Новый год в мужской компании

【От лица Дана】

После сокрушительного поражения в полуфинале Кубка Императора Меча я стал главным посмешищем для всей столицы.

Сам я совершенно не помнил, как проходил тот злополучный поединок. Помню лишь, что когда пришёл в себя, уже лежал на спине кверху брюхом перед леди Айрис и жалобно тявкал: «Гав!».

Судья, оценив моё невменяемое состояние, тут же объявил о моём проигрыше. С тех пор и в академии, и просто на улицах города мне то и дело летели в спину издевательские смешки. С моей госпожой мы как-то отдалились друг от друга ещё после поступления, а уж после турнира и вовсе почти не разговаривали.

И дело было не только в моём позорном фиаско. Кажется, тут сыграло роль и то, что Люк умудрился одолеть Калигулу Акудзи — того самого бойца, которому до этого проиграла госпожа. Из-за ран, полученных в тяжёлом бою с принцем Муно, я тогда находился на лечении и не смог увидеть их поединок своими глазами. Но до меня доходили слухи, что битва была поистине яростной.

Госпожа не любила вспоминать о том дне, поэтому и я не лез к ней с расспросами. Поговаривали, что в какой-то момент она почти победила, приставив клинок к шее Акудзи, но тот каким-то невероятным образом сумел перевернуть ход боя. Эх, хотел бы я на это посмотреть...

Когда Кубок Императора Меча завершился, многие студенты разъехались по домам или отправились тренироваться в далекие подземелья. Я же вернулся в столичную резиденцию дома Маршалл в качестве телохранителя госпожи и рыцаря-оруженосца их семьи.

Благородные господа массово съезжались в столицу, чтобы встретить Новый год, ведь сразу после праздников их ждала торжественная аудиенция у короля. По этой причине всё семейство Маршалл тоже прибыло в главный город. И пока госпожа проводила время в кругу семьи, я занимался приёмом и размещением наших гостей.

На этот раз вместе со мной приехал и учитель — он вызвался продолжить наши тренировки. Госпожа сама пригласила его погостить у нас, и наставник с радостью принял это предложение.

К слову, учитель, видевший мой позор на турнире, первое время катался по полу со смеху:

— Бу-ха-ха-ха! Пёсик... «Гав!», надо же было додуматься!

Какое-то время он заливался хохотом каждый раз, стоило мне просто попасться ему на глаза.

А вот госпожа Сирас подошла к вопросу куда серьёзнее:

— Нам определённо нужно поработать над вашей защитой от ментальной магии, — спокойно обозначила она мою главную задачу на будущее.

В целом, оба наставника не особо расстроились из-за моей неудачи, дав понять, что всё ещё впереди.

Но самым неожиданным гостем в нашей компании стал принц Муно, с которым мы сдружились во время турнира.

— Я тоже хочу взять пару уроков владения мечом у великого Императора Меча Артура, Непоколебимого Ганца и Сотрясающего Землю Гавейна! — с таким пылом умолял он мою госпожу, что та просто не смогла ему отказать.

Сидя на диване и неторопливо потягивая чай, Муно держался с поистине королевским достоинством и спокойствием.

— Ишь ты, какая монаршая грация, — усмехнулся учитель, развалившись напротив. — Терпеть не могу такие огромные хоромы, аж неуютно как-то. Я человек свободный, считай, бездомный бродяга.

— Учитель, но ведь королевство выделило вам роскошную усадьбу в награду за титул Императора Меча, разве нет? — удивился я.

— А? Да на кой она мне сдалась? Я отказался от дома и просто забрал награду деньгами. Свобода превыше всего, а пускать корни в одном месте — вообще не в моём вкусе.

В этом был весь наставник. Он никогда не менялся.

Тук-тук.

В дверь вежливо постучали, и стоило мне увидеть вошедших, как я тут же преклонил колено:

— Приветствую вас, господин Гавейн! Господин Ганц! Рад видеть вас в добром здравии!

Остальные двое лишь вежливо поднялись со своих мест. Муно обладал более высоким королевским статусом, а обладателю титула Императора Меча не требовалось гнуть спину ни перед кем, кроме самого короля, так что оба имели полное право обходиться без церемоний.

— Полно тебе, Дан, мы ведь свои люди. Я отношусь к тебе как к родному сыну, — добродушно рассмеялся лорд Гавейн.

— Премного благодарен!!! — от всей души выпалил я.

— Итак, насколько я понимаю, передо мной сам Император Меча Артур? — великан Гавейн перевёл взгляд на моего наставника.

— Всё верно, это я, — просто отозвался тот.

— Рад знакомству. Я Гавейн Сорд Маршалл, глава земель Маршалл. Благодарю за то, что приглядываете за моей дочерью и за Даном.

Сам лорд-главнокомандующий Гавейн склонил голову ради меня! От нахлынувших чувств у меня перехватило дыхание, а сердце защемило от подступившей к горлу гордости.

— Пустяки, — отмахнулся наставник. — Мне и самому жутко интересно поглядеть, как посредственность утрёт нос гениям. Хотя до этого ему ещё пахать и пахать... Да, Пёсик?

— Ну учитель, хватит звать меня Пёсиком! — взмолился я.

Из моего горла вырвался жалкий стон. Пусть сам я ничего и не помнил, но осознание того, что мой проигрыш видела вся страна, жгло изнутри. Магия — всё-таки невероятно глубокая штука. Столкнувшись с «Очарованием» леди Айрис, я честно попытался защититься и выставил «Магический барьер». Но её запас маны оказался настолько колоссальным, что она без малейшего труда пробила мою оборону и взяла мой разум под полный контроль.

— Ха-ха-ха, ну, если честно... Тот финал поединка и меня до слёз развеселил, — с улыбкой вставил Муно.

— Ну хотя бы ты не начинай, Муно!

— А ну цыц! Как ты разговариваешь с принцем? Никакого уважения! — прикрикнул на меня брат Ганц.

— Полно вам, господин Ганц, не сердитесь, — поспешил заступиться Муно. — Я сам попросил Дана общаться со мной на равных и без лишнего официоза.

После слов принца брат Ганц лишь недовольно хмыкнул и больше не стал развивать тему, хотя напоследок всё же буркнул, чтобы я не забывал о рамках приличия.

— Что ж, раз уж в этой комнате собралось пятеро крепких мужчин, и все как один — рыцари да воины, почему бы нам не устроить небольшую товарищескую разминку? Заодно и узнаем друг друга получше, — неожиданно предложил лорд Гавейн.

Господин Гавейн был неисправимым фанатом сражений. Стоило ему завидеть сильного бойца, как у него тут же чесались кулаки. Учитель лишь тяжело вздохнул, мол, куда деваться, и лениво поднялся со своего места:

— Ладно уж, так и быть, разомнём кости. Дан, учти, сегодня я сдерживаться не буду.

— Э-э-э?! — так и обомлел я.

Мы с учителем тренировались практически ежедневно, и даже когда он откровенно поддавался, я не мог противопоставить ему ровным счётом ничего. А уж если он решит биться в полную силу... Что ж, мой сегодняшний вечер гарантированно закончился бы либо в лазарете, либо в обнимку с целебными зельями.

Перебравшись на тренировочную площадку, мы устроили круговой турнир, где каждый должен был сразиться с каждым. И тут оставалось лишь снять шляпу перед господином главнокомандующим. Гавейн рубился с моим наставником абсолютно на равных, ни в чём ему не уступая. Но и учитель не зря носил свой титул — его мастерство поражало воображение.

— Боги, на это можно смотреть вечно, столькому можно научиться! Не зря я напросился с тобой, Дан, — восхищённо прошептал стоявший рядом Муно, утирая пот со лба.

К слову, сам принц только что с треском проиграл брату Ганцу. В итоге наши с Муно поединки закончились скромной ничьей, а вот во всех остальных схватках со старшими мы потерпели сокрушительное поражение. Всё тело нещадно ныло от свежих синяков и ссадин.

— Пожалуй, на этом закончим. Признаю своё поражение, — тяжело дыша, объявил Гавейн.

Финальный и самый зрелищный поединок между Императором Меча Артуром и лордом-главнокомандующим завершился добровольной сдачей последнего. Впрочем, на обоих не было ни царапины, а их мана и «Боевой дух» казались по-прежнему неисчерпаемыми.

— Ха-а... Да уж, в этом королевстве определённо перебор с разного рода монстрами, — устало выдохнул учитель.

— Ха, да я по сравнению с истинными чудовищами еще сущий младенец! — рассмеялся Гавейн. — В нашей стране полно безвестных мастеров, чья сила превосходит всякое воображение.

«Неужели у истинной силы вообще нет предела?..» — благоговейно подумал я.

— Ого, смотрите, сколько снега навалило! — удивлённо воскликнул Муно, глянув в окно.

Проследив за его взглядом, мы увидели, что весь двор и правда занесло пушистыми сугробами.

— Отлично! Значит, второй раунд проведём на свежем воздухе! — оживился Гавейн.

— Да ладно вам, опять?! — простонал измученный учитель.

Но главнокомандующий, загоревшись новой безумной идеей, уже вовсю расстёгивал ремни своего тяжелого доспеха:

— На этот раз бьёмся без оружия и брони! Настоящие мужчины должны доказывать свою силу голыми кулаками!

С этими словами Гавейн сбросил рубаху, оставшись по пояс голым на морозе, и брат Ганц беспрекословно последовал его примеру.

— Э-э... Но ведь на улице жуткий холод! — замялся было Муно.

Однако я, не раздумывая, последовал примеру старших и быстро скинул доспехи вместе с курткой.

— Да вы тут все поехавшие... Ладно, чёрт с вами, была не была! — проворчал учитель и тоже сорвал с себя одежду.

Видя такое дело, Муно лишь обречённо вздохнул: «Куда деваться...» — и тоже вышел во двор нагишом по пояс.

На улице стоял собачий холод, но нам было плевать: мы яростно метелили друг друга кулаками в новом круговом замесе. От бешеного движения кровь бурлила, тела горели изнутри, а редкие брызги крови на белом снегу заставляли как никогда остро чувствовать, что я живу на полную мощность.

— А теперь — марш греться и пить эль! — громогласно скомандовал Гавейн, и наш суровый спарринг плавно перетёк в грандиозную попойку.

К нашей компании незаметно подтянулись остальные рыцари дома Маршалл, и тихий вечер превратился в шумный пир, посреди которого то и дело вспыхивали шуточные кулачные бои полуголых, разгорячённых алкоголем мужчин.

Эх, до чего же здорово! И этот вечный поиск силы, и залихватские глупые разговоры в чисто мужской компании — всё это приносило ни с чем не сравнимое удовольствие. Но я ни на секунду не забывал свою главную цель: я обязательно стану сильнее и превзойду Люка.

— Эй, мужики, гляньте! Да это же наш Пёсик пришёл! — шутливо выкрикнул один из подвыпивших рыцарей, заметив меня.

Тернять мне было уже нечего, так что я со смехом повалился на спину прямо посреди зала, подставил им живот и весело тявкнул:

— Гав!

— Бу-га-га-ха-ха!!! — оглушительно захохотал весь зал.

Что ж, пускай я пока слаб и совершаю глупости, но это тоже часть меня. Пускай смеются — вместе с этим дружным смехом из души окончательно ушла вся горечь недавнего поражения.