5. Излияние чувств

— И впрямь, никуда не годится... Видно, старею уже... Фу-у-у-ух... — слова Карин, точь-в-точь повторяющие мои фразы девятилетней давности, и тепло её протянутой руки заставляют слёзы литься бесконечным потоком, что приводит в крайнее замешательство. — Когда тебе было четырнадцать, всё, что делал, было лишь моим эгоизмом. И не помышлял о том, чтобы ты возвращала мне эти чувства или долги. Полагал, что, как бы ни сложилась моя личная жизнь, мне будет достаточно просто видеть твой успех и счастье на пути идола. Всегда...

— Как на тебя похоже, Ара-тян...

— Но когда узнал из передачи, что человеком, которому ты признаёшься в любви, являюсь я... Представляешь, как поразился?

— Угу. Выглядел таким ошарашенным, было забавно. И всё же, хоть капельку обрадовался?

— Да. Я был несказанно счастлив... Ах...

Слёзы начинают капать прямо на наши сцепленные руки. Пытаюсь высвободить ладонь, но Карин сжимает её крепче, не давая мне отстраниться.

— Всё хорошо, Ара-тян, не уходи... Выплесни всю свою горечь мне. Выслушаю всё, даже о той женщине, Комару. Тебе ведь пришлось втоптать свою бывшую невесту в грязь, чтобы защитить меня. Это было тяжело, правда?

— Нет, Карин! В тот момент, когда помолвка расторгалась, уже разочаровался в ней. А после инцидента в соцсетях её, скорее, даже возненавидел. Думаю, я бы дожал её в любом случае, даже если бы это не касалось тебя. Признаться честно, когда бросил ей в лицо те же слова, что она сказала мне при разрыве, пока рыдала в юридической конторе, почувствовал злорадство. В этом нет сомнений! Но...

— Но ведь это ещё не всё, так-то? — Карин, словно провидя мои дальнейшие мысли, подталкивает меня понимающей улыбкой.

— Но в то же время желал ей счастья... Меня привлекала её хрупкость и беззащитность, и готов был потакать любым её капризам, лишь бы видеть улыбку на лице. Она решила, что ей не подхожу, и выбрала другого — и к чему привело? Глядя на её жалкий вид, чувствую лишь пустоту от того, ради чего вообще была разорвана наша помолвка... — слова срываются с губ сами собой, и я, спохватившись, прикрываю рот рукой. — Прости. Не стоило мне говорить такое при тебе...

— Я давно поняла твои чувства, не бери в голову. Пусть расставание вышло именно таким, ты слишком сердечный человек, чтобы в один миг возненавидеть ту, что была твоей невестой. — Карин с широкой улыбкой поднимает большой палец вверх.

— Бывает, твоя искренность и чувства не находят отклика, и просто бросают. Но случается и так, что они проникают в самое сердце и меняют жизнь другого человека. Арата Комацудзаки, тебе было тяжело до сих пор, верно? Но всё наладится. Отныне за все старания воздастся сторицей. Жизнь станет прекрасной, ибо буду тебя оберегать! Положись на меня и позволь себя «подобрать».

— Карин!..

Она заключает в объятия, и в её мягкости и тепле чувствую, как из души вымывается вся та мутная, негативная пучина, что копилась внутри. Обнимая в ответ, выкладываю всё, что начинает зарождаться в моём сердце:

— Ты стала чудесной женщиной... Раньше думал, что мне ничего от тебя не нужно, но сейчас всё иначе. Пока мы притворяемся женихом и невестой, становишься для меня кем-то по-настоящему важным, тем, кого хочу видеть рядом. Если завтра расторгнешь нашу помолвку, мне будет очень больно. Это жалко, учитывая, сколько смелости проявила ради меня, но мне страшно любить тебя ещё сильнее...

— Хе-хе. Ара-тян, всё совершенно нормально. Потребовалось девять лет, чтобы наконец-то обратил влюбленные глазки в мою сторону. Это уже великое достижение, и так счастлива. Как ты растил меня в качестве айдолаэти годы, так и сейчас — просто своим чувствам ко мне подрасти понемногу. Через девять лет мы станем такой влюблённой парой, что и тени сомнения в нашей связи не останется.

— Карин!..

Слушая её нежный шепот, грежу о далёком будущем, и сердце моё наполняется жаром.

— Девять лет, значит... Тогда тебе будет тридцать два... Чтобы оставаться на передовой, нужно уже сейчас заботиться о защите от солнца, чтобы не пошли пигментные пятна...

— Ах ты! Ну и неженка, Ара-тян! Никакой деликатности!

— Ай, больно! Перестань, Карин!

Девица принимается нещадно колотить за то, что в такой момент начал размышлять о том, как она будет выглядеть в объективе камеры через десятилетие.

— Честное слово! Под сим дивным закатом разыгрывается любовная сцена с популярным айдом, а ты портишь всю атмосферу! В этом весь ты, Ара-тян! Если бы сейчас работала камера, получился бы кадр, от которого фанаты изошли бы слюной...

— Прости, прости! Просто рефлекторно переключился в режим менеджера... — пока отчаянно извиняюсь перед разгневанной девушкой...

— Не беспокойтесь! Эта мемориальная сцена была надежно запечатлена моей камерой!

— У-а-а-а-а-а?!

Из-за ближайших тетраподов высовывается долговязая фигура, заставляя нас обоих вскрикнуть от неожиданности.