Экзамен
В этот день ярко светило солнце. Толпы учеников Внешних врат заполнили тренировочную площадку.
На высоком помосте восседали пять главных судей, среди которых были старейшина Совета — преподобный Жэнь Дэ, старейшина Внутренних врат — преподобная Фэй Сюэ и старейшина Внешних врат — Ли Цзыхэн. Они внимательно наблюдали за кандидатами. Помогали им распорядители из Зала испытаний, во главе которых стоял не кто иной, как округлый и упитанный главный распорядитель Фэй Куй.
Чтобы получить право на экзамен, ученик Внешних врат должен достичь пятой стадии Сферы Врожденного (Сяньтянь), довести одно из Бессмертных искусств до уровня «Малого успеха» и пройти предварительную проверку в Зале испытаний.
В этот раз кандидатов было немного — всего два-три десятка. Экзамен уже близился к завершению, но до сих пор ни один ученик не смог продвинуться: многие срезались на первом же этапе — проверке уровня культивации.
Хотя все пришедшие формально достигли пятой стадии Сяньтянь, в нынешнюю эпоху процветания алхимии достичь этого уровня с помощью таблеток было несложно. Особенно для выходцев из богатых семей: глотая пилюли, видя сладкие сны и заигрывая с девушками, они с легкостью добирались до заветной отметки.
Однако культивация, «выкормленная» на таблетках, была крайне «пустой». Она загрязняла чистую духовную энергию, добытую тяжким трудом, делая её хаотичной. С таким фундаментом, даже достигнув девятой стадии Сяньтянь, практик был обречен на провал при попытке Заложения Основ.
Целью первого этапа была проверка чистоты духовной силы. Она не должна была быть абсолютной, но требовался хотя бы приемлемый уровень. К сожалению, из двадцати человек у восемнадцати энергия не соответствовала стандартам.
Такой результат явно разочаровал старейшину Жэнь Дэ. Поглаживая седую бороду, он со вздохом покачал головой:
— В Древнюю эпоху, когда духовная энергия была скудной, наше поколение знало цену каждому шагу в самосовершенствовании. После Катаклизма наступила Новая эра, мир пробудился, энергия небес и земли стала изобильной, но вы не цените этого. Вы полагаетесь лишь на эликсиры. Таблетки могут быстро поднять ваш уровень, но они делают вашу силу мутной. Какой прок от такой культивации? Какой смысл в такой энергии?
Он горестно добавил:
— Поколения становятся всё слабее. Молодежь слишком поверхностна, слишком суетлива...
Когда очередной ученик провалился, терпение Жэнь Дэ почти иссякло.
— Распорядитель Фэй, сколько еще осталось? — спросил он.
— Еще трое, — с улыбкой ответил Фэй Куй, поднимаясь с места. Будучи главным распорядителем, именно он решал, кто из учеников достоин предстать перед комиссией.
— Ладно, продолжайте. Пусть выходит следующий.
Из толпы на помост поднялся молодой человек лет двадцати. На нем были белоснежные одежды, кожа его казалась чистой, а на довольно красивом лице играла непринужденная, как весенний ветерок, улыбка. В этой улыбке читались свобода, безмятежность и легкая ирония.
Когда он вышел, окружающие ученики зашептались в недоумении — лицо казалось многим незнакомым. Но тут кто-то в толпе выкрикнул:
— Это он! Это молодой господин Чиянь — Гу Цинфэн!
— Гу Цинфэн? Тот самый, в которого влюбилась старшая сестра Оуян с первого взгляда?
— Да, он! Он еще ранил молодого господина Ли в Долине Красных Листьев!
— Но он вроде не ученик нашей секты Юнься? Почему он участвует в экзамене?
Ученики были поражены. История о том, как Оуян Е привела его в секту, наделала много шума, а уж после избиения Ли Сэня и других учеников Внутренних врат имя Гу Цинфэна было у всех на слуху.
Но если ученики были удивлены, то старейшина Ли Цзыхэн, сидевший на трибуне, был просто в ярости. Его внук до сих пор не оправился от ран, нанесенных Гу Цинфэном. Ли Цзыхэн жаждал разорвать наглеца на куски, и лишь заступничество Хо Дэ сдерживало его.
Брови холодной и надменной преподобной Фэй Сюэ также сошлись на переносице. Она ледяным взглядом уставилась на юношу.
— Что ты здесь делаешь? — выкрикнул не Фэй Сюэ, а Ли Цзыхэн. Он вскочил с места, не в силах сдержать гнев.
— А почему я не могу здесь находиться? — с улыбкой парировал Гу Цинфэн.
В этот момент Фэй Куй подошел к судьям, держа в руках реестр:
— Гу Цинфэн еще несколько дней назад прошел проверку и стал учеником Внешних врат. Вот записи об утверждении, прошу старейшин ознакомиться.
Стать учеником Внешних врат было несложно: либо по таланту (духовному корню), либо через экзамен, либо — если таланта нет — просто заплатив достаточное количество духовных камней. Жэнь Дэ обычно закрывал на это глаза, ведь секте нужны были ресурсы.
Ли Цзыхэн холодно усмехнулся:
— Фэй Куй, ты ведь знаешь, что у него дефектное тело после неудачи в Заложении Основ?
— Разумеется, — Фэй Куй склонился в почтительном поклоне, сохраняя на лице смиренную улыбку.
— Тогда почему ты допустил его к экзамену во Внутренние врата?
Фэй Куй, словно ожидая этого вопроса, спокойно ответил:
— Условием допуска является пятая стадия Сяньтянь и «Малый успех» в одном из искусств. Хотя Гу Цинфэн потерпел неудачу при Заложении Основ, это не отменяет того факта, что его уровень выше пятой стадии Сяньтянь. Более того, в уставе Юнься нет правила, запрещающего таким ученикам участвовать в отборе.
— Хоть в уставе этого и нет, но неудача при Заложении Основ означает конец пути самосовершенствования! Дальше двигаться невозможно. Ты что, этого не понимаешь?
Фэй Куй, не поднимая головы, возразил:
— Неудача — это всего лишь осечка. В мире нет ничего абсолютного. Кто может с уверенностью заявить, что после провала невозможно заложить фундамент заново?
— Это невозможно! — отрезал Ли Цзыхэн, снова садясь и сверля Гу Цинфэна взглядом. — У этого человека нет права на экзамен.
Гу Цинфэн лениво спросил:
— И откуда такая уверенность?
— Я сказал — невозможно, значит — невозможно! — Ли Цзыхэн кипел от ярости.
— Нет ничего невозможного, — спокойно произнес Гу Цинфэн, сохраняя безмятежную улыбку. — В Древнюю эпоху, десять тысяч лет назад, в нашем мире Цансюань жил Бессмертный Меча, чей клинок потряс небеса. Он начинал с неудачи при Заложении Основ.
— Девять тысяч лет назад основатель школы Цин — Цин Юньцзы — также потерпел неудачу при первой попытке.
— Восемь тысяч лет назад великий герой Цзюнь Чаншэн провалил Заложение Основ трижды.
— Пять тысяч лет назад Свободный Бессмертный Уван, известный каждому, столкнулся с тем же.
Гу Цинфэн на одном дыхании перечислил десяток имен легендарных мастеров Древности, которых объединяло одно: все они когда-то считались «неудачниками».
— Если бы это было невозможно, как бы они вернулись на путь истины и заставили весь мир склониться перед ними?
Ли Цзыхэн не нашелся, что ответить. Любой, кто хоть немного знал историю, понимал, что юноша говорит правду. Но быть публично поставленным на место каким-то мальчишкой старейшина не мог.
— Это история тысячелетней давности! Кто знает, правда это или вымысел, сейчас это не проверить! — огрызнулся он.
Тогда Фэй Куй с улыбкой добавил:
— Если события тысячелетней давности проверить нельзя, позвольте мне назвать имя человека, которого вы, старейшина Ли, наверняка знаете?