4. Подлая стратегия

—От лица Карин—

В тот самый момент, когда режиссёр Марутэ и сценарист Сэку уже готовы были принудить меня к «постельному кастингу», в дверях появляется статный юноша в дорогом костюме.

— Харагути-сан. Я видел, как ты была подавлена, и решил проверить, как ты, но никак не ожидал, что решишь затащить бывшую подругу в это болото! Ну же, Карин-сан, идите ко мне!

— Ах...

Когда юноша берёт меня за руку, освобождая из хватки Марутэ и Сэку, глаза Эрики расширяются от неописуемого потрясения.

— Касивадзаки-сан?! Что вы делаете?! Ведь это вы мне!..

— Э-э-э, Кариночку увёл какой-то красавчик! — доносится разочарованный хор голосов.

— О-хо-хо! Красавец спасает даму в беде, весьма драматичный поворот! — фотограф Судзуки почему-то кажется воодушевленным.

— Ну, тогда и Эричка сойдёт. Ге-хе-хе...

— Точно, групповушка — это для меня в новинку, да ещё и под прицелом камеры. Му-фу-фу...

*Хвать!*

Тянут-потянут...

— Вы... прекратите! А-а-а-а!

— Эрика!

Пытаюсь броситься на помощь, видя, как Марутэ и Сэку волокут девушку к кровати, но юноша преграждает мне путь.

— Это её заслуженная участь, она к такому привыкла.

— Но как же так!

— О-о, сейчас сниму самый сочный кадр!

— А-а-а-а, помогите! Касивадзаки-сан, Касивадзаки-сан!

— Быстрее, уходим отсюда!

— Эрика-а-а!

Под аккомпанемент беззаботного голоса фотографа и душераздирающих криков девушки позволяю юноше увести меня. Сердце обливается кровью, но он крепко держит за руку, и мы покидаем этот кошмарный номер.

* * *

Щелчок двери.

— Это мой номер, этажом выше. Побудьте здесь, пока за тобой не приедут.

— Х-хорошо.

ЯДелаю шаг внутрь роскошного помещения и чувствую, как силы покидают . Колени подкашиваются, и я оседаю на пол, всё ещё сжимая дверную ручку.

— П-простите... Как только почувствовала себя в безопасности, ноги перестали слушаться... — виновато объясняю свою слабость...

— После такого стресса это неудивительно. — ... на что человек лишь ласково улыбается. — Не торопитесь, присаживайтесь на диван. Сейчас заварю вам травяной чай.

* * *

— Прошу. Он немного горчит, но отлично успокаивает.

— Спасибо большое... — подношу чашку к губам, делаю глоток, шумно выдыхаю и улыбаюсь спасителю. — И правда. Горчит, но становится легче. Ещё раз спасибо, что спасли меня! Кажется, мы уже где-то встречались? Ваше лицо мне очень знакомо...

— Разумеется, Момотани Карин-сан. Я Касивадзаки. Мы недолго общались на приёме у одного бизнесмена довольно давно.

— Точно! Касивадзаки-сан, теперь вспомнила! — память подбрасывает образ одного безупречного красавца, и радостно хлопаю в ладоши.

— В прошлый раз вы так быстро ушли, что я очень расстроился. С тех пор я только и мечтал о новой встрече. И пусть сегодня обстоятельства были ужасными, счастлив снова видеть вас. Кажется, нас свела сама судьба...

— Э... — от его пылкого взгляда брезгливо тушусь. — Послушайте... безмерно благодарна вам за спасение, но у меня уже есть жених... — чувствуя неловкость перед спасителем, я всё же решаю расставить черточки над «и».

— О, я в курсе. — мужчина кивает, не теряя своей ослепительной улыбки. — Ваша многолетняя первая любовь к менеджеру увенчалась успехом! Это так романтично. Но не беспокойтесь, я лишь ваш преданный поклонник и не собираюсь доставлять вам неудобств.

— Ф-фух, вот оно что... — отлегает от сердца, и тут же перед глазами встаёт встревоженное лицо Ара-тяна. — Послушайте, а можно мне позвонить Аре... моему жениху?

— Конечно. Обязательно сообщите ему, что вы в безопасности. Но выпейте ещё глоток чая, чтобы голос не дрожал при докладе.

— Ох. Хорошо. Тогда с вашего позволения... ф-фух.

По совету Касивадзаки-сана делаю ещё глоток и достаю смартфон. Уже собираюсь открыть контакт Ара-тяна, как вдруг в глазах начинает мутиться.

— Что это... перед глазами всё плывёт... и тело такое тяжёлое...

*Грохот!*

Мой телефон падает на пол, а следом за ним и я. Касивадзаки-сан, только что бывший образцом джентльменства, теперь смотрит на меня с гнусной ухмылкой.

— Ой-ой-ой, неужели так устали? Тогда давайте отдохнём на кровати, Кариночка?

— По...че...му... — шепчу и проваливаюсь в темноту.

Последнее, что всплывает в моем затухающем сознании — улыбка Ара-тяна.