6. Условия снижения суммы

— Вместо того чтобы обсуждать простое сокращение выплат, прошу вас предоставить всю имеющуюся информацию о том предпринимателе, с которым состояла в отношениях Мисаки.

— А-а, так ты решил стрясти компенсацию с того парня вместо нас? Ха-ха! Что ж, резонно, ведь он наверняка куда более зажиточен, чем наша семья!

Стоит мне озвучить условия, при которых готов пойти на уступки, как отец Мисаки тут же разражается смехом, в котором отчетливо читается облегчение от скорого спасения и нескрываемое злорадство. Его приспособленческая натура и привычка мерить всё исключительно звонкой монетой лишний раз подтверждают: перед моими глазами предстаёт истинный родитель своей дочери.

Я лишь горько усмехаюсь, решая уточнить свои мотивы.

— Что ж, если его личность подтвердится, намерен заставить его ответить по всей строгости... Однако дело не только в деньгах: мне бы хотелось устранить любые поводы для беспокойства ради нашего общего будущего.

Тот человек, что через Мисаки передал три миллиона иен отступных за расторжение помолвки, судя по всему, и подстрекал её к фабрикации обвинений в домашнем насилии. То обстоятельство, что он бросил девушку ровно в тот момент, когда разгорелся скандал, лишь подтверждает догадку: его истинной целью никогда не была сама Мисаки. Не исключено, что эта навязчивая злоба, направленная на моё разорение, может со временем перекинуться на Карин... или же, что пугает ещё больше, сама Карин и является его конечной целью.

— Верно мыслишь. Нашему агентству «Кирабоси Про» совершенно ни к чему повторение подобной свистопляски. Если полученные сведения помогут нам установить его личность, то, пожалуй, соглашусь скостить пару миллионов из суммы компенсации...

— Пару миллионов?! Мисаки, живо расскажи им всё, что знаешь!

Как только господин Даймондзи, разделяющая мои опасения, даёт своё согласие на скидку, глаза родителей Мисаки лихорадочно вспыхивают, и они набрасываются на дочь с требованиями.

— Но... сведения о Минору? Дело в том, что сейчас никак не могу с ним связаться... — пребывая в явном замешательстве, та начинает свой рассказ о человеке, с которым крутила роман.

* * *

Подводя итог, можно сказать, что из её слов не удаётся выудить ни крупицы действительно полезной информации. Начать стоит хотя бы с того, что имя «Минору Фуго» скорее всего, является лишь псевдонимом (не поверю, что имя мошенника и злодея буквально переводится, как Злодей Злодеус). Квартира, в которой проживал, относится к типу жилья для краткосрочной аренды, а номер мобильного телефона на данный момент попросту не обслуживается, отчего выйти на след этого таинственного господина через данные каналы представляется невозможным.

И пускай мы с госпожой Даймондзи испытываем лишь горькое разочарование, Мисаки вместе с родителями выглядят так, будто на них обрушился удар куда более сокрушительной силы.

— Тогда... кем же на самом деле был тот человек?.. — лепечет она, пребывая в полном оцепенении.

— Подумать только, позволить какому-то проходимцу без роду и племени себя окрутить! В конце концов, разве может существовать человек с фамилией «Фуго»! — негодует отец.

— И ради такого типа ты пошла на разрыв помолвки, да ещё и решилась на гнусную клевету о домашнем насилии! — вторит ему мать.

— Ну зачем вы так... — едва слышно оправдывается девушка.

Пока Мисаки театрально хлычет, её родители рядом буквально закипают от ярости.

— Мою дочь просто обманули! Разве мы не можем подать на мерзавца в суд?

— Именно! Из-за него наша девочка оказалась в ужасном положении. Нам самим впору требовать с него возмещения ущерба!

Наблюдая за сей сценой, ловлю себя на мысли, что вполне могу понять их гнев, однако изливать его здесь, прямо перед нами — людьми, которые являются истинными жертвами в этой истории — кажется верхом бесстыдства.

— Ох, ну и ну... — бормочу я.

— Нет, ну вы только посмотрите на них. Что это вообще за люди такие? — возмущается Карин.

Видя, как родители, утратив остатки благоразумия, наседают на адвоката Минамимуру, тот лишь примирительно вскидывает руки, пытаясь их утихомирить.

— Прошу вас, успокойтесь. Данный вопрос не является темой нашего текущего обсуждения, посему предлагаю вам проконсультироваться по этому поводу в другой раз. А пока что хотел бы спросить Даймондзи: каково будет ваше решение относительно обещанного снижения штрафа?

— Что ж, раз личность виновника установить не удалось, прошу оформить документы без каких-либо сокращений суммы.

— Не может быть!! — в один голос вскрикивают родители, в то время как Мисаки словно поражает удар молнии.

Ответ президента, сопровождённый лучезарной и совершенно безмятежной улыбкой, наносит стороне Мисаки критический урон.

— Ну, тут уж ничего не поделаешь... — заключаю я.

— Естественно! — отрезает Карин.

Мы оба чувствуем, что справедливость наконец восторжествовала.