс Ичиносе был всего в 126 очках от нас. Например, если их отстранение обойдется нам в 60 очков каждому, то мы в критической опасности. Еще немного, и нас понизят до класса С.

Класс молчал, особенно после того, как Хирата и остальные передали нам то, что Чабашира-сенсей сказала им вчера. В любом случае, мы уже уговорили Ике и Ямаучи согласиться сообщить классу об инциденте в 12.

Когда урок закончился, Ике, Ямаучи и Хорикита проследовали в конференц-зал вместе с Чабаширой-сенсей.

Хирата провел некоторое время с Каруизавой и ее друзьями, поэтому мы с Кикё остались в классе, ожидая окончания встречи. Мы заняли два места и передвинули их прямо рядом друг с другом (ее идея).

— Ты беспокоишься о Хориките? — спросил я.

— Хм? Нет, это не так. С чего бы мне беспокоиться? — Кикё ответила свирепым взглядом.

— Понятно. Значит, ты в ней уверена. — пошутил я.

— Я ударю тебя, Киётака-кун. — На ее лбу были видны вены. Ну, нет, это не так. Я почувствовал это.

— Я шучу. Однако я беспокоюсь. Возможно, она не сможет проявить себя с лучшей стороны. — сказал я.

Когда мы спросили Чабаширу-сенсей о деталях так называемого «слушания», она сказала нам, что оно будет проведено студенческим советом во главе с президентом студенческого совета. Хорикита мгновенно напряглась, услышав это.

— Президент Хорикита, да? Что с ними обоими? — спросила Кикё.

— Я действительно не знаю. Может быть, у Хорикиты есть некоторые проблемы с уверенностью, когда ее брат рядом. — ответил я, пожав плечами.

— Это правда. Хорикита-сан изначально была отнесена к классу D, так что я предполагаю, что причина в этом.

Поговорив о Хориките, мы с Кикё рассказали о том, что происходило в наших отдельных группах друзей. В разгар нашего разговора она вдруг спросила что-то странное.

— Ты хочешь девушку, Киётака-кун?

На ее лице было выражение любопытства, но язык ее тела излучал нервозность и беспокойство.

— Ты имеешь в виду, как обычный старшеклассник, наверное, да?

— Т-Тогда… Если девушка признается в своих чувствах к тебе… Ты бы принял их?

Беспокойное выражение лица Кикё было таким очаровательным, что я подумал, что она снова использует свою милую маску. Тем не менее, любой может сказать, что ее нервозность была подлинной. Я решил ответить серьезно, а не шутить.

— Хм… Я думаю, это все еще зависит от того, кто эта девушка. Я бы, наверное, отверг ее, если бы ничего о ней не знал. Но, конечно, я все равно выразил бы свою благодарность.

— Хорошо… Но что, если это кто-то из класса В? Ты близок со всеми девочками в нашем классе, верно?

Ну, я, наверное, дружу с каждой девочкой в нашем классе, но я не склонен говорить, что мы близки.

— Если она одноклассница, да? Это довольно сложно. Честно говоря, я бы потерял дар речи. В конце концов, у меня нет никакого опыта в таких вещах, как романтика.

Кикё внимательно слушала.

— Почему ты спрашиваешь, Кикё? — Я думаю, что это должен был быть мой первый ответ.

— Мне просто было любопытно — ответила она с усмешкой.

— Здесь только мы вдвоем. Тебе не нужно лгать с такой милой улыбкой. — Я прищурил глаза.

— Это нехорошо, Киётака-кун. Ты не можешь легко назвать улыбку девушки «милой». Она наверняка поймет это неправильно — сказала Кикё.

— Не уклоняйся от темы, читая мне лекции. Ответь на мой вопрос серьезно, как я ответил на твой.

Столкнувшись с моим настойчивым допросом, Кикё могла только промычать.

— У-Ух… Я не могу этого сказать… — она надула губы.

Я уставился на Кикё, продолжая молчать.

— А, хорошо… Я думаю, что девочка из нашего класса планирует в ближайшее время признаться в своих чувствах к тебе. Это должно быть секретом, но вот мы здесь. Обязательно веди себя соответственно, когда это произойдет, хорошо? И не доноси на меня! — сказала она.

— Понятно… Ну, я думаю, это нормально. Не похоже, что девушка, о которой ты говоришь, смогла бы что-то сказать, даже если бы я не притворялся удивленным. Все в классе B знают, какой я.

— Я… я полагаю, что это правда.

— Ничего, если я спрошу, кто эта девушка? — спросил я, мое любопытство взяло надо мной верх.

— Конечно, нет. Просто будь доволен этим. Все должно было оставаться в секрете, но ты заставил меня проболтаться…

— Ты начала эту тему. Технически это твоя вина.

— Н-но если бы я ничего не сказала, ты бы просто заподозрил, что я спрашиваю для себя!

— Возможно, ты права.

— Видишь?!

Я удивляюсь… Если Кикё не решила создать свою идеальную личность, будет ли всем по-прежнему нравиться эта ущербная девушка передо мной? Поскольку ответ, скорее всего, отрицательный, я думаю, у меня нет другого выбора, кроме как принять реальность того, что эта Кикё никогда не выйдет на поверхность. Она будет похоронена во лжи своей фальшивой доброты и доброжелательности… И я буду там, чтобы сопровождать ее.

— Киётака-кун… — Кикё пробормотала мое имя, глядя в сторону.

— Хм?

— Если… Я буду той, кто пригласит тебя на свидание… Ты бы сказал «да»? — спросила она.

— Да, я бы так и сделал — мгновенно ответил я.

— -?! — Кикё со вздохом повернула голову. — Заткнись! Ты не можешь так отвечать, идиот! Ты должен перестать быть спокойным и просто смущаться, черт возьми! Ты не имеешь права дразнить меня! Все должно быть наоборот!

Конечно, Кикё знала, что я говорю неправду.

— Око за око. Я же тебе говорил: бесполезно пытаться добиться от меня реакции. У меня нет никакого романтического опыта, но это не делает меня легкой мишенью для поддразнивания. — сказал я, прежде чем отвернуться. — Даже если бы я был смущен, ты не увидишь этого на моем лице, если я буду достаточно стараться.

— Э-Э-? — Расстроенное выражение лица Кикё внезапно стало растерянным.

— Проехали. Слушание должно уже закончиться.

Я встал и направился к двери.

— Подожди! Что ты имел в виду под этим?! Тебе действительно неловко? — спросила она.

— Нет, не правда — ответил я, не глядя на нее.

— Это нечестно, ты лжец! Эй, не оставляй меня здесь!

Когда мы с Кикё прибыли на место, мы все еще могли слышать голоса из комнаты. Мы решили остаться и подождать. Из того, что я могу разобрать из их слов, кажется, что они заканчивают. Но прежде чем мы смогли принять Хорикиту и двух других, прибыла группа людей во главе со знакомым лицом.

— Ой? Это не Кикё? Я ожидал увидеть тебя здесь, но не с этим парнем. Где Хирата?

Согласно списку, это был Рьюен Какеру из класса D. За ним стояли Ода Такуми, Номура Юдзи и Ямада Альберт.

— Рьюен-кун… У Хираты-куна были другие дела… — ответила Кикё.

— Эй, ты. Ты ведь Аянокоджи, верно? Ты один из умников класса D, а еще ты быстро плаваешь. — Рьюен обратился ко мне с ухмылкой.

Знание основных игроков класса В не так уж удивительно. Судя по его словам, Мии-чан, Мацушита и Юкимура также могут быть на его радаре. Я сразу могу сказать, что он не простой человек. Он сможет сказать несколько вещей, если я отвечу, но то же самое произойдет, если я решу промолчать.

— Хех. Интересно. Ну, неважно. Я здесь, чтобы забрать своих одноклассников. Но все же я не могу поверить, что Ике и Ямаучи набросятся на Киношиту и Манабе. Если бы нас там не было, кто знает, что могло бы случиться?

— Ике-кун и Ямаучи не стали бы делать таких вещей! — Кикё ответила решительно, хотя и мягким голосом.

— Хо? Значит, ты утверждаешь, что две жертвы лгут? Разве Киношита и Манабе не твои друзья, Кикё?

— Это…

— Ты готова потворствовать поведению Ике и Ямаучи только потому, что они твои одноклассники? Разве ты тоже не девушка? Ты действительно можешь переварить действия этих парней? — Рьюен засыпал ее вопросами. Его слова были тяжелыми, но они не соответствовали выражению его лица. Он улыбался.

— Достаточно, Рьюен. Школа будет судить, кто говорит правду. — заговорил я.

— Ты наконец перестал вести себя как немой, Аянокоджи? — он усмехнулся. — Правда, а? Я верю, что школа примет правильное решение.

В этот момент дверь наконец открылась. Киношита, Манабе, Ишизаки и Кондо первыми вышли из комнаты.

— Рьюен-сан. — Ишизаки поприветствовал его кивком.

— О, вы, ребята. Как все прошло? — спросил Рьюен.

Наконец появилась Хорикита с Ике и Ямаучи. В тот момент, когда он увидел Рьюена, Ямаучи мгновенно взвыл от ярости.

— Рьюен, ты ублюдок!

— Как ты думаешь, с кем ты черт возьми разговариваешь, сопляк? — сказал Ишизаки.

— Ямаучи-кун, не выставляй себя еще хуже — отругала Хорикита.

Увидев тех же парней, которые напали на него в тот день, Ямаучи ничего не мог поделать, кроме как злобно нахмуриться.

— Куку, так ты попросил Хорикиту Сузуне говорить за тебя, да? — Рьюен переключил свое внимание на Хорикиту и вел себя так, словно Ямаучи был воздухом.

— Ты, должно быть, Рьюен-кун, верно? — сердито спросила Хорикита.

— Единственный и неповторимый — ухмыльнулся он.

— Хорикита-сан, как прошло слушание? — нервно спросила Кикё.

— Они примут окончательное решение после следующего и последнего заседания в пятницу, на котором состоится судебное разбирательство — вздохнула она. — Я сделала все, что могла.

— Я…я понимаю.

Хорикита вела себя так, словно я был невидимкой.

По-видимому, удовлетворенный, Рьюен хихикнул и обернулся.

— Я не ожидал, что ты продлишь их страдания. Хорошая работа, Сузуне.

— Не называй меня по имени так небрежно, Рьюен-кун. — с досадой отозвалась Хорикита.

Рьюен продолжал идти, как будто ничего не слышал. Его одноклассники внимательно следили за ним.

Когда я заглянул в комнату, Хорикита-старший все еще что-то обсуждал с Чабаширой-сенсей и Сакагами-сенсеем. Секретарь Тачибана тоже была с ними.

— Вперед. — Я повернулся в противоположную сторону и продолжил идти.

Судя по выражению лиц Ике и Ямаучи, слушание прошло для них не слишком хорошо.

— Не волнуйтесь, Ике, Ямаучи. Я не позволю, чтобы вас, ребята, отстранили. — сказал я.

— Аянокоджи… — пробормотал Ике, глядя на меня.

Ямаучи сделал то же самое. Эти двое, казалось, испытывали смешанные чувства по поводу моих слов. Они до сих пор помнят резкие слова, которые я бросил в их адрес в лазарете.

— Что ты собираешься делать, Киётака-кун? Тебе удалось что-нибудь найти? — спросила Кикё.

— Хм… Я не уверен. Я не буду сейчас говорить ничего конкретного.

Хорикита ничего не сделала, только уставилась на меня.

— Понятно… Я надеюсь, что все пройдет хорошо… Я не хочу сказать, что Киношита-сан и Манабе-сан лжецы, но я хочу верить в невиновность Ике-куна и Ямаучи-куна. — сказала Кикё с улыбкой.

— Спасибо, Кушида-чан…

— Ты действительно хороший человек…

Кикё покачала головой.

— Если есть кто-то, кого вы должны поблагодарить, это должны быть Аянокоджи-кун и Хорикита-сан. Поддержка всех — это меньшее, что я могу сделать — сказала она.

Внезапно у Кикё зазвонил телефон. Это был Хирата. Она перевела звонок в режим громкой связи, чтобы мы все могли поговорить с Хиратой.

— Кушида-сан? Встреча закончена?

— Хирата-кун! Я сейчас со всеми. Они могут тебя услышать.

— О, я понимаю. Тогда это здорово. Могу я поговорить с Хорикитой-сан?

— В чем дело, Хирата-кун? — спросила Хорикита.

— Как все прошло?

— Довольно плохо. Мы ничего не могли сделать с отпечатками пальцев Ямаучи-куна и Ике-куна. Все, что я могла сделать — это отложить их окончательное решение. Если мы не найдем свидетеля из другого класса, который опровергнет их заявления, санкции будут неизбежны.

— Я… Понятно… — Я почувствовал что-то странное в тоне Хираты. Обычно он изо всех сил старался быть позитивным, но его голос звучал действительно подавленно. Это потому, что в безвыходном положении? — Несмотря ни на что, пожалуйста, скажите мне, могу ли я помочь. Я постараюсь сделать все, что в моих силах.

В его голосе совсем не было оптимизма, но я чувствую его решимость на другом конце провода. Если Хирата планирует сделать то, о чем я думаю, что он сделает, это может помешать моему плану…

— Кушида-сан, Аянокоджи-кун, спасибо вам за то, что вы были там, чтобы поддержать их. Ике-кун, Ямаучи-кун, мы сделаем все возможное, чтобы помочь вам до конца.

— С-Спасибо… Хирата — сказал Ямаучи.

— Да… Извини за это, правда. — Ике разочарованно прищелкнул языком.

Я уверен, что они оба понимают, как тяжело нам быть вовлеченными в это дело, в котором мы неизбежно проиграем. Поскольку я два дня назад проверил их, они, должно быть, думают, что мы делаем это только потому, что должны… что мы думаем, что их спасение — пустая трата времени для нас. Хотя в какой-то степени это правда, я уверен, что это не относится к Кикё и Хирате, которые готовы помочь своим друзьям, даже если их причины и мотивы различны. И прямо сейчас Хорикита должна запечатлеть этот инцидент в своей памяти, постепенно нормализуя его в своем сознании — что саботаж учеников другого класса является нормальным и его следует ожидать.

Кацураги и Сакаянаги — лидеры класса А, а Ичиносе — лидер Класса С. Их личности и роли известны. Рьюен, должно быть, думает, что Хорикита или Хирата — лидер класса В, но одна вещь мешает ему быть уверенным: S-Система. Если бы они действительно были лидерами, то нам было бы невозможно сохранить такое большое количество классных очков. Дело не в том, насколько они способны как лидеры. Речь идет о классе, к которому они были отнесены. У Ичиносе, чей класс функционирует аналогично нашему, меньше очков. Не будет преувеличением сказать, что класс B, с точки зрения единства, является уменьшенной версией класса C. Если это так, то почему мы относимся к высшему классу? Даже Рьюен, который, похоже, контролирует свой класс с помощью тирании, не смог сохранить свои очки. Единственным исключением был Класс А, возглавляемый Сакаянаги и Кацураги, которые мне до сих пор неизвестны. Однако очевидно, что их методы сработали. Рьюен, должно быть, думает, что Класс В возглавляет кто-то, похожий на этих двоих.

Конечно, он ошибается. Мы находимся в нашем нынешнем положении только потому, что я купил объяснение, используя наши собственные классные баллы, а Рьюен этого не знает.

Как бы то ни было, мне скоро нужно сделать свой ход. Я закончил свои приготовления с помощью Профессора, так что все должно быть готово. Это мой ход, Рьюен. Я надеюсь, ты готов.

---

***

Продолжение следует...

Над переводом работал Ἀντίχριστοc.

***