Спасительница Чезаре

Дата выхода оригинала: 30.11.22

---

Потерпев сокрушительное поражение на равнинах Савойи, герцог Чезаре не стал возвращаться в земли Пизано. Он отправился прямиком в столицу — в Сан-Карло.

Для герцога это было совершенно неподобающее поведение. Но Чезаре, бесславно угробивший семь тысяч солдат, которых с таким трудом наскребло Этрусское королевство, просто не вынес бы косых взглядов местных жителей, вздумай он отсиживаться в Пизано.

Домой он добирался с трудом, но возможность сбросить с себя ответственность перевешивала любые неудобства.

Однако вскоре выяснилось, что он жестоко ошибся.

— Чезаре! Армия Галлико уже у самого Сан-Карло! — завопила мать.

Вслед за Чезаре на юг двинулись не только галликанцы. Герцогиня Рубина лично примчалась из королевского дворца в самом центре города на виллу Сортоне — особняк Чезаре на южной окраине столицы.

Ворвавшись в гостиную, она с порога грубо накинулась на сына:

— Ты так и будешь сидеть сложа руки?! Ну сделай же хоть что-нибудь!

Чезаре с каменным лицом уставился в пол. Сейчас он изо всех сил старался превратить слова Рубины в простой шум. Будь он лет на пять младше, точно зажал бы уши руками и по-детски замотал головой.

— Ты вообще мать слушаешь?! — взвизгнула Рубина.

У него не было сил даже огрызаться.

Выпивка. Срочно нужна выпивка.

Ради остатков чувства долга он в последнее время сторонился своего «лучшего друга», но теперь тоскливо о нём вспомнил. Обычно Чезаре предпочитал игристое, однако в такой день, как сегодня, ему хотелось чего-нибудь покрепче. Напиться в стельку и отрубиться — вот чего ему сейчас хотелось.

Но жуткая угроза разнесла мечты Чезаре в клочья, громыхнув над ухом, словно пушечное ядро.

— Король скоро призовёт тебя во дворец, — предупредила Рубина.

Чезаре резко вскинул голову:

— Что? Зачем?

— Что значит «зачем»?! Ты главнокомандующий Этрусского королевства! От тебя зависит защита страны!

С тех пор как Чезаре вернулся в столицу, Лео III ни разу не вызывал «племянника» в королевский дворец. Столичные сплетники, должно быть, вовсю судачили о том, что герцог потерял милость монарха, но сам Чезаре откровенно радовался молчанию короля. Не ищет с ним встреч — и слава богу. Больше никаких допросов, ответственности и тяжкого груза ожиданий ему не было нужно.

— Неужели это вы устроили? — опешил Чезаре.

Но Рубина с гордостью выпалила:

— Да! Это я!

— Ха!

На этом терпение Чезаре лопнуло. Из-за профуканной армии ему приходилось, стиснув зубы, сносить материнские нотации, но быть втянутым в её интриги и тащиться на ковёр к королю — это уже совсем другое дело.

— Вы совсем спятили?! — рявкнул он.

— Что?!

— Вам так хочется увидеть, как вашему сыну снесут голову?!

На шее Чезаре вздулись жилы.

— Если меня сейчас потащат в тронный зал, что меня там ждёт, кроме ответа за проигранную битву?! Его Величество только-только начал закрывать на всё это глаза, так зачем вы делаете только хуже?!

— С чего это моему сыну должны снести голову?! — Рубина не осталась в долгу и тоже повысила голос. — Ты хоть знаешь, о чём сейчас судачит вся столица?!

— И зачем мне это знать? — процедил Чезаре.

Рубина и не думала давать сыну увильнуть от разговора. Она вбивала ему в уши каждое обидное слово:

— В столице только и чешут языками, что герцог Пизано лишился благосклонности короля! Что ты окончательно впал в немилость!

— Да хватит уже!

Чезаре совершенно не хотел этого слышать. Что за манера — вываливать дурные вести человеку, который и так отчаянно не желает ничего знать?

— Матушка, умоляю! — взвыл он.

Но Рубина и слушать его не стала:

— Да, конечно, Его Величество не может закрыть глаза на поражение в Савойе, тебя обязательно призовут к ответу. Но неужели ты думаешь, что отец отрубит тебе за это голову?

— Да кто его знает?! — вспылил Чезаре. — Кому вообще известно, что у него на уме?!

— Я знаю! Я! — завопила Рубина, в отчаянии колотя себя в грудь.

Ну почему её сын упёрся в одно и не желает видеть остального?!

— Ты просто не понимаешь саму суть власти! В жизни как на войне: сегодня ты проиграл, а завтра победил.

Не бывает одних лишь побед. Даже Рубина, которая когда-то торжествовала, подарив королю первенца, пережила немало взлётов и падений. Она никогда не забудет день, когда у чужестранки Маргариты родился сын. Тогда казалось, что само небо рухнуло на землю.

— Но главное — не сдаваться! Даже после поражения ты не должен опускать руки, ты обязан стоять до конца!

В конце концов, Рубина пережила Маргариту. И именно она выйдет из этой игры победительницей.

В Этрусском королевстве «стоять до конца» означало для Рубины лишь одно: мёртвой хваткой вцепиться в милость короля. Раз уж не вышло стать законной женой, надо удержать его любовь. Или хотя бы урвать себе уголок в его повседневной жизни. От того, кто постоянно мозолит глаза, не так-то просто отвернуться. Если удержаться рядом с королём, над маленьким королевством Рубины и её сына никогда не зайдёт солнце.

— Именно сейчас ты должен постоянно мелькать перед Его Величеством! — настаивала она. — Будь ласковым сыном, похнычь о том, как тебе тяжело!

Тереться у ног отца, разыгрывая любящего сына? Чезаре виртуозно умел притворяться, но сейчас скорее бы умер. Да и не в том он уже возрасте. Но Рубину совершенно не волновало, нравится ему это или нет.

— Люди любят не только тех, кто им выгоден! — настаивала она. — Они обожают тех, кому сами помогли, кому сделали добро! Так что держись подле короля! Лезь к нему, прибедняйся, проси о помощи!

Хочет он того или нет, а сделать это придётся. Вопрос выживания.

— Только так люди увидят, что ты ещё в силе, и не посмеют на тебя нападать! — Рубина повысила голос. — Таково людское мнение! Такова молва! И те, кто у власти, всегда прислушиваются к чужой болтовне!

— Но ради чего… — мрачно пробормотал Чезаре. — Ради чего так надрываться?

Бесконечный бег по кругу. Вечно вращающееся колесо. У Рубины ведь уже так много всего. Когда же она наконец насытится?

— Да это же очевидно! — опешила Рубина. — Зал Солнца! Я хочу лишь одного — увидеть коронацию своего сына в Зале Солнца!

Она вскинулась:

— У тебя что, совсем нет амбиций? Разве не хочешь прочно осесть в столице? Получить свободу, чтобы никто больше не смел тебе указывать? А если всё сложится, то и трон… вплоть до самого трона!

Трон. Да, трон. Вот её истинная, сокровенная мечта. И сейчас ей выпал шанс, который бывает лишь раз в жизни.

— Пока Альфонсо нет в столице, это наш шанс, второго такого уже не будет! — выпалила она. — Сынок, ты хоть понимаешь, скольких трудов мне стоило упечь этого паршивца Альфонсо в Йесак?!

Рубина мечтала о троне для сына с того самого мига, как узнала, что носит мальчика. Что бы там ни болтали, Чезаре был старшим сыном короля Лео III.

Но это была лишь её мечта. Чезаре эту мечту не разделял.

— Да плевать я на всё это хотел! — отрезал он.

— Тупой ублюдок!

Взбешённая Рубина швырнула на пол чайную чашку. Под звон разлетающегося вдребезги фарфора она обрушила на сына свой гнев:

— Да, ублюдок! Королевский бастард!

Каждое её слово вонзалось Чезаре в грудь, словно кинжал.

— Думаешь, сможешь спать спокойно, когда Альфонсо взойдёт на трон?! — напирала Рубина. — Да он на нас зубы точит! Для него я тварь, сожравшая его мать! А ты мой сын! И этот ярлык ты не сорвёшь с себя никогда!

Как же Чезаре устал от этой делёжки на лагеря. Его сторона была определена ещё в момент рождения. Он был обречён оставаться с Рубиной, и ничего нельзя было с этим поделать. Их намертво связывала невидимая пуповина.

— Вы с Альфонсо от рождения враги! — продолжала Рубина. — И в борьбе за престол выживет лишь один победитель!

Чезаре наконец прорвало.

— Убирайтесь!

Рубина сделала из него марионетку и силком вытолкнула на поле боя, хотя он никогда туда не рвался. Одно это вызывало в нём неконтролируемую ярость. Ярость неописуемой силы.

— По-вашему, главное — просто дров наломать?! — выпалил он. — Вечно вы плетёте интриги, швыряете меня в самую гущу, а расхлёбывать мне?!

Оскорбления Чезаре переходили опасную черту.

— Для вас по жизни всё так просто, да?! — выплюнул он.

— Неблагодарный ублюдок! — Рубина и не думала отступать. — Я тебе дорогу цветами устилаю! Какого чёрта ты вечно ломаешься и закатываешь истерики?! С ложки еду в рот пихаю, а ты даже проглотить не можешь, придурок! Да бродячий кот и то лучше тебя!

В глазах Рубины полыхнул гнев. Но Чезаре уступать не собирался. Его прозрачно-голубые глаза, так похожие на материнские, вспыхнули в ответ.

— Да что с вами вообще не так?!

Он был готов обложить мать самыми грязными ругательствами, но об одном спросить так и не решился.

Вы вообще меня… любите?

На самом деле он хотел выкрикнуть: «Если бы вы меня любили, вы бы не гнали меня на убой!» Но он так и не смог этого сказать.

 Он слишком боялся услышать в ответ: «Нет. Не люблю».

Конечно, даже всесильная Рубина вряд ли сказала бы такое прямо. Скорее всего, она просто ушла бы от ответа и снова начала сыпать упрёками, обзывая его неблагодарным сыном. Но Чезаре не мог так рисковать.

Услышь он это, и от него ничего не останется.

После ожесточённой перепалки Рубина рявкнула так, словно объявляла новую войну:

— Недели через две тебе назначат аудиенцию у короля. До тех пор береги себя. И сиди дома, не смей никуда высовываться!

Резким движением она накинула атласный плащ. Плотная ткань, как раз для такой промозглой погоды, тяжело легла на её плечи.

— Бесполезный ублюдок.

Это был её последний удар.

***

После визита Рубины Чезаре начал вздрагивать от посетителей. Он понятия не имел, кто из них явится с королевским указом.

— Чёрт подери!

Но он не мог просто запереть ворота и никого не впускать. Если прибудет гонец от короля, придётся его встретить.

Обычно Чезаре бы уже напился в стельку, но сейчас остатки совести всё-таки его удерживали. Да и попадаться королевскому посланнику на глаза на бровях ему не хотелось.

Пришлось целую неделю ходить трезвым. Настоящая пытка.

— Ваша Светлость, к вам гость, — доложил слуга.

— Из дворца? — тут же ощетинился Чезаре.

Но слуга невозмутимо доложил:

— Пришла синьорина Ариадна де Маре.

В отличие от прислуги в землях Пизано, личный слуга отлично знал своего господина. При одном только имени Ариадны лицо Чезаре мгновенно просветлело.

— Ариадна? Где она?

Ариадна? Невероятно. Уж она точно подкинет гениальную идею.

Чезаре знал, что у неё найдётся ответ, но так и не смог заставить себя связаться с ней первым. Ни один мужчина не захочет ныть перед женщиной, которая ему нравится.

А уж герцог Чезаре — тем более. Он жил и умирал ради того, чтобы держать марку. И правда, он скорее бы умер, чем отправил гонца просить у неё план действий.

Но сегодня Ариадна пришла сама.

Было в ней… что-то особенное. Казалось, на её протянутую руку можно смело опереться. Хотя бы немного.

— Я хотел проводить синьорину в гостиную, но она наотрез отказалась, — добавил слуга. — Сказала, что подождёт в саду.

В саду? Для долгих прогулок было уже холодновато. Но раз ей так хочется — почему бы и нет.

— Сейчас выйду, — бросил Чезаре. — Вели на кухне подать горячий чай.

Он тут же подорвался с места, чтобы привести себя в порядок, и крикнул напоследок:

— И живо! Не заставляй её ждать!

***

На этот раз Чезаре выглядел куда опрятнее и элегантнее, чем в их прошлую встречу. В ожидании королевского посланника он каждое утро принимал ванну, поэтому всегда был наготове. А поскольку встреча проходила на улице, он смог надеть верхнюю накидку и берет, что лишь подчеркнуло роскошь его наряда.

— Долго ждала? — ослепительно улыбнувшись, поприветствовал её Чезаре.

И если он вырядился как павлин, то Ариадна оделась донельзя скромно. На ней было длинное чёрное одеяние, похожее на одежду чумных докторов и полностью скрывавшее её платье. Лицо её закрывала плотная тканевая повязка.

Чезаре слегка разочаровался.

Что за?.. Она пришла на встречу со мной и даже не приоделась?

Он снова окинул взглядом свой павлиний наряд.

Может, и мне стоило одеться попроще?..

— Не замёрзла? — спросил он.

Впрочем, лучше всего Чезаре умел не выдавать своих истинных чувств. Особенно если был разочарован, а перед ним стоял человек, на которого он хотел произвести впечатление. Широко улыбнувшись, он сделал шаг к Ариадне, чтобы протянуть ей чашку горячего чая. Над тонким фарфором, украшенным серебряным узором, поднимался пар.

— Не подходите, — Ариадна сделала шаг назад.

Тут уж даже непревзойдённый Чезаре не смог удержать лицо.

Заметив промелькнувшую в его взгляде досаду, Ариадна слегка смягчилась и пояснила:

— Недавно мне пришлось быть рядом с больными чумой.

Но даже эта безупречно разумная причина не развеяла разочарование Чезаре.

Ариадна чутко уловила его настроение. Эмоции Чезаре она могла читать даже с закрытыми глазами.

— Я делаю это ради вас, герцог, — добавила она. — Нельзя, чтобы вы заболели.

При этих словах Чезаре почувствовал, как почти зародившаяся в груди обида мгновенно исчезла, растаяв, словно сахарная паутинка на языке.

Как забавно. Любым пустяковым действием эта женщина могла вознести его на небеса или низвергнуть в ад.

Слегка очарованный ею, Чезаре предпринял ещё одну попытку:

— Но чашку всё-таки возьми. Ты долго пробыла на улице, наверняка замёрзла.

В его голосе сквозила нежность, а в каждом движении читалось искреннее уважение. Он поставил чашку с блюдцем на декоративный камень и отступил на шаг. Ариадна нехотя приблизилась и взяла обеими руками лишь саму фарфоровую чашку.

Она так и не стянула повязку с лица, просто впитывая тепло фарфора, но и этого Чезаре хватило с лихвой, чтобы почувствовать себя до смешного счастливым. Ведь она тихонько пробормотала:

— М-м, тепло.

Я всё-таки могу влиять на ту, что имеет надо мной такую власть… Подумать только, как можно так радоваться сущему пустяку.

Но это мимолётное удовольствие исчезло в тот же миг, как только Ариадна произнесла:

— Герцог Чезаре, сегодня я расскажу вам, как разгромить армию Галлико.

Чувство эйфории ударило в голову. Казалось, что прямо в кровь ему влили неразбавленную граппу.


-----------
Прим. перев.: 135 глава манхвы.