Гостиница, охваченная пламенем, исчезает

Видимо, человек принимает правильные решения только тогда, когда поголодает.

Заместитель лидера Сон Гён попрощался с Лидером Общества Жизни и Смерти, вернулся на свое место и сел в позу лотоса.

Я вместе с уставшими и голодными лысыми наблюдал за армией Общества Жизни и Смерти.

— Какое совпадение, даже название — общество жизни и смерти. Абсурд. Так что же мне теперь делать. Убить всех. Или устроить поединок один на один с Лидером Общества Жизни и Смерти, как древние полководцы, и на этом закончить сегодняшний день. Что думает умный Наставник Государства Янь.

Наставник Государства Янь ответил:

— Поединок один на один был бы лучше.

— Да? Но Лидер Общества Жизни и Смерти вряд ли пойдет на это. Если бы он был таким человеком, то, придя сюда, он бы в первую очередь попытался найти способ спасти вас. Но вместо этого прилетела стрела. Более того, в того, кому он доверял больше всех. Это ответ на его преданность?

Под глазами Сон Гёна пробежала дрожь.

Я взял мечи Демонической Императрицы и Гостя Жизни и Смерти, которые я предварительно собрал в одну кучу, и бросил ножны на землю.

— Я скоро. В такой день нужно использовать парные мечи. Мои боевые искусства слишком выдающиеся, так что нужно сдерживать себя.

Король Серебряной Равнины спросил:

— Почему вы так говорите?

— Посмотришь — узнаешь.

На самом деле, я человек, которому одиноко без достойных противников. Конечно, даже когда они есть, мне все равно одиноко.

Я пошел навстречу армии Общества Жизни и Смерти, держа парные мечи, чтобы защитить лысых, которые еще не встали на путь истинный.

Вот что значит быть живым щитом.

Количество луков, нацеленных на Сон Гёна, увеличилось в несколько раз, и стрелы взмыли в воздух. Когда в прозрачной морской воде смотришь на стайку маленьких рыбок, движущихся строем, стрелы, сыплющиеся на меня, выглядели именно так.

Черная стайка маленьких рыбок.

Я скрестил мечи и заблокировал их белой волной, влив в них ледяную энергию.

Раздался звук "пабабак", и всё вокруг меня мгновенно превратилось в поле боя. Решив, что стрелы не смогут остановить мою прогулку, армия Общества Жизни и Смерти, дождавшись чьего-то приказа, пришла в движение и ринулась вперед.

В целом, это была доблестная армия.

На самом деле, после диспута о мечах на Хвасане я продолжал становиться сильнее. Но насколько я стал сильнее, каковы результаты моей медитации — всё это можно проверить только в бою с врагом.

Мне тоже было интересно, каков будет меч на уровне, где не используются техники меча.

Размахивая парными мечами, я болтал первое, что приходило в голову.

— Теперь мне не нужна техника меча. Как взмахну — так и техника.

Дух Черной Фракции был на пределе, поэтому я двигался быстро. Наполовину отрубил руку, рассек колено. Выбил один глаз, взмыл в воздух и отбил разнообразное оружие. Пробежал по спинам лошадей, раскидывая людей на ходу.

В тот момент, когда отвращение к людям Канхо достигло апогея, я начал напевать мелодию, чтобы успокоить жажду убийства.

Когда я на мгновение ускорился, словно доводя себя до предела, кровь брызнула отовсюду. Обернувшись, я увидел, что Безумный монах тоже наблюдает за боем.

Как и ожидалось, смотреть на драку интереснее, чем на море.

А для меня это был не очень-то интересный бой.

Неужели на этом мое Канхо закончится?

Неужели потому, что Канхо стало местом без соперников. Пока я размахивал мечом, я чувствовал, как мое сердце холодеет, прямо как у Лидера Культа.

Но я не такой Сильнейший в Поднебесной, как Лидер Культа.

Половина моих мыслей была сосредоточена на импровизированном напеве. Я размахивал парными мечами, бормоча то ли песню, то ли стихотворение, то ли бессвязную болтовню, которую бормочет мальчик на побегушках, подметая двор метлой.

Иногда меч двигался так, как я задумал.

А иногда он двигался еще до того, как я успевал подумать. Рубя, я подумал: теперь я двигаюсь эффективнее, чем любая техника меча. Дыхание, положение ног, траектория меча — все слилось в одном ударе.

Проверив, я понял, что теперь мне не нужна техника меча. Техника ладони тоже не имеет значения. Моя рука — это и есть техника ладони. Когда в меня полетело скрытое оружие, от которого трудно уклониться, я поднял меч и заблокировал его.

Скрытое оружие изменило направление и рассеялось.

Сражаясь так, я понял, что и смертельные приемы мне не нужны.

Теперь даже пощечина — это смертельный прием.

Я подумал, что мне нет необходимости ни объявлять всем, что я Сильнейший в Поднебесной, ни скрывать этого.

Потому что тех, кто видит истину, все равно меньшинство.

Злодеи и убийцы, Черная Фракция и Демонический Путь, глубокая внутренняя энергия и выдающиеся божественные искусства — теперь все это стало бессмысленным перед взмахом ножа мальчика на побегушках, поэтому я махал им как попало, и враги падали как осенние листья, а если я наносил удар всерьез, то это был удар наповал, если решал, то мог уничтожить всех.

— …Забыл все приемы, забыл техники меча и смертельные удары. Если в руке меч — рублю, если камень — бросаю, если даю пощечину — тоже умирают, в общем, бой какой-то пустой.

В меня полетела черная сеть, и я рассек ее крест-накрест.

Выставив парные мечи в стороны, я взмыл в воздух и закружился, распространяя вокруг себя ледяную энергию Убывающей Луны.

Если подумать...

Теперь я могу жить так, как мне свойственно, даже если на меня нападут десять тысяч или окружат двадцать тысяч врагов.

Какой долгий путь я проделал только ради того, чтобы жить так, как мне свойственно?

Я попытался ринуться вперед, окутав парные мечи потоком меча. Добавив к этому След Лестницы в Облаках, я превратился в настоящий ураган.

Путь открылся, а лошади и люди разлетелись во все стороны.

Теперь, когда путь был открыт, даже те, кто успел перевести дух, не смели напасть на меня. Я оглядел потерявших рассудок врагов и сказал:

— Мальчик на побегушках из Гостиницы «Изаха», исчезнувшей в пламени, теперь стал хозяином Гостиницы Бога Боевых Искусств.

Гостиница «Изаха», которая жила в моем сердце, исчезла, охваченная пламенем.

И на ее месте я построил гостиницу, породившую Бога Боевых Искусств.

Перепрыгнув через телохранителей, пытавшихся защитить Лидера Общества Жизни и Смерти, и легко развеяв чью-то технику, с которой я мог бы попотеть во времена, когда был Лидером Союза Черного Кролика, я оказался прямо перед Лидером Общества Жизни и Смерти.

— Лидер, как настроение?

Лидер Общества Жизни и Смерти, сидевший на самом крупном черном коне, смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— …

Слева и справа от него стояли Левая и Правая Рука в черных длинных одеждах, ожидая приказа, с открытыми только глазами, но Лидер Общества Жизни и Смерти так и не открыл рта.

Посмотрев на Лидера Общества Жизни и Смерти, я повернулся к нему спиной, оставаясь беззащитным.

— Ты пока подожди.

Войска, которые осторожно следовали за мной, столпились и переводили дух с разными выражениями лиц.

Я указал мечом вправо.

— Сначала правая сторона, на счет три пущу энергию меча в верхнюю часть тела. Если хотите жить, становитесь на колени или ложитесь ничком. Раз, два, три.

Я небрежно взмахнул мечом, даже не создавая энергию меча, и вся правая сторона войска поспешно опустилась на колени.

Черное море колыхнулось, как волна.

Такое зрелище куда лучше скучного морского пейзажа. Я кивнул и посмотрел влево.

— Хорошо. Вы то же самое. Раз, два, три.

Естественно, на этот раз я, даже не думая о том, какое это боевое искусство, выпустил энергию меча в форме полумесяца.

Свиуууууу!

Пока большинство поспешно становилось на колени, какой-то ублюдок попытался заблокировать энергию меча, вертикально выставив гигантское дадао.

В результате.

Фуак!

Дадао и верхняя часть его тела были ровно разрезаны пополам, и он рухнул, разбрызгивая огромное количество крови вокруг.

— Абсурд.

В любом случае, армия Общества Жизни и Смерти теперь вся стояла на коленях, объединившись слева и справа.

Я снова переключил внимание на Лидера Общества Жизни и Смерти.

— Лидер, как видишь, сопротивление и бегство бессмысленны. Как и твои Левая и Правая Рука. Причина, по которой Наставник Государства Янь стал лысым, в том, что я настолько превосхожу его.

Лидер Общества Жизни и Смерти спросил:

— Кто вы такой.

— Сильнейший в Поднебесной, прибывший с запада. Большинство все равно не верит, когда им говорят. Это я. Человек, которому не страшна месть, у которого нет ни врагов, ни семьи. Мой уровень далеко за пределами понимания людей Канхо. Нужно показать еще?

Лидер Общества Жизни и Смерти ответил:

— В этом нет необходимости. Что мне делать?

Видя, что он до сих пор не слезает с лошади, я понял, что спеси у него хоть отбавляй.

— Что делать? Слезь и встань на колени.

В этот момент Левая и Правая Рука потянулись к длинным мечам на поясах. Как только я это увидел, я окутал парные мечи белой энергией молнии.

Тр-р-р-р-реск!

Лидер Общества Жизни и Смерти сказал:

— Стойте смирно. Это смерть.

Спустившись с лошади, Лидер Общества Жизни и Смерти подошел и встал передо мной с выражением глубочайшего психологического шока.

Может, потому что он очень гордый человек.

Даже видя такую ситуацию, он, казалось, размышлял, встать ли на колени или сражаться до смерти.

Я посмотрел на Левую и Правую Руку Лидера Общества Жизни и Смерти. Казалось, если Лидер атакует, они тут же присоединятся и устроят бой трое на одного. Неужели жизнь в Черной Фракции довела их духовный мир до такой степени, что они даже не боятся смерти?

Если так, то лучше их убить.

Я взмахнул парными мечами, и молнии, вырвавшиеся влево и вправо от Лидера Общества Жизни и Смерти, рассекли тела Левой и Правой Руки.

В тот же миг Лидер Общества Жизни и Смерти вздрогнул от испуга и уставился на меня.

Приставив к подбородку Лидера Общества Жизни и Смерти обычный длинный меч, с которого уже исчезли молнии, я спросил:

— Лидер, твоей жизни пришел конец. Посмотри на Наставника Государства Янь и Демоническую Императрицу. Вряд ли быть лысыми входило в их планы. И ты тоже, верно?

— …

Я внимательно изучил лицо и взгляд Лидера Общества Жизни и Смерти. Повсюду были видны следы того, что он жил ужасающе жестоко и хладнокровно.

— Твою жизнь я доверю твоим подчиненным, стоящим на коленях у меня за спиной. Если они пожелают спасти тебя, я сделаю тебя лысым и отведу в захудалый храм. А если подчиненные в один голос закричат убить тебя, я отправлю тебя вслед за твоими Левой и Правой Рукой.

Только тогда Лидер Общества Жизни и Смерти с отчаянным лицом оглядел своих рабов, стоящих на коленях.

Я сказал Лидеру Общества Жизни и Смерти:

— Это подходящий финал для того, кто жил, помыкая подчиненными. Общество Жизни и Смерти, теперь решайте судьбу своего начальника. Молчание я восприму как приказ убить. Раз... два.

— Подождите!

— Три... а?

Что это за поразительная тишина?

Я, доверивший жизнь Лидера подчиненным, удивился больше его самого и обернулся. Несмотря на наличие ртов, ни один подчиненный не просил пощадить Лидера.

— Абсурд. Такова ваша воля?

За моей спиной Лидер Общества Жизни и Смерти выхватил смертоносный меч. Для меня это было медленным движением, словно время остановилось.

Обернувшись, я взмахнул мечом.

Свиуууук!

Тело Лидера Общества Жизни и Смерти было рассечено энергией меча еще до того, как он успел полностью вытащить его из ножен. По лицам и молчанию подчиненных я понял, что Лидер Общества Жизни и Смерти был тираном Чжэцзяна.

— Тиран должен умереть.

Чуть поодаль виднелись наблюдающие блестящие лысины. Встретившись взглядом с одним из них, я назвал его по имени:

— Заместитель лидера Сон Гён.

А этот гаденыш выжил?

Сон Гён, способный поймать летящую стрелу даже после трех дней голодовки, вежливо ответил:

— Слушаю.

— Иди сюда.

Пока Сон Гён, шатаясь, шел ко мне, я решил сначала его припугнуть.

— Тебя ждет то же самое. Если твои подчиненные не захотят спасти тебя, я отправлю тебя к Лидеру.

Сон Гён, шедший изможденным шагом, остановился, и его лицо стало бледнее смерти.

Я сказал Сон Гёну холодным тоном:

— Вот видишь, надо было быть добрее к людям. Сон Гён, сможешь сбежать?

Куда он может сбежать, когда я вот так за ним наблюдаю?

Мужчина, истощенный и голодный, отражающий палящее солнце своей лысиной, подошел в жалком виде. Как назло, ему пришлось хромать по тропинке, в то время как подчиненные наблюдали за ним слева и справа.

Подойдя ко мне, Сон Гён плюхнулся на землю, видимо, лишившись сил.

— Я пришел.

Я указал мечом на Лидера Общества Жизни и Смерти.

— Будешь ли ты выглядеть так же через мгновение или нет — я и сам не знаю. На этот раз ты сам спросишь своих подчиненных. Должен ли ты жить дальше или умереть вслед за Лидером прямо здесь. Те, кто рисковал жизнью ради твоего слова, будут решать.

Я посмотрел на Общество Жизни и Смерти.

— Говорит Заместитель лидера Сон Гён. Слушайте.

Сон Гён приоткрыл губы и сказал:

— Это Заместитель лидера Сон Гён. Я приму любой ваш выбор. Но прежде скажите мне, кто вы на самом деле, Глава.

Сон Гён посмотрел на меня снизу вверх.

Я слегка опустил голову и тихо прошептал:

— На самом деле я.

— …

— Настоящий Сильнейший в Поднебесной. Тупой ублюдок, даже когда говорят, не верит. Насколько же сильно ты презирал мальчиков на побегушках всю свою жизнь.

Сон Гён поспешно заговорил, словно пытаясь потянуть время.

— Нет, я просто слышал, что вы часто получали по шее, когда работали мальчиком на побегушках...

Глядя на Сон Гёна в упор, я ответил:

— Это я и есть. Раз я получал по шее, значит, стал сильнее. Как можно стать сильнее, если не получать по шее.

Глядя на войска Общества Жизни и Смерти, я спросил:

— Решили? Если он был тираном, отправьте его на небеса, а если нормальным начальником, спасайте.

Человеческая природа лукава, и из толпы кто-то потребовал у меня следующее:

— Я хочу принять решение, глядя в лицо Заместителю лидера.

— Какой ублюдок это сказал?

Я сказал Сон Гёну:

— Повернись и встань на колени перед своими подчиненными. Твои подчиненные соизволят посмотреть на твою физиономию, прежде чем принять решение. В общем, угодить подчиненным тяжело.

Сон Гён повернулся и опустился на колени.

Взгляды подчиненных вонзились в лицо Сон Гёна, словно скрытое оружие. Некоторое время в этой странной атмосфере царила тишина. Вскоре кто-то открыл рот.

— Заместитель лидера, я знаю, что вы старались пресекать нелепые приказы Лидера.

Это значит "умри" или "живи"? Мне было интересно, поэтому я спросил:

— Это все?

Как только кто-то начал, слов стало больше.

— Он такой же хладнокровный человек, как и Лидер, но, по крайней мере, он старался соблюдать правила.

— По крайней мере, он не был подхалимом. Он поднялся благодаря своим навыкам.

— Он не совершал ненужных злодеяний.

После этого было сказано еще много слов, но ни один подчиненный не обрушил на Сон Гёна приказ умереть.

В таком случае, это не я его спас.

Я схватил Сон Гёна, стоящего на коленях, правой рукой за лысину.

— Сон Гён.

— Слушаю.

Я повернул голову Сон Гёна рукой и посмотрел ему в глаза.

— Твои подчиненные спасли тебя, но не я.

— Но вы же только что...

— Зачем мне тебя оставлять в живых? Ты же бесполезный человек из Черной Фракции. Назови хоть одну причину, почему ты должен жить.

У меня было задание для этого парня, и мне было интересно, знает ли он ответ.

В ожидании слов Сон Гёна я влил холодную энергию в руку, державшую его лысину.

Сон Гён тут же заговорил:

— Если вы оставите меня в живых, я полностью распущу Общество Жизни и Смерти.

— Что значит полностью распустить? А богатство?

— Верну туда, куда нужно вернуть. Раздам подчиненным, которые хотят заняться нормальной работой. А на то, что останется, построю хотя бы храм... В любом случае, я не присвою себе ни копейки и пущу все на правое дело. Или сделаю так, как скажет Глава.

Сон Гён наморщил лоб от холодной энергии.

Поглаживая гладкую лысину, поддавшись человеческому инстинкту, я дал ему подзатыльник.

Я не нашел что сказать, когда Сон Гён посмотрел на меня, поэтому просто пробормотал:

— Голоден?

— Да.

— Давай сначала поедим, а потом обсудим роспуск.

Сон Гён, с искаженным лицом, упал на землю, обхватил голову руками и скорчился от боли.

Рад ли он, что остался жив.

Грустно ли ему, что он стал лысым.

Рад ли он, что скоро поест.

Обидно ли ему, что он опозорился перед подчиненными.

Мучительно ли ему от того, что он не может понять, кто я такой.

Я тоже не мог точно знать, что творится в душе у Сон Гёна, но Сон Гён, у которого даже не осталось волос, чтобы рвать их на себе, еще долго рыдал, уткнувшись лицом в землю.

В конце концов, мне надоело это слушать, и я пнул его под зад.

— Хватит реветь, пошли.