Переломить ход событий

Дата выхода оригинала: 16.10.22

---

Пока по столице ползли слухи о сказочном богатстве Ариадны де Маре — а точнее, о том, как эта недавняя дебютантка скупила всё зерно и стала самой состоятельной дамой в городе, — Альфонсо на землях Йесака столкнулся с прямо противоположной участью.

Впервые за свою недолгую жизнь он оказался в таком тяжёлом положении. Пока они плыли на корабле великого герцога Ольденбурга, о ночлеге и пропитании можно было не беспокоиться. Принц спал в каюте, а ел вместе со всеми. Но когда корабль бросил якорь неподалёку от Йесака, в порту Латгаллин, и все сошли на берег, у отряда Альфонсо не оказалось ни собственных палаток, ни запасов еды, ни золота, чтобы раздобыть всё это у местных.

— Ваше Высочество... Вот то, что передал великий герцог Ольденбург, — мрачно доложил Элько. Он притащил на спине скудный запас провизии и добавил, что позже им выделят ещё пару палаток.

Отряд принца состоял из двенадцати человек. Этой еды едва хватило бы им на три недели, даже если урезать пайки до самого минимума.

Элько продолжил свой безрадостный доклад:

— Если мы выдвинемся из Латгаллина маршем, путь до Йесака займёт больше месяца. Пехота движется медленно, да и по дороге наверняка будут стоянки...

— Этого нам всего на один зубок хватит... — тяжело выдохнул Манфреди.

С такими запасами они были обречены на голод.

Если бы впереди намечалась хорошая битва, где можно было бы отличиться и получить свою долю военных трофеев, у них ещё оставался бы шанс продержаться. Но, судя по военному совету, который проводил великий герцог Ольденбург — и на котором Альфонсо отвели самое невзрачное место за столом, — в ближайшее время командование не планировало осаждать города и брать богатую добычу.

А раз грабить города никто не собирался, оставалось лишь добывать средства иным путём.

— Есть тут поблизости город, где можно поторговать? — спросил принц.

— Да, Ваше Высочество. Валлианти. Не столица, конечно, но город довольно крупный, и он как раз неподалёку.

— Что ж... отнесите это к ростовщику и обменяйте на золотые монеты.

Принц Альфонсо развязал висевший на поясе кошель и вытряхнул из него все свои украшения и драгоценности. В довершение он даже снял золотую брошь, скреплявшую его эполет, бросил её в общую кучу и протянул всё Манфреди.

Единственной ценной вещью, которая у него осталась, был перстень с печатью королевства Этрурия — символ его статуса.

— Ваше Высочество... — осёкся Манфреди.

Элько молча прикусил губу, и даже Бернардино тайком утёр нос.

Альфонсо спокойно и ободряюще посмотрел на своих рыцарей:

— Не стоит жалеть об этих безделушках. Когда мы вернёмся на родину, я смогу раздобыть их сколько угодно. — Он старался держаться бодро, чтобы поддержать их дух. — Главное — выжить. Сберечь наши жизни — вот что сейчас важнее всего. Нам нужно хоть что-то в рот закинуть, а всё остальное — дело наживное. Сегодня оно есть, завтра нет, а послезавтра появится снова. Поняли меня?

— Ну, раз так... — со вздохом протянул Манфреди и достал из-за пазухи свой кошель.

Будучи известным щёголем, он носил с собой гребень из слоновой кости, серебряные пуговицы, запонки с драгоценными камнями и прочие безделушки.

— Добавьте и это.

Из всей кучи он выудил лишь один золотой медальон и повесил его себе на шею.

— Я третий сын в семье, так что перстня с печатью у меня нет... Но если моя невеста узнает, что я заложил знак нашей любви, она меня убьёт. Так что его я приберегу.

— Это точно, синьорина тебе спуску не даст, — хихикнул Бернардино, живо представив невесту Манфреди. — Слушай, а она не взбесится, когда узнает, что ты без спросу спустил все свои побрякушки, которые вообще-то её будущее имущество?

— Синьорина Беделия не такая женщина! — притворно возмутился Манфреди. — Вот из-за таких предрассудков ты в холостяках и засиделся!

— Эй! — возмущённо крякнул Бернардино.

Но хоть он и вспыхнул, и огрызнулся в ответ Манфреди, Бернардино тут же суетливо полез в карманы за своими немногочисленными пожитками.

— Ни перстня с печатью, ни невесты у меня нет. Так что забирайте всё, что есть.

— Ишь ты, увесисто! — тут же подколол его Манфреди. — Это я выгодно на выпивку обменяю.

— Пф-ф, Ваше Высочество, дозвольте уж мне к ростовщику сбегать! Этого типа я бы до дела не допустил.

В итоге все рыцари, кроме Элько — которого обобрали до нитки ещё во время плена в Галлико, — скинулись и протянули свои ценности принцу.

— Возьмите это, Ваше Высочество!

Альфонсо часто заморгал, пытаясь скрыть заблестевшие на глазах слёзы. В груди саднило от жгучего чувства собственной никчёмности: до чего же нужно было докатиться, чтобы расплачиваться за свои ошибки личными сбережениями подчинённых?

Заметив это, Манфреди легонько пихнул его плечом:

— Мы ведь вам это только в долг даём.

Бернардино мягко потрепал Альфонсо по волосам. На такую вольность мог осмелиться только самый близкий помощник, который был рядом с принцем с самого его детства и нянчился с ним, словно с племянником.

— Верните всё с процентами.

— Хорошо, — кивнул Альфонсо. Взяв себя в руки, он принял мешок, собранный по крупицам. — Мы должны всё уладить и продержаться.

Затем он повернулся к Элько:

— С родины так и нет вестей?

— Пока ничего... — отозвался тот.

Манфреди тут же постарался разрядить обстановку.

— Учитывая, сколько времени уходит на дорогу туда-обратно, ответ придёт ещё не скоро. Будем ждать.

Принц Альфонсо отправил письмо на родину из первого же порта. В нём он подробно описал всё, что произошло с ним в Галлико, сообщил отцу о своём благополучном побеге и уведомил, что направляется в Йесак вместе с Третьим крестовым походом великого герцога Ольденбурга.

Кроме того, он спрашивал, когда, на усмотрение Его Величества, ему будет лучше всего вернуться в Этрурию. Поскольку их отряд собирался отделиться от армии, им требовался транспорт. Альфонсо просил по возможности выслать за ним военные корабли, а если это окажется невыполнимым — перевести достаточно средств, чтобы они могли безопасно добраться домой сами.

В конце концов, единственный законный наследник престола, скитающийся по международным водам, где кишат вражеские корабли и пираты, — слишком лакомая добыча. Если принц Альфонсо попадёт в руки корсаров, а королю Лео III придётся выплачивать за него выкуп, репутация Этрурии будет растоптана.

— Пожалуй, напишу ещё одно напоминание...

Ничего страшного не произойдёт, если он лишний раз поторопит отца. К тому же в этот раз Альфонсо собирался дописать и отправить ещё одно письмо, которое не успел закончить в прошлый раз из-за спешки.

Там, в Сан-Карло, Ариадна наверняка сходит с ума от беспокойства. Конечно, Альфонсо не верил ядовитым речам Лариессы, будто любимая предала его и сговорилась с Чезаре… Но ему так хотелось получить хоть весточку, хоть пару тёплых слов от самой Ари.

— Судно из Республики Порто, которое высадило нас здесь на прошлой неделе, должно отправиться обратно во второй половине этой.

— А чего так поздно?

— Решили заодно поторговать с местными, раз уж приплыли. Типичные торгаши до мозга костей.

Выступив перевозчиком, Республика Порто доставила войска Третьего крестового похода в Латгаллин, забрав плату золотом. В отличие от остальных стран, её суда участвовали в этой экспедиции отнюдь не ради служения Богу.

— Что ж, для нас это только к лучшему. Сможем отправить с ними письмо, когда они поплывут обратно, — заключил Альфонсо и раздал указания: — Бернардино, отправляйся в Валлианти, к ростовщику.

— Эй, я думал, вы пошлёте меня! Неужели вы и правда мне не доверяете?! — обиженно вскинулся Манфреди.

Альфонсо рассмеялся и в шутку ответил:

— Да потому что если поручить это тебе, ты притащишь назад не золото, а вино.

Глядя на своих рыцарей, принц с улыбкой добавил то, что наверняка поднимет им настроение:

— А все остальные — садитесь писать письма домой. Как только торговцы из Порто отправятся в обратный путь, мы перешлём их все разом.

Лица рыцарей тут же просветлели. Кроме одного.

— Постойте-ка, а мне письмо не писать? — на этот раз вскинулся уже Бернардино.

Альфонсо ответил с неизменной улыбкой:

— А тебе и писать-то некому.

— Ваше Высочество!

Даже загнанные в угол, они могли смеяться — просто потому, что были друг у друга. За смехом забывались и тревоги, и леденящий страх голода, и издевательские смешки чужих солдат.

Им оставалось лишь верить в то, что однажды всё это станет лишь воспоминанием.

***

Тем временем при дворе Этрусского королевства не утихало возмущение: принц не прислал на родину ни единого письма.

— Да почему от этого мальчишки ни слуху ни духу! — сокрушался король Лео III, находясь в своих личных покоях.

Рядом с монархом, облачённым лишь в лёгкий халат, сидела графиня Рубина — нет, уже герцогиня Пизано. Она расслабленно внимала его причитаниям и прислуживала ему.

— Вы, должно быть, так переживаете, Ваше Величество, — заботливо произнесла она, протягивая королю сочную гроздь винограда. А затем исподволь добавила: — Но раз уж письмо от великого герцога Ольденбурга благополучно дошло, едва ли принцу что-то мешало отправить весточку и от себя.

Примерно через месяц после того, как великий герцог Ольденбург покинул Галлико, забрав с собой принца Альфонсо, он прислал в Этрурию официальное послание.

Ваше Величество,
Хотя это и не планировалось заранее, наследник престола Этрусского королевства принц Альфонсо выразил твёрдое желание присоединиться к Священной войне, дабы сеять благодать Господню в изобилии великом. Ныне он сопровождает меня в земли Йесака, посему прошу Ваше Величество проявить великодушие и отнестись к этому с должным пониманием.
Искренне Ваш,
великий герцог Ольденбург.

— Ну вот я и говорю! — возмутился Лео III. — Неужели так трудно черкнуть родному отцу хоть строчку?

Король нисколько не задумывался над тем, как сам обошёлся с сыном. Он был искренне убеждён, что по праву заслуживает получить от него письмо.

— Но всё же… — протянул Лео III и уже мягче, по-домашнему, добавил: — Славный он у меня, вот что я скажу.

Находчивость сына искренне порадовала короля. В день, когда до Этрурии дошли вести об успешном побеге принца Альфонсо, в главном дворце воцарилась настоящая праздничная атмосфера. Впрочем, учитывая, что из членов королевской семьи там остался лишь Лео III, ликовал исключительно он один.

Королевство Галлико изо всех сил пыталось скрыть исчезновение принца, но спрятать все концы в воду им так и не удалось.

Через несколько источников Этрурия выяснила, что Альфонсо резко перестал появляться на официальных встречах и выходить в свет. Да и письма от него, за исключением парочки в самом начале визита, больше не доходили.

Лео III и его министры уже начали всерьёз опасаться: неужели галликанцы и впрямь причинили вред их единственному наследнику? И как раз в этот момент прибыло письмо от великого герцога Ольденбурга.

— Своими силами выкрутился! И отца от лишних тревог избавил, — радовался король. — Я-то думал, он ещё совсем молокосос, а он, погляди-ка, вырос. Вполне тянет на наследника целого государства!

У герцогини Рубины от жгучей зависти скрутило внутренности, но она заставила себя изобразить самую мягкую и заботливую улыбку.

— И правда, уже совсем взрослый, — с трудом выдавила она.

— Так вот, о чём я думаю, — заговорил Лео III. — Надо бы послать мальчишке хоть что-нибудь. Он ведь сейчас совершенно один среди этих крестоносцев. Представляешь, как ему там неловко среди чужих?

Короля тревожило положение принца, который присоединился к многонациональному войску на птичьих правах и лишь с горсткой людей.

— В Галлико он отправился с посольством, так что людей при нём кот наплакал. Да и военной казны почитай что нет, верно? — рассуждал монарх.

— Вы совершенно правы, — кивнула Рубина.

— А ведь на войне вздохнул, шаг ступил — всё денег стоит. — Лео III прикидывал так и этак. — Вот и думаю: что лучше? Выслать ему небольшой рыцарский отряд или отправить золота?

Расклад был прост: если принц намеревался остаться в землях Йесака и сражаться, стоило отправить отряд. Если же он желал немедленно вернуться домой — нужно было послать золотых монет в дорогу.

— Да чтобы хоть что-то решить, с этим негодником нужно быть на связи! А ответа нет! Вообще никакого!

Когда Лео III вновь взорвался от гнева, герцогиня Рубина легко закинула наживку:

— Ах, Ваше Величество… Вы слишком великодушны.

Я… великодушный?

Заметив, что от внезапного комплимента король слегка растерялся, но явно остался доволен, Рубина принялась вовсю подстрекать его.

— Уверена, в целом свете не сыщется другого такого отца, кроме Вашего Величества, который подумывал бы отправить сыну военную казну и рыцарский отряд… Тому самому сыну, что своевольно сбежал в земли Латгаллина, не сказав вам ни слова…

Она принялась разминать ему плечи и как бы невзначай добавила:

— Выбраться из Галлико целым и невредимым и не прислать родному отцу ни единого письма… Разве можно быть таким чудовищно неблагодарным сыном?


-----------
Прим. перев.: 125 глава манхвы.