13. Личное свидание в спальне

Треск. В огромной одинокой столовой пылал камин и слышался звук горящих дров.

«Как долго я должна так жить?»

Герцог должен был прибыть завтра, но было очевидно, что его присутствие заставит ее чувствовать себя еще более неуютно, не говоря уже о том, чтобы ей хоть как-то помочь. Хлоя на мгновение задумалась, с кем ей будет труднее иметь дело: с герцогом или с его матерью. Она пристально посмотрела на вяленое мясо на тарелке и охлажденные овощи и пробормотала, тыча вилкой в голубиную фасоль:

— Они оба безнадежны.

Жители Тиссе, казалось, обладали выдающимся талантом ставить других в неловкое положение. И герцог Тиссе, который подталкивает людей с очевидными намерениями, и его мать, которая забывает, что она только что сказала, как будто щелкает ладонью, относятся к тому типу людей, с которыми Хлое трудно иметь дело.

Хлоя тряхнула головой, чтобы избавиться от своих мыслей, затем взяла себя в руки и сосредоточилась на еде. Это было тогда, когда она подумала, что держаться — лучшая защита, которую она могла придумать, и изо всех сил разрезала жесткое мясо.

Бах. Тяжелая дверь открылась, и свеча на столе закачалась от внезапного порыва ветра. Смущенная горничная настойчиво произнесла:

— Миледи, мы получили сообщение о том, что прибыл герцог. Нужно подготовиться…

В тот момент, когда Хлоя, сражавшаяся с куском мяса, лежащим перед ней, свела брови на середине лба, в поле ее зрения появился мужчина на голову выше горничной.

— Давно не виделись.

Когда горничная, вздрогнув, отошла, Хлоя могла ясно видеть Дэмиана. С воротника черного пальто падал нерастаявший снег.

— Жена.

— Герцог.

Как только Хлоя, запоздало пришедшая в себя, вскочила со своего места, раздался удивленный голос Присциллы.

— Дэмиан, сынок! Должно быть я сплю! Я полагала, что ты приедешь только завтра.

Присцилла не была готова к внезапному появлению своего сына. Дэмиан улыбнулся и легонько обнял ее, одетую в домашнюю одежду.

— Я вернулся раньше, потому что скучал по вам, матушка.

— О боже, перестань говорить такие легкомысленные слова.

Когда она взмахнула рукой, на лице Присциллы появилась искренняя улыбка.

— Поспешив сюда, я изрядно проголодался. Было бы неплохо отужинать. 

— Конечно, это понятно. Кажется обратная дорога совсем тебя измотала.

— Вовсе нет. По всей видимости, я выпил весь алкоголь в первом классе…

— Ха-ха-ха.

Аккуратные брови Хлои еще немного приподнялись к центру, когда она увидела, как Дэмиан с Присциллой шутят. На первый взгляд они казались очень близкими друг к другу.

Конечно, она уже знала, что мадам Тиссе ужасно любила своего сына. Однако Хлоя почувствовала некоторое предательство со стороны герцога, который так хорошо и нежно относился к своей матери.

«Не могу поверить, что человек, который умеет так по-доброму улыбаться может быть таким мрачным внутри!»

— Скажи мадам Даттон приготовить еду. И поторопись с любимыми блюдами герцога.

— Нет необходимости. Я вижу еды уже достаточно, так что пусть подготовят дополнительную сервировку.

В тот момент, когда герцог отдал приказ слуге, в красной столовой на мгновение воцарилась тишина. Пока все слуги наблюдали за происходящим, Присцилла поспешно нарушила молчание.

— С-сын. Этот стол еще не готов.

— Что за глупости. Герцогиня, кажется, уже приступила к еде.

У Присциллы не было времени оправдываться, когда она увидела убогий столик. Герцог сел в конце длинного стола, который, казалось, занимал около десяти шагов и прищелкнул языком в сторону Присциллы.

— Матушка, прошу тебя тоже сесть. 

— Дэмиан, у меня плохой аппетит, я не собиралась ужинать.

— Разве я не говорил тебе не пропускать приемы пищи?

Дэмиан покачал головой и прищелкнул языком.

— Ты не представляешь, как сильно я беспокоюсь о твоем здоровье. Ну же.

Присцилла больше не могла говорить и была вынуждена сесть рядом с герцогом. Когда слуга, чье лицо посерело, принес два набора посуды, трапеза началась в странной атмосфере.

— Итак, все ли пришлось тебе по нраву в мое отсутствие, Хлоя?

Герцог взял блюдо в центре, в то время, когда Хлоя заговорила:

— Конечно.

— Неужели? 

Набитая голова зверя на стене позади герцога и два дробовика, которые пересекаются вокруг нее, хорошо сочетались с ним, как будто они были одним целым. Хлоя сглотнула сухую слюну, чувствуя, что это зрелище сразу дает понять, кто был владельцем этого замка.

— Все были так добры, они сделали мое пребывание здесь невероятно приятным.

— Проклятье!

Хлоя лишилась дара речи. Это произошло потому, что Дэмиан, который резал и пережевывал мясо, прикрепленное к кости, выбросил нож. Хлоя застыла на месте.

— Немедленно вызовите лекаря! – сухо произнес Демиан.

— Что?

— Ты хочешь, чтобы я повторил это дважды?

Когда слуга от удивления отступил на пару шагов, Присцилла широко раскрыла глаза и спросила его.

— Что происходит, Дэмиан? Зачем тебе лекарь?

— Будучи главным лекарем дома Тиссе, он плохо заботился о здоровье моей матери, поэтому я собираюсь немедленно его казнить.

— Сынок, я в порядке! О чем ты говоришь?

Присцилла решительно все отрицала, но лицо Дэмиана только становилось все более серьезным.

— Тот факт, что вы вкусили столь ужасную пищу без единой жалобы навевает на мысль, что с вашим чувством вкуса что-то не так. 

После того как Дэмиан вытер рот салфеткой, он резко встал и снял со стены ружье. Присцилла вскочила со стула с побледневшим лицом и едва могла проговорить хоть слово. Ее поднятый указательный палец дрожал.

— С моим вкусом все в порядке, Дэмиан. Опусти ружье, если только ты не планируешь убить ни в чем неповинного человека.

— Ты уверена? – спросил у нее Дэмиан, как бы ожидая от нее точного подтверждения слов.

— Знает ли матушка, что это мясо до абсурдности жесткое, овощи сухие и вялые, суп явно был приготовлен на день или два раньше, а вина такого низкого качества никогда в жизни не было на столе Тиссе.

Выражение лица герцога было осторожным. Хлоя, в свою очередь, была настолько шокирована тем, что ружье, висящее на стене, было не просто украшением, но и могло быть использовано сразу, что лишилась дара речи. Конечно, она была не единственной, кого удивила глупость герцога.

— Д-дэмиан, я не знаю, что не так со столом.

— Приведите миссис Даттон.

Наконец, по приказу Дэмиана позвать шеф-повара, Присцилла крепко зажмурилась и открыла глаза. Даже для нее стол был достаточно убогим, не говоря уже о Дэмиане.

После того, как неверность Элизы была раскрыта, Присцилла намеренно отвернулась от Хлои. Слуги, которые следовали за Элизой, поначалу были недовольны новой герцогиней. Но настроение совсем ухудшилось, когда распространились слухи, что Элизу и смотрителя конюшни уволят из-за нее.

Она никогда бы не подумала, что тайное знание причины конфликта и притворство, что она ничего не знает, приведут к такой трагедии...

— Вы искали меня, Ваша Светлость?

Миссис Даттон, вызванный герцогом шеф-повар, выглядела так, словно ничего не понимала. Герцог жестом указал на блюда на столе.

— Отправь это в камин вместе с посудой. Все.

Миссис Даттон без колебаний выполнила его приказ. Остатки еды на дорогой серебряной посуде отправились в большой камин.

— Почему здесь так готовят?

— Я просто не понимаю, как объедки предназначенные для богадельни оказались здесь.

— Богадельни?

Глаза Дэмиена резко загорелись при словах о еде, которую нужно было раздать бродягам и больным на улице. Миссис Даттон по-прежнему смотрела на него в недоумении, а слуги, подававшие еду, даже не могли оторвать свой взгляд от пола.

— Мы… мы совершили тяжкий грех! Прошу, пощадите нас, Ваша Светлость!

— Сын, Дэмиан.

Присцилла пыталась успокоить его, но тщетно. Дэмиан посмотрел на застывших, как лед, слуг и криво усмехнулся.

— Вы смеете просить пощады после того, как оскорбили честь моей семьи?

Слуги группами попадали на пол и начали склонять головы. Среди них была молодая служанка, которая от страха начала горько плакать.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как она позволяла себе «приукрасить» стол герцогини, но герцогиня ни на что не жаловалась.

Она глубоко уважали Элизу, которая была строга, но внимательна ко всем слугам. Когда девушка услышала, что новая герцогиня ложно обвинила Элизу в измене, у нее возникло ощущение, что она пронзает ее раскаленной иглой.

Сначала она слегка изменила одно или два блюда, но когда герцогиня не придала этому значения, девушка вовсе перешла черту, сама того не осознавая.

— Ваша Светлость.

Главной героиней робкого голоса была Хлоя, которая наблюдала за ситуацией, не произнося ни слова. Дэмиан заглянул в ее глаза, полные страха и тревог. 

— Жена

— Это всего лишь один прием пищи. Пожалуйста, простите их за этот небольшой проступок.

Дэмиан покачал головой, повернувшись лицом к Хлое, и нахмурился, глядя на нее.

«Нет, ни за что, Хлоя. Не пытайтесь не замечать этого».

— Дорогая жена, это была пища для нуждающихся.

— И она все еще пригодна для употребления.

— Разве ты не знаешь, что трапезы – это события, подтверждающие честь и достоинство данные нам как дворянам?

— Прошу прощения за мою нерадивость, но у меня никогда не было столько почестей и богатств, поэтому я не чувствовала себя несчастной из-за этой пищи.

Хлоя посмотрела прямо ему в глаза, пытаясь унять дрожь в голосе. Как только он появился, она почувствовала себя неуютно, но ей не хотелось становиться свидетельницей массовой смерти.

— Неужели?

— Да, Ваша Светлость. Так что, прошу вас сдержаться и проявить к ним милосердие.

— Если вкусы герцогини такого низкого качества, я думаю, что проблема намного серьезнее.

— Мне жаль.

Пока она шептала, сдерживая свое презрение, Дэмиан медленно и отчетливо произнес:

— Я более чем недвусмысленно поручил тебе выполнять свои обязанности герцогини.