Прекрасное вино

Глядя на распластавшуюся на земле Тан Сыжу, Оуян Е не испытывала ни тревоги, ни сочувствия.

Раньше, увидев наставницу в таком состоянии, она бы обязательно испугалась и стала переживать. Но не теперь. После того как она собственными глазами увидела, как та ради выгоды была готова убить Гу Цинфэна, всё стало ясно. Раньше Оуян Е знала лишь, что старшая сестра эгоистична. Но она и представить не могла, что ради личной пользы та способна пойти на убийство.

Она вспомнила, как наставница передала требование Ли Сэня — заставить Гу Цинфэна встать на колени и извиниться.

Гу Цинфэн отказался.

В ответ она насмешливо посоветовала ему «припрятать своё жалкое достоинство» и заявила, что его достоинство ничего не стоит.

И сейчас Оуян Е хотелось спросить:

Чьё достоинство ничего не стоит?

И чьё на самом деле жалко?

Она смотрела на Гу Цинфэна — на мужчину в белом.

В её сердце поднялось странное, сложное чувство. Тихая, сумеречная аура, исходившая от него, казалась ей смутно знакомой — будто она уже где-то ощущала нечто подобное.

Знакомо.

И в то же время — чуждо.

Но сколько бы она ни пыталась вспомнить, так и не понимала — почему знакомо и почему чуждо.

Глядя на его удаляющуюся спину, она невольно задала себе вопрос:

Кто же он на самом деле?

Она не знала.

И даже не могла вообразить.

Солнце клонилось к закату.

Секта Юнься в его лучах казалась особенно яркой и красочной.

Покинув долину Красных Клёнов, Гу Цинфэн неторопливо прогуливался, поедая плоды демонического дерева.

Поиграл с несколькими молодыми учениками — хотел было вспомнить ощущения безрассудной юности, но так и не смог. Более того, он заметил: нынешняя молодёжь куда свирепее прежней.

Раньше юнцы, конечно, были заносчивыми и надменными, но дальше грубости дело редко заходило. В лучшем случае — драка, разбитый лоб, синяки.

Теперь же всё иначе. Он ещё толком ничего не сделал, а Ли Сэнь уже излучал откровенное намерение убить.

И это было не пустое бахвальство.

Гу Цинфэн прожил пятьсот лет, участвовал в бесчисленных сражениях и прекрасно различал настоящую жажду убийства. Он ясно почувствовал: Ли Сэнь действительно хотел его смерти. Иначе он не бил бы так жестоко. Да и Тан Сыжу — стоило лишь поманить её выгодой, как и в ней вспыхнуло убийственное намерение.

— В молодости я тоже не был святым, — усмехнулся он. — Грабил, убивал… Но тогда было смутное время. Если не убьёшь ты — убьют тебя. Выбора не было.

Он не собирался оправдываться или изображать праведника.

Просто его поражало, насколько нынешние юнцы легко относятся к человеческой жизни. Из-за пустяка — уже готовы убивать. Сегодня им повезло, что на их пути оказался он. Будь на его месте кто-то другой — всё закончилось бы куда печальнее.

— Молодёжь нынче — опасная публика… — покачал он головой.

Вернувшись в сад Линъинь на задней горе, он уже собирался отправиться спать, как заметил старика, развалившегося в кресле и неторопливо попивавшего вино.

Серый халат, растрёпанные седые волосы и борода, неряшливый вид — кто ещё это мог быть, как не Хо Дэ?

Увидев Гу Цинфэна, старик резко поднялся.

— Мальчишка Гу! Где тебя носило? Я полдня тебя ждал!

— Ждал меня? — фыркнул Гу Цинфэн. — Я-то думал спросить, куда это ты запропастился. Боишься, что я к тебе прицеплюсь? Или что пропью твои запасы?

— Ха-ха! Да я бы и рад, чтобы ты прицепился — да только ты ведь не снизойдёшь!

— Честно? Твоё захолустье меня и правда не впечатляет.

Хо Дэ хотел было похвастаться своим садом, но передумал. Он знал — Гу Цинфэн говорит правду. Когда-то этот парень основал секту Чисяо — по масштабу и ресурсам ей не было равных, даже Небесная династия уступала. А пейзажи… словно в сказочном мире.

И всё это он уничтожил одним движением руки.

Что ещё в этом мире способно его впечатлить?

Ответ очевиден — ничего.

— Ладно, рассказывай. Где пропадал?

— Да вот, узнал, что ты вернулся, — хитро прищурился Хо Дэ. — Сбегал за хорошим вином, чтобы достойно тебя встретить.

Гу Цинфэн скептически осмотрел старика, налил себе из кувшина и попробовал.

— Это ты называешь хорошим вином? Хо Дэ, ты ведь раньше разбирался в напитках. Что с твоим вкусом стало?

— Это так, для горла смочить. Настоящее вино я приберёг. Гарантирую — тебе понравится.

— И что же это?

— Пойдём — увидишь.

— Хм, интригуешь. Не ловушка ли это? — усмехнулся Гу Цинфэн. — Помнится, ты не раз меня подставлял.

— Что ты выдумываешь! Когда это я тебя подставлял?

Гу Цинфэн только рассмеялся. В юности, когда он был послушником, Хо Дэ не раз использовал его как «подопытного» для своих массивов. Потом они вместе раскапывали древние пещеры — и там старик тоже его подставлял. Впрочем, и сам Гу Цинфэн не оставался в долгу.

Они не раз обманывали друг друга и не раз спасали друг другу жизнь.

Так что в бескорыстие старика он верил с трудом.

Однако последовал за ним.

В глубине пещерного зала стоял огромный стол, уставленный более чем восьмьюдесятью блюдами — все его любимые с юности.

Нежный ароматный цыплёнок, острые побеги «девятикратного поворота», сладкая и сочная ивовая рыба…

Гу Цинфэн замер.

— Ну как? — довольно произнёс Хо Дэ. — Я несколько дней носился по всему северо-западу, чтобы всё это собрать.

Затем он вынул из сумки кувшин, открыл его — и изнутри вырвался дым, одновременно похожий на пламя и иней.

Аромат ударил в нос.

— Это… Тысячелетний Ледяной Огненный Погреб?!

— Ха-ха! Я знал, что ты сразу узнаешь!

Гу Цинфэн осушил чашу одним глотком. Вино разлилось по телу — словно огонь и лёд одновременно.

— Великолепно!

Хо Дэ взмахнул рукой — и перед ними выстроились тридцать семь кувшинов тысячелетней выдержки.

— Всё твоё.

Гу Цинфэн прищурился:

— Хо Дэ… скажи честно. Это ведь ловушка?

— Да брось! Ты — сам Красный Небесный Владыка. Даже если я что-то задумал — чего тебе бояться? Ты ведь целую небесную династию уничтожил!

Гу Цинфэн рассмеялся, схватил цыплёнка и принялся есть.

Они ели, пили, вспоминали прошлое.

Но чем больше говорил Хо Дэ, тем яснее становилось: он упорно напоминает лишь о том, как помогал ему когда-то, и ни словом — о своих проделках.

Гу Цинфэн молча наблюдал, улыбаясь.

Старик занервничал:

— Чего ты так смотришь и улыбаешься? Мне аж не по себе!

Гу Цинфэн вытер губы, сделал глоток и спокойно произнёс:

— Хо Дэ… ты ведь хочешь о чём-то меня попросить, верно?