Замысел Ариадны

Дата выхода оригинала: 04.12.22

---

— Мы отправим армию Галлико обратно на родину, — произнесла Ариадна.

Столичный особняк Чезаре, виллу Сортоне, уже тронула осень. Черноволосая девушка спокойно и прямо смотрела на него. Её окружали садовые кипарисы, чья хвоя была точь-в-точь под цвет её глаз.

— Мне нужна ваша помощь, герцог Чезаре.

Всё это походило на идиллическую картину, и Ариадна словно точно знала в ней своё место. Когда-то она уже жила на вилле Сортоне. Чезаре об этом не подозревал, но нутром чувствовал: она идеально вписывается в пейзаж.

В груди вдруг вспыхнуло небывалое воодушевление. Прогнать армию Галлико — это ведь войдёт в историю! И он окажется в самом центре событий; причём не Ариадна станет частью его истории, а он — частью её. Но это было совершенно естественно, ведь в одиночку Чезаре никогда бы с таким не справился.

Его охватило странное, но удивительно приятное чувство: за ней так легко было идти следом.

— Сколько угодно. Что от меня требуется? — отозвался Чезаре.

— У вас ведь остались командные полномочия?

Войск у него больше не было, он числился главнокомандующим лишь на бумаге, но сама должность пока оставалась за ним — исключительно благодаря стараниям герцогини Рубины.

— Да, остались.

— Мне нужно право по ночам открывать ворота замка. И ваше имя — чтобы приказы исполняли.

Ариадна была всего лишь простолюдинкой, без титула и какой-либо должности. Её вмешательство в историю с тяжёлой кавалерией Монпелье могло обернуться серьёзными проблемами. Причём провал операции был не так страшен — куда опаснее был её грандиозный успех.

Обязательно найдутся те, кто вцепится в неё с вопросами, допытываясь, по какому праву она проявила такую дерзость. Операция должна пройти под именем главнокомандующего Чезаре — только так у неё появится защита, которая укроет её от чужих нападок.

— Давай сначала послушаем твой план. А там уж…

Если затея Ариадны окажется нелепицей, Чезаре тоже сильно рискует, а его положение и без того было шатким. Стоит ему открыть ворота посреди ночи и дать врагу хоть малейший повод для атаки, как вся столица обрушит на него свой гнев. Козлом отпущения вместо короля станет он.

Но почему-то Чезаре был уверен, что замысел Ариадны сработает.

— Если всё увенчается успехом, вся слава в итоге достанется мне, — заметил он. — Так ради чего ты это делаешь?

Ариадна горько усмехнулась, но за плотной повязкой Чезаре не мог разглядеть её лица.

— И правда…

Я действую по указке судьбы, но сама не знаю, куда она меня приведёт. Смогу ли я спасти Этрусское королевство и его народ? А если смогу, что станется со мной? Никто, даже ты, никогда до конца не поймёт, почему я это делаю.

Невысказанные слова растворились в её горькой усмешке.

Лишь мерцающая россыпь огоньков, невидимая для Чезаре, безмолвно витала рядом, словно оберегая её.

* * *

Неделю назад Ариадна с помощью Рафаэля де Бальтазара анализировала маршрут наступления галликанской армии.

Впрочем, и анализировать тут было нечего. Войска Галлико проигнорировали крупные северные города, хотя те так и напрашивались на разграбление, и шли к Сан-Карло практически по прямой. Смысл этого был предельно ясен.

— Вот здесь. И вот так, — Рафаэль накрыл своей ладонью руку Ариадны, отмечавшую точки на пергаменте. Он не стал наносить их последовательно, шаг за шагом. На глаз прикинув среднее расстояние между уже стоявшими отметками, одним уверенным движением он провёл через весь лист прямую линию.

Вздрогнув от прикосновения к обнажённой коже, Ариадна вскинула на него удивлённый взгляд. В ответ Рафаэль лишь виновато высунул кончик языка.

— Ох, простите, — произнёс он с мягкой, застенчивой улыбкой, показывая, что это вышло совершенно случайно.

Слегка опешив, Ариадна тут же приняла извинения. На его чистом, бледном лице с почти детским выражением не читалось ни малейшего скрытого умысла.

— Н-ничего страшного.

Может, я слишком остро реагирую?

И всё же, вновь опуская взгляд на пергамент, Ариадна не могла отделаться от мысли, что в последнее время Рафаэль стал разговаривать с ней необычно короткими фразами.

Конец проведённой им линии упирался в холмистую местность на северных подступах к Сан-Карло.

— Эти холмы идеально подходят для военного лагеря, — сказал Рафаэль. — Там они выстроят боевые порядки и начнут давить на Сан-Карло.

Но, произнеся это, он тут же озадаченно склонил голову.

— Если честно, я не совсем понимаю, чего они добиваются. То, что они идут на Сан-Карло, — это несомненно. Но что потом? Для осады у них не хватает людей, да и осадных орудий, насколько мне известно, нет.

К традиционному осадному снаряжению относились тараны, катапульты и осадные башни. Новым же веянием военной науки стали осадные пушки. Из-за огромных размеров они были видны издалека и сильно замедляли продвижение войск.

Осадная артиллерия — стратегическое оружие. Если бы такие части пересекли границу другого государства, разразился бы грандиозный скандал.

Но никто не видел, чтобы галликанская армия тащила с собой осадные машины или пушки. К тому же двигались они чересчур быстро для армии, обременённой таким тяжёлым снаряжением.

— Рафаэль, вы ведь сами говорили, что Сан-Карло не приспособлен для обороны, — заметила Ариадна.

— Верно, — согласился он. — Рва нет, крепостные стены низкие, а главное — граница города слишком растянута.

— Но неужели для захвата Сан-Карло так уж необходимы осадные орудия?

Сан-Карло был величайшим городом Центрального континента. Да, в последнее время Монпелье, столица Галлико, стремительно набирал силу. Однако искусственно спланированному Монпелье было далеко до Сан-Карло с его уходящей в античность историей и веками выстраиваемой инфраструктурой. Догнать столицу Этрурии в одночасье просто невозможно.

— Нашей столице больше тысячи лет, — произнёс Рафаэль. — И в ней есть всё необходимое. С такой нехваткой людей и снаряжения взять Сан-Карло будет почти невозможно. Будь я командиром, даже не стал бы пытаться.

Запрашивать осадное снаряжение с родины было уже слишком поздно — близилась зима. Даже если они прямо сейчас отправят его, к тому моменту, когда тяжёлые обозы переберутся через горы Периньяк, пойдёт первый снег.

Да и с политической точки зрения всё было непросто. Пока галликанцы лишь ошивались у границ, они могли бы отговориться: «Мы просто проводили учения и случайно перешли черту». А папа Людовико охотно закрыл бы на это глаза. Но теперь, когда они вторглись вглубь страны и двинулись на юг, защищать их стало трудно даже Святому Престолу. Налицо было откровенное нарушение международных норм.

Папа Людовико мог бы замять первую жалобу Лео III. Но если начнут поступать жёсткие протесты, а войска перейдут от простого пребывания на чужой земле к открытой агрессии — тогда даже папа не сможет открыто держать сторону Галлико.

— В обычной ситуации они бы двигались вот так, — произнёс Рафаэль. Не отпуская руки Ариадны, он повёл пером и соединил линией северные города: Редженто, Эрмо и Манфредо.

Раз уж он дважды подряд так запросто брал её за руку, Ариадна решила просто отдать ему перо.

— Вот, держите.

Но Рафаэль, похоже, писать больше не собирался. Взяв перо, он тут же отложил его на стол и пальцем указал на три северных города.

— По мере продвижения на юг они грабили бы эти города один за другим. Если судить по их размерам и силам обороны, так поступить было бы логичнее всего — как по учебнику.

— Но если они начнут грабить города…

Рафаэль кивнул:

— С этого момента начнётся полномасштабная война.

Случись такое, армию Галлико не смог бы выгородить не то что папа Людовико, но даже воскресший из мёртвых император Раттанской империи.

— Значит, у них есть дело в Сан-Карло, — продолжил Рафаэль. — Одно из двух: либо они планируют молниеносно дойти до столицы и, отбросив всякий стыд, ударить прямо по ней, либо попытаются выставить условия и принудить нас к переговорам.

— Как думаете, они решили обходить города ещё и для того, чтобы избежать Чёрной смерти? — предположила Ариадна.

Сама того не ведая, она попала в самую точку. Именно из-за чумы командующий тяжёлой кавалерией Монпелье повёл войска на юг по прямой, сторонясь любых поселений.

— Вполне возможно, — отчасти согласился Рафаэль. — Они миновали все города и прошли именно через житницы. Их линии снабжения слишком растянуты, так что они явно рассчитывают по максимуму кормиться прямо с этих земель.

— В центральных регионах сбор урожая хотя бы успел начаться… значит, всё остальное разграбят подчистую, — с сожалением произнесла Ариадна.

— Скорее всего. Но с собой всё не унесёшь, так что излишки они, должно быть, просто сожгли.

— Мерзавцы… — пробормотала Ариадна.

Понятно, что на войне нет смысла рассуждать о морали, но галликанцы даже не удосужились официально объявить войну. Они просто отнимали у Этрурии надежду на следующий год. Если вслед за севером и югом урожай погибнет ещё и в центре, страна не оправится от этого удара даже через много месяцев.

И ладно бы они пускали отнятое зерно на прокорм своей армии. Но нет, они просто сжигали его дотла, лишь бы оно не досталось этрускам. Чистое разрушение.

Сцепив зубы, Ариадна спросила:

— Как думаете, когда наступит зима, они вернутся домой?

— По идее, должны. Но сейчас армия Галлико действует, напрочь разрушая все представления о здравом смысле.

Вторжение вглубь территории без объявления войны между государствами, исповедующими веру Йесака. Марш на юг в обход крупных городов без единой попытки грабежа. Да ещё и бросок прямиком в охваченные чумой земли. Такого история ещё не знала.

— Так что вернутся ли они домой на зиму… я не знаю, — добавил он.

Ариадна покачала головой.

— Если не уйдут сами, мы заставим их уйти.

— У вас есть какой-то план? — спросил Рафаэль. — Вмешательство папы?

Рафаэль задавал вполне резонный вопрос. Единственными войсками, оставшимися сейчас в Этрурии, были части столичной гвардии, а правом отдавать ей приказы обладал лишь король. У Ариадны такой власти, разумеется, не было. Поскольку она была незаконной дочерью кардинала, Рафаэль и предположил, что она попытается действовать через Святой Престол, добиваясь политического или дипломатического решения.

Но Ариадна вместо ответа лишь слегка улыбнулась.

Она не могла ручаться за успех. Возможно, ей придётся испачкать руки в крови. А ей хотелось уберечь Рафаэля, готовящегося принять духовный сан.

— Как только план обретёт чёткие очертания… я вам всё расскажу.

Это был завуалированный намёк, что ему пора уходить. Как и всегда, именно здесь пролегала та граница, к которой Рафаэлю дозволялось приблизиться.

В душе он был разочарован, но всё же с улыбкой кивнул:

— Дайте знать, когда будете готовы. Потому что я… очень хочу это знать.

Хочу знать абсолютно всё, что творится в твоей удивительной голове.

* * *

Первым человеком, с которым Ариадна поделилась своим планом, был вовсе не Рафаэль и не кардинал де Маре. Им стала Санча.

— Я собираюсь заразить Чёрной смертью армию Галлико.

Именно Санча обучала чумных служителей в приюте Рамбуйе. На данный момент она была одним из лучших специалистов в Сан-Карло по профилактике и предотвращению распространения болезни. Дошло до того, что настоящие чумные доктора тайком приходили за советом к Санче, которая была всего лишь горничной в богатом особняке.

— И как мы это сделаем? — спросила девушка.

— На самом деле, самый безопасный метод — это забросать вражеский лагерь трупами и отходами заражённых, — ответила Ариадна.

Именно так в конце Первого крестового похода Мавританская империя захватила тысячелетний город Йесак — забросав его из катапульт телами умерших от чумы. К тому времени Львиный король Гийом, чьё руководство и принесло Первому крестовому походу успех, уже с триумфом вернулся на Центральный континент с большей частью своей армии. Оборону павшего от эпидемии города отчаянно держал племянник Львиного короля, граф Йекон, провозглашённый новым королём Йесака. Но в итоге и он пал под натиском мавританцев.

В летописях того времени писали, что мёртвые тела сыпались за крепостные стены, словно проливной дождь. Поначалу король Йесака и его солдаты лишь насмехались над действиями врага: «Если хотите пробить стены, стреляйте чем-нибудь твёрдым! Что за цирк вы тут устроили?» и «Если вашей целью было испортить нам аппетит, то поздравляю, вам это удалось!»

Но вскоре Чёрная смерть охватила город, и они потеряли всякую способность сражаться.

Прославленные рыцари Львиного короля не стали исключением. Ни одно войско не способно сражаться, когда его косит чума. А вот вражеская армия, обстреливавшая их трупами, не понесла при этом практически никаких потерь.

— Разве у нас… есть катапульты? — осторожно спросила Санча.

— Нет, — покачала головой Ариадна. — Да и враг не отсиживается за крепостными стенами. Он движется по открытой местности. Так что сейчас не та ситуация, чтобы использовать такие орудия.

Нужно было найти другой путь заражения.

— Есть идеи? — спросила Ариадна.

— Я попробую разузнать… — задумчиво ответила Санча. — Но для начала нужно решить: будем мы использовать трупы или же отходы больных.

Получив от Ариадны это тайное поручение, Санча поспешила в приют Рамбуйе. Она хотела придумать такой способ, который нанёс бы врагу максимальный урон, но при этом свёл бы к минимуму риск для своих.

И ровно два дня спустя побледневшая Санча вернулась с новостями.

— Госпожа… Вам нужно кое с кем встретиться.

— С кем?

— Но… я даже не уверена, правильно ли поступаю, устраивая вам эту встречу.

— Что стряслось? Разве на тебя это похоже? — удивилась Ариадна.

— Грета из приюта Рамбуйе хочет с вами поговорить.

Грета — та самая невероятно смышлёная девушка из приюта, которую Санча так расхваливала совсем недавно.

— А, я её помню, — кивнула Ариадна. — Ты ведь упоминала, что недавно она стала старостой второй группы?

Отряд чумных служителей был поделён на две группы. Учитывая, что первой группой руководила сама Санча, статус старосты второй группы означал, что среди всех новых учеников приюта Рамбуйе Грета была самой талантливой.

Но Санча лишь уныло опустила голову:

— Надо же, вы её запомнили, хотя для вас это сущая мелочь… Но теперь это уже не имеет значения.

— Почему?

— Потому что, кажется… у Греты Чёрная смерть.


---------
Прим. перев.: 136 глава манхвы.