В момент, окрашенный пурпуром

Причина, по которой во время медитации закрывают глаза, заключается в том, что многие мастера рекомендуют это делать.

Строго говоря, медитация одинакова, независимо от того, открыты глаза или закрыты.

Однако закрывают их ради концентрации и контроля над эмоциями.

Если держать глаза открытыми, ты видишь предметы, а это, в свою очередь, вызывает эмоции, не связанные с медитацией.

Эмоции влияют на разум и повышают вероятность совершить ошибку или сбиться с пути в процессе медитации, где требуется предельная концентрация. Глаза закрывают именно из-за этого «а вдруг».

Если говорить более утрированно...

Если перед тобой вдруг появится умирающий человек или ты увидишь душераздирающую сцену, ты можешь выпустить из рук рукоять тяжелой тележки с внутренней энергией, которую везёшь. И если это произойдет на спуске, тележка может яростно покатиться неизвестно куда. И врежется она в твои же кровеносные сосуды.

Когда тележка разбивается, а сосуды лопаются — это и есть Отклонение Ци.

Многие люди Канхо так и не открыли глаза, впав в Отклонение Ци во время медитации. Метод проб и ошибок предшественников передавался из уст в уста, и теперь большинство перед медитацией ищет уединенное место и закрывает там глаза.

Но когда я поднимался на вершину Хвасана, чтобы практиковать Божественное Искусство Пурпурной Дымки, я никогда не закрывал глаз.

Теперь для меня не было разницы, открыты глаза или закрыты.

Наоборот, тренироваться с открытыми глазами было гораздо приятнее.

Если я поднимался на Хвасан рано, то по очереди практиковал Технику Десяти Уровней Белой Молнии, Искусство Беспощадной Лунной Тени и Технику Девяти Золотых Превращений. Если поздно — до самого рассвета практиковал только Божественное Искусство Пурпурной Дымки.

Казалось, я срываю пурпурную пелену, пропитывающую небо и землю, и слой за слоем укладываю её в свой даньтянь.

В иные дни я чувствовал себя превосходно, в другие — спокойно.

Но негативные эмоции, такие как страх, ужас, тревога, беспокойство и волнение, почти исчезли. Поскольку негативных эмоций стало значительно меньше, то, что происходило в моей душе, редко перерастало в гнев.

Стал ли я сильнее?

Или же я отдалился от того настроя, которым инстинктивно должен обладать боевой петух? Видимо, у душевного настроя тоже есть свои взлёты и падения, и я снова опустился от боевого петуха до деревянного. То есть я не только поднимался, но и научился отпускать ситуацию.

Если оглянуться назад, Безумный Демон в прошлой жизни добился немногого.

Он просто выжил.

Но поскольку мне не хотелось становиться слабее ни при каком настрое, я ещё больше сосредоточился на практике Божественного Искусства Пурпурной Дымки.

Вкладывая в Божественное Искусство Пурпурной Дымки всю душу и помыслы...

Иногда даже во время еды в Меховой Усадьбе...

Я часто не слышал голоса старшего брата и Демона Похоти. Даже с открытыми глазами, принимая пищу или распивая чай, я сосредоточенно наблюдал за тем, что происходит внутри меня. К счастью, они оба в какой-то мере понимали моё состояние и не обращали на это особого внимания.

У меня тоже не было сил следить за тем, как продвигаются их тренировки.

Было очевидно, что битва с Лидером Культа станет самым тяжелым боем за всю мою прошлую и нынешнюю жизнь.

К тому же время поджимало.

Добрался ли Самбок до Культа?

Будет ли Лидер Культа медлить, получив доклад?

Когда именно он прибудет, отправившись из Культа? Предугадать это было невозможно, поэтому я не мог позволить себе провести впустую ни одного дня.

Неважно, прибудет ли Лидер Культа рано или поздно, я выкладывался на полную.

На самом деле, как только я узнал, что Лидер Культа взял Ёлан под свою защиту, я многое отпустил. Сам факт того, что моя несчастная юная ученица жива, стал для меня спасением.

Поэтому Божественное Искусство Пурпурной Дымки — это ещё и мой подарок Лидеру Культа.

Странно, но...

Хотя мы с Лидером Культа находились далеко друг от друга, мне казалось, что мы в какой-то степени разделяем одни и те же мысли.

Если я окажусь слабее, ничтожнее и незначительнее, чем он ожидал...

У меня было предчувствие, что все, кто находится в Меховой Усадьбе, погибнут. Ведь, по сути, Лидер Культа дал мне достаточно времени.

Моя ничтожность будет равносильна нарушению обещания.

Поэтому я оттачивал Божественное Искусство Пурпурной Дымки, которое собирался подарить Лидеру Культа, словно заветный меч.

Бывало, я хотел безжалостно убить Лидера Культа с помощью Божественного Искусства Пурпурной Дымки, а иногда молился, чтобы оно сделало меня ещё более выдающимся воином.

Так внутри меня тоже сменялись день и ночь.

Тьма опускалась и отступала перед светом. Я наполнялся светом и снова погружался во тьму.

Сердце человека воистину непостижимо.

Потому что оно постоянно меняется, как закат или ранний рассвет.

Когда я в какой-то степени привык практиковать Божественное Искусство Пурпурной Дымки с открытыми глазами, я уже не понимал: прошло двадцать-тридцать дней или сорок-пятьдесят. Иногда я отсыпался за несколько дней, а иногда по три-четыре дня не смыкал глаз.

Я бродил между Хвасаном и Меховой Усадьбой, забыв о времени, дне и ночи, жизни и смерти.

В один из дней мне показалось, что воздух стал таким свежим, что по телу и душе пробежала щекотка.

Я замечал цветы у обочины дороги, иногда махал рукой и здоровался со знакомыми детьми, а затем, заложив руки за спину, поспешно бродил по Хвасану.

Я пытался практиковать Божественное Искусство Пурпурной Дымки на ходу, но ничего не выходило.

Было настолько сложно, что я не мог даже предположить, когда это станет возможным, но и особых причин сдаваться тоже не было.

В конечном итоге я планировал попробовать накапливать энергию Божественного Искусства Пурпурной Дымки даже во сне, но, конечно, сейчас мой уровень был слишком низок для этого.

Я бродил по Хвасану, как бродяга.

Совсем не следить за своей внешностью тоже было невежливо, поэтому я иногда умывался в ручье и сбривал отросшие волосы и густую бороду сверкающим кинжалом.

На Хвасане было на что посмотреть, так что мне хватало забот и без тренировок.

Потратив дней десять на такие скитания, я понял, что местом, за которым я часто наблюдал, был Пик Лотоса на Хвасане. То есть место, где я часто практиковал Божественное Искусство Пурпурной Дымки, называлось Южным Пиком, а Пик Лотоса — это Западный Пик, который был ниже.

И только тогда, миновав по воздуху белесые скалы, я добрался до Пика Лотоса.

Взглянув вниз с Пика Лотоса, я увидел павильоны и дома, сбившиеся в кучки тут и там.

Внимательно присмотревшись...

К своему удивлению, я заметил среди людей Госпожу Железного Веера. Расстояние было приличным, но я вложил внутреннюю энергию в голос и сказал:

— Госпожа Железного Веера, как поживаете?

Услышав мой голос, Госпожа Железного Веера вздрогнула и огляделась по сторонам, но найти меня ей было нелегко. Из-за легкого тумана. Я махнул рукой, разгоняя туман, и снова посмотрел вниз.

— Госпожа, я здесь.

Крик отчаянно озиравшейся Госпожи Железного Веера эхом ударил мне в уши.

— …Глава секты? Глава секты! Где вы?

Затем прибежали Хозяин Долины Ивового Цветка и Белолицый Господин, они тоже стали оглядываться и только тогда заметили меня вдалеке.

Я был так рад видеть старых знакомых, что улыбка сама собой появилась на лице.

Когда я помахал им, все трое что-то закричали и принялись безостановочно махать в ответ.

Из-за приличного расстояния мы, наверное, казались друг другу муравьями.

Видимо, Белолицый Господин немного восстановил свою внутреннюю энергию, так как его голос прозвучал довольно отчётливо.

— Глава секты, спускайтесь!

Я поприветствовал старых знакомых.

— Нет. Я тренируюсь, увидимся в другой раз.

— Глава секты!

Они продолжали звать меня спуститься, но я проигнорировал их и спрыгнул за скалу. Раз за разом подниматься и спускаться так утомляло, что иногда мне было лень спускаться пешком.

В такие моменты я просто прыгал вниз.

Мне доводилось пронзать облака и подниматься на огромную высоту, но спускаться ниже облаков было всё ещё непривычно.

Поскольку спуститься с Хвасана одним махом было невозможно, я пролетал сквозь белые облака, касался земли и снова прыгал вниз. Находясь долгое время в воздухе, я старался максимально запечатлеть в памяти ощущение контроля над телом.

Возвращаясь таким образом в Меховую Усадьбу...

Вчерашний день казался сегодняшним, а сегодняшний — вчерашним.

Изменив метод тренировок, я постепенно сократил количество восхождений на Хвасан. Вместо этого я начал практиковать технику передвижения, совмещая её с прогулками.

Раньше мне больше нравилось бежать куда глаза глядят, а теперь я задумывался о том, как преодолеть максимальное расстояние с минимальными движениями. Способ, конечно же, заключался в комбинации внешних и внутренних сил, взрывной мощи, работе лодыжек, стоп, ног, талии и всего тела. Заложив руки за спину, я порой вытягивался вперёд так быстро, словно телепортировался.

Обычным людям показалось бы, что я использую технику сжатия земли.

Но это не была техника сжатия земли.

Это был всего лишь один из видов техники передвижения и шагов, который я постиг путём неимоверных усилий. Иногда я делал всего один шаг, но в этот шаг была вложена вся теория боевых искусств, которую я когда-либо изучал.

Моё сердце стало мягче, чем во времена Безумного Демона в прошлой жизни, поэтому...

Я доводил себя до предела ещё более безжалостными тренировками.

Будучи Безумным Демоном, я был жесток к другим, а сейчас — суров к самому себе. Иначе мне казалось, что сущность Безумного Демона исчезнет, так что выбора у меня не было.

Я не просветленный и не даос.

У меня нет ни малейшего желания достигать просветления и отрекаться от мира. И я не хочу возноситься на небеса, как древние мастера.

Чтобы не забыть сущность Безумного Демона, Главы Секты Хао, мальчика на побегушках и Изахи, я постоянно остерегался своего сердца, которое то и дело стремилось к покою.

Лидер Культа — не единственный мой враг.

Чтобы до самой старости раздавать пощечины сумасшедшим ублюдкам, я должен оставаться Безумным Демоном. В один из дней я заметил, что даже цвета привычного пейзажа во время ежедневной прогулки изменились, и едва пришел в себя.

Неужели сменилось время года?

Я так и не научился накапливать энергию на ходу, но, вернувшись в Меховую Усадьбу, я сразу же прекратил тренировку. Если человек только и делает, что тренируется, он становится идиотом, и я был в одном шаге от этого состояния.

Прогуливаясь, заложив руки за спину, я впервые за долгое время увидел старшего брата, сидящего за столом.

— Старший брат.

Старший брат осмотрел меня с ног до головы и кивнул.

— Добро пожаловать.

Сев рядом с ним, я оглядел Меховую Усадьбу.

— Время года сменилось?

— Да. А тренировки?

— Решил немного отдохнуть.

— Ты носился как Безумец, но теперь этого достаточно.

— Я выглядел так, будто на грани?

Старший брат кивнул.

— Я верил, что ты справишься, поэтому не мешал, но иногда ты казался на грани.

Раз уж я давно не общался даже со старшим братом, с которым мы находились в одном месте, значит, моё состояние действительно было не самым нормальным.

Пока я сидел за столом и разговаривал со старшим братом, я обратился к смотрящему в нашу сторону Хозяину Меховой Усадьбы:

— Хозяин, одолжите мне Меч, Покоряющий Демонов…

Хозяин Меховой Усадьбы скрылся в доме, а затем вышел и протянул мне Меч, Покоряющий Демонов. Взяв меч, я сказал:

— Хозяин.

— Да.

— Хочу взглянуть на результаты ваших тренировок. Покажите.

Хозяин Меховой Усадьбы без лишних слов прошел на просторную площадку, обнажил меч и сразу же продемонстрировал технику меча, которую показывал в прошлый раз.

Мы со старшим братом молча наблюдали. Местами в его движениях проглядывали отличия от прежнего стиля — казалось, старший брат давал ему наставления.

Закончив демонстрацию, Хозяин Меховой Усадьбы слегка поклонился нам.

Незаметно вышедший Демон Похоти тоже наблюдал за его выступлением.

Поменявшись местами с Хозяином Меховой Усадьбы, я подошел к площадке, вытащил Меч, Покоряющий Демонов, и поднял его вертикально.

Глядя на старшего брата, Демона Похоти и Хозяина Меховой Усадьбы, я произнес:

— …Довольно давно, в Союзе Чёрного Кролика, я пронзал мечом падающие лепестки и, чтобы не забыть тот момент, назвал эту технику Искусством Меча Цветущей Сливы. То, что я пришел на Хвасан и демонстрирую эту технику в усадьбе с тем же названием, доказывает: порой жизнь преподносит забавные совпадения. Если пытаться проследить причины этих совпадений, в их основе всегда лежит душевный настрой. Так что, в конечном счете, всё это вовсе не случайности. Это Тринадцать Форм Цветущей Сливы. Если заметите что-то неестественное, скажите мне все втроём.

В основе лежали тринадцать форм Хозяина Меховой Усадьбы.

К ним я добавил ту свободу, о которой размышлял со времён Союза Чёрного Кролика. Свободу, стремящуюся к закону, и свободу, которая при этом не отклоняется от него слишком далеко, — с такими мыслями я взмахнул мечом.

Я вернул Хозяину Меховой Усадьбы тринадцать форм в своей интерпретации.

Я также продемонстрировал и передал свою технику меча старшему брату и Демону Похоти.

Они оказали огромное влияние на мою жизнь, так что они этого вполне заслуживали. Поскольку техника была им незнакома, я повторил её несколько раз. Попутно я оттачивал движения. На самом деле техника меча — это просто вариация простых движений, поэтому тринадцать форм — это не так уж мало.

Если потренироваться и освоить её, этой техники будет вполне достаточно для противостояния лучшим мастерам Поднебесной.

Я показал им тринадцать форм в максимально разнообразных вариациях. Заметив, что все трое смотрят слишком сосредоточенно, я остановился и спросил:

— Ну как?

Демон Похоти посмотрел на старшего брата, и тот решительно кивнул.

— Безупречно. Прекрасно.

Демон Похоти тоже бросил коротко:

— Хорошо.

Хозяин Меховой Усадьбы, беспрестанно кивая, обратился ко мне:

— Глава секты, я изо всех сил стараюсь запомнить. Не могли бы вы показать ещё раз?

Разве Хозяин Меховой Усадьбы когда-либо обращался ко мне на «вы»? Впрочем, это не имело значения. Я кивнул и ответил:

— Могу показать сколько угодно. А теперь следите за траекторией. Вместо законов или мелких деталей движений, вы должны постоянно воспринимать Суть Меча.

— Что такое Суть Меча?

— Вы просто должны понять, что именно я хочу передать этой техникой меча.

Чтобы ещё более отчётливо показать им траекторию Искусства Меча Цветущей Сливы, я окрасил лезвие клинка в пурпурный цвет.

В моём понимании жизни изначально не было никаких правил этикета. В тот момент, когда от клинка разлетелись большие и маленькие пурпурные лепестки…

Я принял Демона Меча, Демона Похоти и Первого Меча Хвасана в свои ученики.